Ты не видишь меня. Книга 1

18 глава

– Аврора! Аврора, подожди! – позвал Миша, но я не отозвалась, а продолжила бегство от самой себя, от чувств и от этих людей.

В коридоре, постаравшись не переходить на бег, я медленно шла, не осознавая куда именно. Душу разъедала невыносимая боль. Как же долго я терпела и страдала от безответных чувств! Как сложно втайне любить, зная, что он ненавидит! Его отношение ранило сотню раз. Он молчаливо выносил приговор и многократно безжалостно казнил.

Очнулась только, когда оказалась на крыше и ощутила ледяной ветер на обнаженных участках тела. На улице было уже темно и холодно. Меня нехило так трясло и сердце слишком громко билось.

Как же медленно и мучительно убивало его отношение и поступки. Как долго терпела это, пока неожиданно не достигла предела.

И вот он конец терпению!

Я – некогда сильная и уверенная Аврора, стояла в полном одиночестве и злилась на горькую судьбу. Искусной покорительнице мужских сердец, самое желанное и дорогое сердце – не подвластно. С огромной болью осознала, что только ненависть и неприязнь я вызывала у него.

Когда первая волна потрясения спала, я забеспокоилась: догадался ли кто-то о причинах моего взрыва? А вдруг? Тогда настанет крах всего, мой личный апокалипсис, армагеддон, ад, бездна...
В приступе паники я принялась ходить по крыше назад-вперед, страшно захотелось что-то сделать, как-то успокоиться, куда-то сбросить энергию и эмоции, которые рвали грудь. Еще бы немного и я бы спятила, но тут услышала осторожный голос Миши, который вызвал, пожалуй, только приступ разочарования и раздражения:

– Эй, Аврора? С тобой все в порядке?

Нет. Со мной совсем все не в порядке!

Хотелось прокричать, но разве я могла?

Поэтому терпела, несмотря на то, что меньше всего сейчас жаждала разговаривать с ним, когда находилась в таком смятении чувств. Не понимала: зачем надо было бежать за мной!? Неужели сложно оставить в покое, хотя бы ненадолго? Разве о многом просила?

– Да! Да! Да! – поспешно и нервно ответила, понадеявшись, что получив пламенные заверения о моем спокойствии, он оставит, наконец, в одиночестве. Я была не в том настроении, чтобы терпеть слюнявую симпатию!

Однако пришлось...

Миша подошел ближе, вызвав во мне внутреннее сопротивление, а тело заставив взбунтоваться от посягательств на него. Одной рукой парень нежно обнял за талию, а второй – обхватил лицо, внимательно всматриваясь. Пальцами нежно успокаивающе погладил по щеке.

– Расскажи, что случилось? Я хочу помочь! – серьезно спросил.

От его ласкового тона и настойчивости я снова почувствовала огромное моральное давление и отторжение из-за этого. Из последних сил терпела нежность, будучи в его объятиях, молясь о той минуте, когда снимет с меня оковы в виде своих рук и прекратит трогать.

Но терпение лопнуло, когда он, приоткрыв немного губы, склонился надо мной с определенной целью. Насилия над собой мне сегодня с головой хватило, а это было уже сверх!

В последнюю секунду я отвернулась от нежностей. Еще этого мне сейчас не хватало.

– Черт возьми, Миша! Какие к черту поцелуи, объятия!? Ты видишь, в каком я состоянии? – нервно вырвалась из его объятий.

– Да, вижу! И я вижу, что ты едва не плачешь! Ты расстроенна! Не могу видеть тебя такой!

– Я не расстроенна, не выдумывай глупости! Я зла! Невероятно зла! Меня раздражает парень Ульяны и только! Я сюда пришла специально, чтобы побыть наедине со своими мыслями, а ты лезешь ко мне с поцелуями! Понимаешь, что сейчас немного не в тему твои обнимашки! Можешь просто уйти и оставить меня в покое!?

На последних словах Миша заметно помрачнел. Такое впечатление: словно зловещая тень набежала на его лицо, сделав немного грубым и злым. И я сразу замолчала, увидев такую от него реакцию, тем не менее хоть я и была резка, но не жалела о сказанном.

– Хорошо, будь по твоему, – мрачно кивнул он, начав заторможенно пятиться назад, а потом без прощания ушел.

Да, вот такая я – дрянь. Всем парням всегда причиняла боль. И Мишу сильно обидела, но мне некогда беспокоиться о чужих чувствах, когда у самой сердце без остановки кровоточило.

Со всей силы стукнула в грудь кулаком. Там где сейчас ощущалась безумная боль. Но не выбить ее, не заглушить силой, она крепко вцепилась в бедное сердце. Любовь к Игнату, как заноза, там – глубоко. Не изъять ее – иначе истечешь кровью. Она навечно в нем. Что-либо делать бесполезно. Сколько я пробовала выкинуть его из головы, из сердца, из души – не получается!

За что мне его нелюбовь? За какие грехи его ненависть? Еще раз ударила себя в грудь, чтобы выбить страдания, а получила только плач. Больше не смогла сдерживаться! Это душа стенала от боли!

Сейчас чувствовала только холодную пустоту, мрачную и непроглядную, наглухо сковавшую сердце и душу, и не вырваться из нее, не спастись! И вдруг ощутила себя такой одинокой. Стояла на крыше жалкая и потерянная, одна в целом свете. Стало безумно страшно от этого одиночества и пустоты. И тогда поняла: если сейчас же с кем-то не поделюсь – меня раздерет от душевной горечи.

Слезы продолжали градом катиться по щекам, когда я трясущимися руками из кармана шорт доставала телефон.

Когда верная подруга ответила на вызов, я сорвавшимся голосом, переполненным горечью, прошептала:

– Нюр… Нюра… – сделала паузу для того, чтобы набраться сил. Подруга сразу почувствовала мое состояние – замолчала. – Это конец, Нюр! Больше не могу!

Не получилось сдержаться, некоторое время я всхлипывала в трубку, а подруга подбадривала:

– Все хорошо… тихо…

А я, проглатывая горькие слезы, сквозь вой продолжала изливать измученную душу.

– Это ад! Ничего не могу с собой поделать! Я так устала! Так устала страдать из-за него! – громко прокричала в трубку, боль разрывала, ее невозможно было контролировать.

Эмоции душили меня. Все тело от нервов сильно колотило, и я, приложив неимоверные усилия, чтобы совладать с собой, дрожащими губами продолжила исповедь.

– Мне стыдно! Очень стыдно! Ведь хорошие подруги так не делают!!! Не влюбляются в их парней!! – я еще пару раз всхлипнула в трубку и с усилием закончила мысль. – Я влюбилась… Это ужасно… Я так люблю его, Нюра… Просто так люблю… Я все делала, чтобы выкинуть его из головы! Но не могу!!! Какая я – тварь, черт подери!

– Т-шш… успокойся, Аврора! Не кисни! Мы все решим… все хорошо… тебе станет легче!

– Не станет! Не станет! Я не могу излечиться от этой проклятой любви! Я безумно люблю Игната!

Проговорив вслух терзающие душу мысли и немного разделив тяжелые эмоции с подругой, я сделала глубокий вздох облегчения. Как вдруг странные звуки за спиной заставили настороженно обернуться.

Вмиг настрадавшееся сердце ухнуло вниз, от шока перехватило дыхание. Из дрожащих рук рухнул телефон, с грохотом упав на бетон.

Игнат.

О, нет!