Ты не сбежишь

Глава 39

Глава 39

Рейни сидела на каменной скамейке в густых зарослях сада, уткнувшись лбом в колени, и пыталась не думать о том, что ей хочется плакать. Местные цветы благоухали чересчур навязчиво, трава цеплялась за голени, а длинная складка её нарядной юбки уже в третий раз норовила за что-нибудь зацепиться. Она вздохнула и уронила голову на руки — не потому, что пряталась от кого-то всерьёз, а потому что устала.

Как же глупо было поддаться на провокацию Иннира и согласиться поехать на его родную планету — Айреа'ларн, вечно зелёную, благоухающую, утопающую в садах и белых каменных дворцах, и в тоже время самую технологичную планету, где часто стирались границы между искусственным интеллектом и живым. Но больше всего раздражала Рейни дисциплина, по ее мнению, доведенная до абсурда. Каждый алинар, начиная с ребенка, заканчивая стариком был эталоном дисциплины, сдержанности и прямой осанки. Никто не бегал, не дурачился, не хохотал. Эта планета вызывала у Рейни депрессию.

Иннир сказал, что хочет, чтобы она познакомилась с его семьёй, а теперь ей казалось, что это была не встреча, а театр абсурда и ее позора.

Самым адекватным, как это ни странно, оказался отец Иннира — Зарэй Локрен Дейр’анн. Высокий, как и все алинары, с прямой спиной и такими выверенными движениями, что Рейни заподозрила в нём робота. Но старший Дейр’анн улыбнулся, пожал ей руку, спросил как у нее дела. Это сильно выбивалось из общей картины поведения алинаров. Рейни заподозрила в нем дипломата. И почти угадала. Иннир сказал, что его отец — бывший разведчик, офицер в отставке. Но Рейни понимала, бывших военных офицеров не бывает.

Длинные чёрные волосы Зарэй Локрен Дейр’анна были стянуты в замысловатую косу, а золотые пластины в тонких прядях говорили о его высоком статусе. Даже дома он не снимал строгого тёмного костюма, в котором он походил скорее на боевого командира, чем на главу семейства.

Остальная семья была похожа на витрину генетической лаборатории: стройные, высокие, безупречно сложенные алинары, каждый словно сошёл с обложки глянцевого журнала.

У Иннира оказалось двое братьев — один старший, другой младший, оба с жёнами. Жёны были красивы: одна — светлая, статная, с глазами цвета пыльной бирюзы, другая — темноволосая и очень высокая, с длинными распущенными волосами, спадавшими почти до колен. Все они носили закрытые традиционные наряды с высоким воротом, утянутые по талии, и тонкие, как плёнка, шёлковые накидки, а поверх — узкие пояса с эмблемами кланов. Ни одна из женщин не удостоила Рейни не то чтобы словами, но даже приветливым взглядом.

Мать Иннира отсутствовала в день их прибытия, и Иннир, как выяснилось, не счёл нужным предупредить семью о приезде. Только Зарэй знал о приезде сына с невесткой и заранее распорядился подготовить гостевые комнаты. Только вечером, когда Рейни уже начала отвыкать от постоянной напряжённости, Иннир зашёл в её комнату и объяснил: по законам Айреа'ларна они не имеют права делить одно ложе до официальной церемонии брачного признания.

Как оказалось, именно это и было настоящей целью визита на эту гнетущую планету.

На следующее утро прибыла мать Иннира- Астэлия Вейрис Дейр’анн. Женщина с идеально гладкими, снежно-белыми волосами, собранными в сложную причёску, с упрямыми скулами и прямым взглядом. Она поджала губы, окинула Рейни молчаливым взглядом и, скрипя сердцем, обняла её. Настолько формально, что даже прикосновение одежды не произошло. Потом повернулась к Зарэю и тихо произнесла: «Раз ты принял решение –я займусь организацией бракосочетания».

Так Рейни и оказалась в этом водовороте под названием «подготовка к бракосочетанию». Первые пару дней прошли не так уж плохо. Иннир ненавязчиво рассказывал о традициях алинаров и показывал планету. Много рассказывал о своем детстве, обучении. Потом ему пришло сообщение на коммуникатор и им пришлось срочно возвращаться, так как прибыли старейшины рода для церимонии.

Три дня. У алинаров свадьбы длятся именно столько. Первый день — обряд очищения: специальные ванны, медитации, наставления старших. Второй — представление рода: жених и невеста по очереди чествуют родителей и наставников друг друга, принимая на себя часть ответственности за молодожен. Третий — церемония скрепления нейросвязей и обмен даров. Всё строго. Всё сдержанно. Без песен, танцев и развлечений.

Рейни хотела убежать ещё на втором часе первого дня, но сдержалась. Наряд был слишком сложным, обувь натирала ступни, а в голосах всех окружающих чувствовалось безмолвное неодобрение.

Второй день был еще ужаснее. За Рейни не было рода. О том, что она «искусственный» представитель расы алинаром, знали только Иннир и его отец. Рейни представили как сироту, которая и не знала о своем происхождении, пока сама судьба не столкнула ее с Инниром, который почувствовал в ней микроволны и вибрации, которые пробудили в нем ответные чувства.

В итоге обряд второго дня закончился очень быстро, так как представлять род Рейни было некому. Однако многочисленные родственники и старейшины прибыли на церемонию. Около тридцати человек, вернее алинаров, окружили Рейни и говорили, что они принимают ее в семью и что она обязана будет делать как супруга алинара.

В такие моменты, рядом с невестой должна находиться мать, бабушка или сестра, любой представитель рода невесты, но у Ренйи не было никого. По традции, жених находился в другой комнате в окружении рода будущей жены, где получал наставления от ее родственников. Но в этом отпала необходимость, поэтому Иннир был рядом с ней, нарушая все правила. Он держал её за руку, подсказывал, когда нужно кланяться, когда молчать, а когда говорить.