Ты подставил меня, Дракон!

Глава 19. Смотр

Это спектакль. Для Кассиана. Помощь самого умного парня академии не что иное, как возможность щёлкнуть по носу Кассиана, мол, смотри, хромоножка прошла отборочный тур. Даже она может претендовать на первое место.

Смотрю на Элиота. Горло сжимает от обиды. Это всего лишь мои мысли, да? Я могу ошибаться? Так…

Хватит с меня этого дня.

— Что ж, раз я прекрасно справилась, то имею право на отдых! — выдавливаю из себя улыбку, чувствуя, как губы дрожат.

Актриса из меня, конечно, ещё та, но я стараюсь изо всех сил.

Элиот поджимает губы, взгляд мечется по столу, словно ищет спасения и снова впивается в меня.

Мну тест и бросаю его в мусорное ведро. Напевая весёлую песенку, собираю вещи в сумку и попрощавшись, ухожу.

Спину прожигает взгляд. Тяжёлый, пронизывающий до самых костей. Я кожей чувствую, как он сверлит дыру в моём затылке.

У самой двери не выдерживаю. Резко оборачиваюсь.

Кассиан в той же позе, но в его глазах больше нет скучающей пустоты. Там тлеет угольками что-то живое, опасное, хищное. Он смотрит на меня, а потом лениво переводит взгляд на Элиота.

Тот сидит, вжав голову в плечи, словно нашкодивший щенок. Король академии довольно улыбается. Ему понравилось. Наш маленький спектакль позабавил его.

Сердце пропускает удар. Отворачиваюсь и выскальзываю в коридор. Ноги ватные.

Элиот — просто придурок с большой буквы "П". Если он ещё раз сунется ко мне с «помощью», огрею его самым толстым фолиантом, какой найду в библиотеке!

Хотя…

В одном я ему, пожалуй, благодарна.

Я поняла, в каком направлении нужно заниматься, чтобы попытаться пробиться в отборочный тур.

А Кассиан? Тот ещё фрукт. От Элиота он ушёл недалеко.

В комнате меня встречает тишина. Гулкая, холодная, одинокая. Бросаю сумку на пол и в душ.

Холодная вода приводит меня в чувство. Горячая, как назло, уже закончилась! Сжимаюсь под ледяными струями, пока зубы не начинают выбивать дробь. Потом закутываюсь в одеяло, пытаясь согреться, и проваливаюсь в сон. Эрудит послезавтра, у меня есть ещё целый день, чтобы подготовиться.

Сплю, кажется, всего минуту, но меня безжалостно выдёргивают из темноты. За окнами глухая ночь. Миссис Лунар собственной персоной стоит на пороге с ключом в руках.

— Крепко же ты спишь, милая! Не достучалась! — голос у неё бодрый, словно сейчас полдень. — Поднимайся! Смотр кадетов во внутреннем дворе!

Чего?! Я смотрю на неё, не веря своим ушам.

Им лекций мало, тренировок мало, они решили по ночам нас гонять?!

Наспех натягиваю форму, кое-как сгребаю волосы в хвост и вылетаю на ледяной воздух.

Холод обжигает. В горах ночью просто зверски холодно! Меня догоняет Бридж, стуча зубами так, что, кажется, они вот-вот раскрошатся. Я вторю ей тем же.

— Я д-д-думала, они ш-ш-шутили! — выдыхает она облачко пара.

Мы втискиваемся в толпу бытовиков. Вместе чуточку теплее, но ненамного.

Освальд Элрик стоит на ступенях в тёмно-сером пальто, застёгнутом на все пуговицы. Над ним мерно покачивается магический светильник, выхватывая из темноты его непроницаемое лицо.

— Ему-то тепло, — шипит кто-то рядом.

Пар изо рта валит клубами. Скорее всего, скоро выпадет снег. Первые зазимки.

— Двадцать четыре минуты, — голос декана боевого факультета разносится в морозном воздухе. — Коменданты, доклад!

Миссис Лунар и тощий комендант-мужчина рапортуют. Все построены. Миссис Авель перечисляет, кто в госпитале. Нас пересчитывают по головам. Это длится мучительно долго, я уже перестаю чувствовать пальцы ног. Наконец, Элрик кивает.

— Нападение может застать вас в любую минуту. У вас есть не больше минуты, чтобы вылететь из кровати и спастись. Вы справились отвратительно. Особенно первый курс. Поражает лишь расторопность девочек с бытового факультета. Будем проводить такие смотры чаще, пока не доведём до автоматизма.

Вымороженная тишина. Вот наш ответ. Мы просто «счастливы».

— И ещё. С завтрашнего дня — календарная зима. Всем сменить форму на зимнюю и получить комплект верхней одежды и обуви.

Сразу зима? Днём же было почти тепло! Сумасшедшее место.

Наконец, нас распускают. Ковыляю к миссис Лунар, спрашиваю про одежду.

— Ах, милая! — улыбается она. — На складе, как обычно. Только сразу приготовь тридцать золотых, чтобы два раза не бегать.

Я замираю. Воздух застревает в лёгких. Сколько-сколько?! Тридцать золотых?! Это как понимать? Я думала, одежда бесплатная! Ну спасибо, родная академия! Ночные побудки и драконьи цены на тепло. Просто праздник какой-то!