Ты не сбежишь

Глава 32.1

Внедорожник мягко замер у крыльца, и прежде чем Рейни успела что-либо сказать, Иннир уже открыл для неё дверь и подал руку, обнимая за талию и помогая выбраться из машины.

— Дайна, можешь быть свободна, — коротко бросил Иннир и повел девушку в дом,а алинарийка осталась позади вместе с креслом.

— А ты, — алинар обратился к девушке, — прекращаешь себя жалеть и ходишь на своих ногах. Кажется, я разбаловал тебя.

Рейни посмотрела на Иннира. Он был выше её почти на голову. Подтянутый, сильный, быстрый, плавный. И она всегда считала его молодым. Может, лет на пятнадцать старше себя. Она редко задумывалась над его возрастом, а сейчас очень захотелось узнать. Иногда он казался сильно взрослым и опытным, а иногда …словно старший товарищ. Сейчас, он отчитывал ее как ворчливый старик.

— Накройте нам на террасе, — коротко бросил он подошедшей Ансель. Та молча кивнула, но Рейни успела заметить её взгляд — тревога, смешанная с уважением.

Иннир терпеливо медленно шёл рядом с Рейни. Уже на пятнадцатом шаге она стала потеть от напряжения, на двадцатос сильно задрожали ноги. Но она молчала. Сцепив зубы, она делала шаг за шагом, как вдруг она подлетела вверх и оказалась на руках алинара.

— Я попросил не жалеть себя, а не надрываться, — недовольно проворчал Иннир.

Алинра легко нёс девушку. Рейни была смущена, но решила для себя расслабиться. Под ухом размеренно билось сердце, ни чуть не сбившись с ритма, словно нес не девушку, а легкою подушку.

Рейни медленно и незаметно вдохнула и почувствовала знакомый аромат мяты и моря. Рейни нравился его запах.

— Постарайся не удивляться тому, как я буду с тобой разговаривать. Это... необходимость, — тихим голосом предупредил Иннир и осторожно поставил её рядом со стулом.

Рейни согласно кивнула, но всё равно внутри, будто что-то сжалось.

Терраса была освещена мягким светом фонарей, вокруг шумели листья деревьев. Вокруг простирался сад, и всё выглядело почти романтичным. Почти. Потому что на границе тени и света стояли охранники — двое у боковой стены, один — у входа в дом, ещё один, скорее всего, в глубине сада. А других Рейни просто не видела.

Они сели друг напротив друга. Лана принесла несколько тарелок и аккуратно расставила их на столе. Ароматный суп, овощное пюре, мясо на пару, свежие фрукты и овощи, и другие очень полезные закуски. У Рейни, по рекомендации врачей, продолжалась диета. Ансель готовила очень вкусно, но всё же это была диетическая пища, такими блюдами мужчина вряд ли будет сыт.

— Может… Попросить Ансель принести для тебя что-то более сытное? Ты не должен из-за меня…

— Рейни, — мягко начал алинар, и сердце снова сжалось. Иннир редко называл её по имени. Впрочем, как и она его.

— Ты слишком мало знаешь о нашей расе. Надо попросить Дайну, чтобы она помогла тебе разобраться хотя бы в основных тонкостях нашего мира, — вздохнул он.

Для Рейни его слова не стали объяснением, но она решила не настаивать.

— Главное, что бы тебе нравилось, — негромко сказал Иннир, и его голос звучал почти официально, как будто он разговаривал с коллегой, а не с той, чью кожу касался губами всего час назад.

Рейни кивнула, улыбнулась, но улыбка её вышла едва заметной.

— Превосходно. Я ценю старания Ансель и Ланы, — сказала она, тщательно подбирая слова, и ловко заправила прядь за ухо, бросив на него быстрый взгляд.

Он тоже взглянул на неё — мимолётно, но в этих двух секундах скрывалось больше эмоций, чем в целой беседе.

— Рад, что мои подчинённые не подвели, — продолжил он, не отводя взгляда от её лица.

— Ты любишь принимать пищу на террасе? — спросила Рейни, разламывая хлеб и невзначай дотрагиваясь пальцами до его ладони, когда он подал ей блюдо с травами. Прикосновение казалось обжигающим.

— Нет, — спокойно ответил он, но в уголке его губ дрогнула усмешка. — Обычно я обедаю в одиночестве. Или с теми, кто умеет молчать во время еды.

— Что ж, я для вас не подходящая компания. Я люблю непринуждённые беседы во время ужина, — её голос звучал ровно, но глаза чуть прищурились.

— Я не против твоего присутствия. И бесед с тобой. — ответил он с той же невозмутимостью, но слегка повёл бровями. Намёк был понят.

Рейни потянулась за бокалом воды, отвела взгляд и шепнула, почти беззвучно:

— Из тебя получился бы хороший актёр.

— А из тебя — нет, — прошептал он в ответ, отпивая из своего бокала.

Рейни недовольно нахмурилась, но тут же расслабилась. Он провоцировал её, но не желал задеть её чувства.

Их диалог был как шахматная партия. Слова — фигуры, взгляды — ходы, мимика — тактика. Каждое слово содержало подтекст, который только эти двое и понимали.

— Мне нравится этот дом. Он очень красивый, — сказала она чуть громче, чтобы охрана не подумала, будто они замолчали.

— Согласен. Хорошее расположение здания. И обитатели дома очень красивые, — его голос был сух, но в глазах появилась искра.

Она чуть прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Такой банальный комплемент, а она … «поплыла». Он не называл её по имени, не говорил ни слова о чувствах, но каждое слово отдавало теплом.