Ты назначен быть злодеем!

3

Понивиль праздновал ночь ужаса и не догадывался, что ужас в эту ночь сам решил посетить их. Началось всё с безобидного, но крайне неприятного происшествия — абсолютно все приготовленные заранее торты и пирожные, были щедро посыпаны солью, которую, к сожалению никак нельзя было убрать, не повредив красоту блюда. Из-за чего ответственные за них пони сбивались с ног, придумывая решения проблемы буквально на коленке.

Затем стали ходить слухи о неком красноглазом чудовище, что своим видом заставляет жеребят терять сознание и утаскивает все их конфеты. Конечно, в начале в это никто не поверил, списав на то, что молодёжь просто решила сговориться, а потом припрятать или слопать все конфеты разом. Но когда стали находить бессознательные тела, все забеспокоились, а не посетил ли их сам виновник торжества?

Пожалуй, последний вариант был бы для них даже предпочтительнее, ведь если верить легендам, то Наймер — зло исключительно безумное, с манией величия. Оригинальный Саурон тоже недалеко ушёл, но ему хватило ума затаиться на какое-то время после возвращения, а не рваться сразу в бой. Да еще и лично!

Новый Саурон был… скажем оригинальнее. Пусть и не спешил уходить в подполье, но и творить дичь, за которую его сразу упекут лет так на тысячу, не спешил. Скорее он сейчас напоминал Пивза из вселенной про шрамированного мальчика, который, хоть и чудил, но старался никого не убивать. Нет, не мальчик. Пивз. Хотя, если подумать…

Соответствие имени, скажете вы, злодейская гордость. Но Саурон решил лишний раз перестраховаться, вспоминая ту мерзопакость из реки в лесу. Возникает логичный вопрос — А как можно отожраться за тысячу лет, будучи правителем целой страны? Да и одной ли? Тот же тёмный властелин, сидя в Мордоре, запросто контролировал и девять королей людей с Ангмаром, и своих орков, а позже и Харадрим с кучей других фракций. Только с этим графом Дуку недоделанным, Саруманом осечка вышла. Знал же, что нельзя доверять существам, в чьём имени вначале стоит "Са" и заканчивается на "н". По себе знал. Так что ещё неизвестно, сколько марионеток местные принцессы по миру насажали.

Час прошёл совершенно незаметно. Высветилось сообщение о выполненном квесте на поимку радуги. Пора было заканчивать с праздником и уходить в закат, потому как Саурон немного притомился от забегов по городу из одной точки в другую. Штраф, опять же, снимать надо.

— Ну что, довольна? — поинтересовался он у Блум, сидящей на горе конфет, раза в два выше её роста.

— Отлично повеселились! — подтвердила она, сидя как дракон на золоте, и прикидывая, как унести всё это домой.

— Помогу, чем смогу. — понял Саурон. — Но сначала нужно обеспечить веселья остальным. Подождёшь здесь? А то быстро найдутся желающие утащить всё к себе!

Улыбнувшись простой манипуляции, он оставил грозно смотрящую по сторонам пони, и отправился на главное представление дня. Можно было её просто оставить здесь, и не возвращаться, но бросить тут своего первого в этом мире приспешника, не позволяло чувство злодейской гордости. Иначе какой он тогда злобный лидер, если упустит миньона. Не приведи Мелькор ещё затаит обиду, и в герои подастся. Лови её потом по всему Эквусу, чтобы кольцо отобрать. Или начнёт других раб… то есть приспешников на сторону добра переманивать. Как стало, или только станет с ульем Кризалис. В хронологии этого мира Саурон откровенно плавал.

— Сорок очков манны. — произнёс он тихо, наблюдая за пони, веселящимися на площади. — Хватит ли?

Темный повелитель решил дать пони, то что они хотят, а именно иллюзию Наймер. Использовать трансформацию на себе дело рискованное, и что-то ему подсказывало, что без сотни-другой манны сюда лучше не лезть. Как быть с тем, что он не знает нужного заклятья? Так он и файербол не знает, просто представил что нужно, и всё.

Решив что на пару минут его сил точно хватит, Саурон напряг фантазию и в центре площади из клубов дыма, пародируя смех Сидиуса с его "Абсолютная власть!", появилось это! Не то гиппопотам дистрофик, не то разжиревшая лошадь с огромной пастью полной зубов и рогами на голове. И с рыком "Вы ещё кипятите?", начало гоняться за впавшими в панику пони. Сам же виновник торжества, стараясь не запоминать облик этого ужаса, поспешил удалиться.

— Вижу, веселье в самом разгаре? — поинтересовался "углеводный дракон", успевший раскидать вокруг себя кучу фантиков.

— Не то слово! — выдохнул Саурон и прислонился к стене, чтобы отдышаться. Манна так и была на нуле, значит иллюзия еще держится. — Пойдём, снимем твою подругу с дерева. Я думаю, она уже поспела. — он посмотрел на катающеюся от смеха Блум.

— Созреет, сама упадёт. — произнесла она, вытирая слёзы смеха. — Но и правда, не хорошо её там бросать.

— Ты не против, если я пережду до утра в вашем сарае? — спросил Саурон, заметив как пришло сообщение о выполненном задании на испорченный праздник. Но уровень почему-то не капнул. Видимо, как в Обливионе, после сна апнется. — А то чувствую, благодарные жители если меня найдут… и только никому!

— Никому! — Блум сделала заговорщицкое лицо. — Тогда и ты никому!

— Конечно! — не зря он всё-таки два мешка взял. Конфеты кое-как поместились, хоть и пришлось ещё и по карманам рассовывать.

Уже на выходе из города, когда два заговорщика, обходя паникующих пони, выходили в ночь, шкала манны начала вновь восполняться, а за спиной что-то сильно засветилось фиолетовым светом, но из-за домов видно ничего не было.

Захотелось запеть "куда идём мы с Пятачком", но Саурон решил пожалеть психику приспешника, которая буквально светилась от счастья, как лампочка. Подпалив верёвку на мешке, где сидела Радуга, они поспешили удалиться, и уже издали наблюдали как она выбиралась из мешка. Пожалуй, в этот момент она, по источаемой в пространство злобе, не уступала Саурону в истинном его проявлении.