Ты ненадолго уснешь....

6

Заведение явно пользовалось успехом, Бенедикт понял это, едва переступил порог бара, который хоть и мог предложить усталому посетителю прохладный воздух, но свободными местами похвастаться, увы, нет.

Прошерcтив толпу взглядом, Купер выцепил машущую ему рукой Люси, которая неизвестно каким чудом заняла крохотный столик у дальней стены, сплошь увешанной всевозможными фотографиями и картинками в рамах. Половину всего пространства заведения занимала невероятно длинная барная стойка, которая причудливо изгибалась овалом, эту странную ось, облепляли люди, львиную долю которых составляли врачи и студенты. Здесь не было особых различий, разве что только возраст. Профессия сглаживала различия невидимой гребенкой оставляя в качестве отличия степень сутулости и блеска в глазах. Новичков легко можно было отличить по потухшему взгляду, приговоренного к смертной казни.

Негромкая музыка также особо не свидетельствовала о том, кому она предназначалась — легкая, непритязательная, без особого смысла, с глуповатым текстом - эти песни могли нравиться кому угодно. Уж быстро въедался мотивчик!

Хозяин бара был латентным гением!

Неожиданная мысль промелькнула в голове Бенедикта столь внезапно, что он даже не понял, почему, собственно, «латентным». Ах, да...!

Гении, обычно, не держат баров на протяжении двадцати лет!

Табличка с датой основания этого оазиса, который манил к себе и обещал быстрое забвение от забот или долгого трудового дня, висела прямо в центре над стойкой.

Бенедикт любил подобные места, которые отдавали чем-то вечным и человеческим, он медленно направился прямиком к бармену, с трудом притиснувшись через частокол завсегдатаев, которые застыв горгульями на высоких стульях, перемалывали хребет, уходящему дню в исцеляющем сеансе дружеской психотерапии.

Молодой на вид парень- бармен, едва справлялся со своим напарником, разливая напитки в разномастные стаканы, стопки и кружки. Он поднял палец вверх, давая Бенедикту знак, что заметил его и скоро подойдет. Купер обернулся, чтобы взглянуть на Люси и сделал это так поспешно, что она не успела убрать с лица странное задумчивое выражение, которое вовсе не хотела ему показывать.

Переговорив быстро с барменом, Бенедикт незаметно оплатил «угощение», которое вознамерилась преподнести ему Люси, щедро оставив «на чай». Парень за стойкой расплылся в довольной улыбке и утвердительно кивнул.

- Извини, задержался!

- Пустяки! - Люси явно не нуждалась в реверансах и молча пододвинула Нэду запотевшую бутылку холодного пива, после чего уставилась на него смешливым взглядом, который никогда не практикуют скромные барышни.

Купер понимал, что в этом случае можно быть собой и с благодарностью принял исходные условия, потому что корчить из себя благородство просто не было сил.

- Отличное заведение! То что нужно! Кто бы мог подумать, что мои безрезультатные и продолжительные поиски, наконец-то увенчаются успехом.

- Да, в центре таких баров нет, а здесь... Здесь что-то другое, просто не прижилось бы. Мы врачи, народ простой — даже профессура нет-нет да заглянет сюда. Но ты меня удивляешь — выходец из семьи Куперов должен нос воротить от столь плебейских мест.

- Как раз в этом и кроется причина. Мать всегда слишком изысканно готовила и с трепетом сервировала каждую трапезу. У нас с сестрой на завтрак было у каждого по восемнадцать приборов.

- Ты шутишь?! - Люси покатилась со смеха.

- Серьезно! Когда я путешествовал с друзьями по Канзасу, и впервые, вместо обычного стакана, мне всучили стеклянную замусоленную банку, я едва не расплакался от счастья. А потом, блевал неделю от кишечной инфекции... К тому же, весь снобизм в нашей семье достался отцу. У меня другие недостатки.

- Расскажешь?

- Несерьезное отношение к женщинам, безответственность и неутолимая жажда легкой жизни.

- Лихо! Потому и вид у тебя такой, что не позавидуешь, - Люси промурлыкала с издевкой, но улыбнулась вполне многообещающе. - Поздравляю! Для многих новичков, первый день, это своего рода предсказание на все последующие.

Она не ждала, что Бенедикт ответит, а он лишь мотнул головой и красивые черты лица подпортило предательское сомнение и ....страх, который он попытался тут же скрыть

- И у тебя так было?

- У всех! Вопрос в том, кто сколько выдерживает. Я, например, какое-то время крепко подсела на антидепрессанты. Потом долго не могла соскочить, такая дрянь! А буквально на днях, после операции, меня накрыла истерика — уж сильно переживала за девочку. Ее зовут Ребекка, такая умница и семья на зависть просто! Знала же, что с пациентами надо абстрагироваться, не принимать близко к сердцу, в противном случае это только вредит делу, но вот, иногда даю слабину.

- И доктор Ванмеер так же нервничает?

- А то! Хотя, она у нас вроде белой вороны в коллективе.

Странно хмыкнув, Купер в один присест осушил половину бутылки.

- Сдается мне, что вы с ней были раньше знакомы, - Люси прищурила глаза и посмотрела куда-то в сторону.

Бенедикт проследил за ее взглядом и увидел, что Хоуп с друзьями расположилась в самом конце барной стойки. Широкая спина высокого мужчины почти закрывала ее лицо, но вот, под гнетом усталости или по привычке, она облокотилась на руку, и почти улеглась на деревянную столешницу с упоением слушая явно захватывающий рассказ великана.

Ее подруга то и дело катилась со смеху и активно комментировала слова мужчины. Это было интересное зрелище - наглядный результат многолетней дружбы, которая оставляла возможность быть самими собой, а потому Ванмеер блаженно молчала, зная, что это не воспримут превратно.

- Мы учились вместе в школе.

- Неужели?! - Люси удивленно выпучила глаза. - Вот это поворот! И как? Она сильно изменилась с тех пор? Какой она была?

- Странной... Всегда молчала. Очень необщительная, умная, ни ошибок, ни вопросов, ни провалов....У нее практически не было друзей.

- О Боже! Да она практически не изменилась! Ты не поверишь, но я таких в школе всегда гнобила, странно, что теперь, но только в случае с Хоуп, я иногда испытываю угрызения совести. Никогда бы не подумала, что с ней интересно общаться и вообще, возможно поддерживать дружбу.