Ты (не) мой муж

Глава 5

Два дня я держал себя в железных руках. Два дня контроля, который полетел к чёрту на третий. Я буквально сходил с ума, не видя её. И… детей. Понимаю, что девушка запала мне в душу, но дети? Как я смог привязаться к ним, если даже не был толком знаком? Что это за сила, которая тянет меня к ним?

Поехал бы к саду, но сегодня выходной. Возможно, они дома. Возможно, гуляют где-то. Мысли о них не давали покоя.

— Хватит! — вдруг крикнул Артём, вырывая из моих рук гаечный ключ и отшвыривая его в сторону с глухим лязгом. — Что с тобой творится? Ты уже два дня безвылазно сидишь тут, будто прирос к этой рухляди! Если так нравится девушка — иди и скажи ей об этом! Какого чёрта ты себя здесь изводишь?

— Отстань.

— Мансур, прекрати, — положил руку на моё плечо Кирилл. Его голос звучал мягко, но настойчиво. — Ты и так был не в лучшей форме, а теперь вообще уходишь в себя. Это ненормально.

— Что вы от меня хотите? — устало спросил я, опускаясь на корточки у колеса машины. Усталость была не физическая, а какая-то глубинная, душевная.

— Кто она? — присел передо мной Артём, заглядывая в глаза. — Кто посмела забрать твоё наивное сердечко и не ответить взаимностью? Почему не признаешься ей? Или у неё есть парень? Это не беда. Мы поможем увести её от этого придурка.

— Ты только покажи нам её, и всё, — твёрдо кивнул Кирилл, присоединяясь к нашему импровизированному кругу.

— Всё не так просто, ребята, — горько усмехнулся я, бесцельно сминая в руках грязную ветошь. — Всё не просто. У неё двое детей. И отец этих детей… по её словам, самый лучший мужчина на свете.

Я сам почувствовал к себе жалость, услышав свой собственный голос. Горечь разлилась не только во рту, а по всему телу, холодной и тяжёлой волной.

— Ё-моё! — воскликнул Тёма, в отчаянии ероша волосы. — Как ты умудрился влюбиться в замужнюю женщину? Да ещё с двумя детьми! Совсем крыша поехала? За тобой пол-Москвы бегало! Даже дочь Московского миллиардера готова была к твоим ногам упасть, а ты её отверг. И ради чего? Чтобы безответно маяться по чужой жене!

— Может, уедем? — тихо, почти шёпотом, предложил Кирилл. — Мы ведь толком и не обосновались тут. Давай просто переедем в другой город? Денег хватит, откроем ещё одну мастерскую. Я всё организую, тебе нужно лишь согласиться уехать.

— Нет. Не могу, — я отрицательно покачал головой, и одна только мысль об отъезде сжала сердце ледяной рукой. Я не смогу. Не смогу не видеть её и этих детей.

— И что ты собираешься делать? — съязвил Артём, резко вскакивая на ноги. — Будешь стоять и смотреть, как она счастлива в другой семье? Нет уж! Мы переезжаем! Если надо будет — скручу тебе руки и ноги, засуну в багажник и увезу отсюда. Кир, начинаем готовиться. Завтра с утра — выезд. Потом один из нас вернётся и разберётся со всем, что останется.

— Я не хочу уезжать! — процедил я сквозь стиснутые зубы, глядя на друзей с немым вызовом.

— Тебя никто и не спрашивает! — холодно и безжалостно парировал Кирилл. Его твёрдый взгляд говорил, что шутки кончились.

И я понял — мне с ними не справиться. Да и, пожалуй, они правы. Лучше уехать. Собрать свои обломки и забыть. Она принадлежит другому, и её дети — его продолжение. Моими они никогда не станут.

Кое-как собрав вещи, я закинул их в машину. Решили не ждать завтрашнего дня и выехать немедленно. Я отчаянно хотел в последний раз взглянуть на неё, на них, но друзья были неумолимы.

— Обрубать нужно резко. Без прощаний и самокопаний, — сурово сказал Кирилл, сев на пассажирское сидение.

Я закрыл глаза, мысленно прощаясь. Вспомнил первую встречу — её ярость, испуг, огонь в глазах. Все наши короткие, вымученные пересечения. Если бы у меня был хоть один шанс… один маленький шанс… Но его не было. Она принадлежала другому. Как и эти дети, которые вопреки всему засели в моём сердце наравне с их матерью.

— Заедем в магазин, — сказал Артём, нарушая гнетущее молчание в салоне. — Поужинаем в каком-нибудь придорожном кафе, а пока купим что-нибудь на перекус. Манс, ты с нами?

— Да, — выдохнул я, выходя из машины на прохладный вечерний воздух.

Оглянулся и с удивлением понял — мы в том самом районе, где живёт Динара. Совпадение? Или друзья подсознательно повернули туда, куда мне отчаянно хотелось?

— Чего замер? Пошли давай, — подтолкнул меня Кирилл в сторону ярко освещённых дверей супермаркета. — Скоро выедем из города, потерпи чуток.

Значит, не специально. Я усмехнулся и, покачав головой, бросил последний взгляд вокруг. Глупая надежда — увидеть её здесь, гуляющей с детьми. Но уже стемнело, вряд ли они сейчас на улице.

Я шёл за друзьями, которые с азартом закидывали в корзину всё, что попадалось на глаза. Мне же хотелось только бутылку воды — в горле пересохло. Купив своё, я машинально направился к выходу.

Автоматические двери магазина только начали раскрываться, когда сзади донёсся знакомый, звонкий детский смех. Я замер, как вкопанный, и медленно обернулся.

Они.

Дети смеялись над чем-то, их лица сияли. Сердце пропустило удар, а потом забилось с такой силой, что стало трудно дышать. Губы сами растянулись в улыбке. Меня с такой силой потянуло к ним, что я едва удержался на месте. Так захотелось обнять, прижать к себе… и никогда не отпускать.

— Эй, ты чего замер? — оказались рядом друзья. — И что ты уставился на малышню? Да ладно тебе, забудь. Забудешь скоро о ней. Женишься на другой и заведёшь себе таких же очаровательных карапузов.

— Маина, Амин, тише, пожалуйста, в магазине не шумите, — появилась рядом с ними Динара. Голос её был мягким, но усталым. — Идите к выходу, бабушка с дедушкой уже подъехали.

— Мам, а ты точно купила нам мороженое? — прищурилась девочка, склонив голову набок с таким театральным недоверием, что я невольно усмехнулся.

— Если я не куплю, вы же меня съедите, — щёлкнула она детей по носикам, и в её глазах на миг мелькнула та самая, живая искорка, которую я так полюбил. — Бегом навстречу бабе и деде.