Ты простишь меня, Птичка?

14 часть.

Полина.

Ну что они, будто смотрины устроили? Этот папин взгляд сканирует Макса на бракопригодность.

А вслух говорит сладким тоном, подливая Максу компот:

— Милая, торт испекла? Покажи-ка гостю.

Только бы Макс не ляпнул сейчас что-то типа "торт — это по …"

Мы приступаем к горячему. Макс резко зажмуривается, когда раскалённый кусок мяса обжигает ему язык. Он судорожно дёргает головой и начинает дуть в приоткрытый рот, стараясь не выплюнуть еду на тарелку, ведь отец тут же поднимает бровь.

— Надо было подождать! — я толкаю в его сторону стакан с водой.

Мама улыбается:

— Наша еда тебе по нраву?

Отец хмыкает в тарелку: видимо, его слегка позабавила эта сцена. Макс с трудом проглатывает обжигающий кусок, хватается за стакан и залпом выпивает воду. Глаза его слегка слезятся от боли, но он тут же пытается сохранить лицо.

— Да, мэм. Огонь просто. В прямом смысле.

Я фыркаю в кулак, а мама не может скрыть смешок.

Мама подливает ему ещё воды:

— Ну хоть аппетит у тебя хороший. Это мне нравится.

— Знакомы вы месяц, да? Не слишком ли мало? — вдруг спрашивает отец.

— Мы познакомились в школе, — отвечаю я.

— Хочу кое-что спросить, – внимательным взглядом смотрит на Макса отец.

Макс слегка напрягается, но старается держаться уверенно:

— Да, слушаю.

— Какие у тебя планы? Ну там работа, жильё. Как собираешься содержать мою дочь?

— Работа есть. Устроился я хорошо, скоро даже повысят.

— Ну, работа хорошая, конечно, но на автомойке.

Отец чуть хмыкает, снова пристально вглядываясь в лицо Макса.

— И сколько ты зарабатываешь в месяц? Если не секрет, конечно.

Макс напрягается, его пальцы сжимаются в кулаки под столом. Он знает, что цифра не впечатлит моего отца, но врёт он плохо — это сразу заметно.

— Сорок, ну, сорок пять на чистую. — Он тут же спохватывается и добавляет быстро: но с премиями бывает больше! Я ж не дурак, если надо деньги заколотить, могу и вторую смену взять.

Как будто бухгалтерию перед ним отчитывает.

— Пап, не забывай, что мы ещё учимся в школе, — защищаю Макса я.

— Школа — это конечно хорошо. Умный мальчик?

Папа нарочно что ли?

— Паап... Хватит уже.

Ну неужели не видит, что парень и так на иголках? У Макса же с детства ни семьи, ни нормальной жизни не было! Где он в школе должен всё успеть, если ещё и работает?

Макс чуть резковато, но честно отвечает:

— Учусь, как могу.

— Он ещё спортом занимается! — восклицаю я. — Тренируется каждый день после работы.

Отец с сарказмом говорит:

— Спорт — это хорошо. Хоть не будет спиваться на автомойке в тридцать.

Макс резко поднимает голову, глаза чуть сужаются, но он молчит.

Мама неловко кашляет:

— Может, хватит уже допрос устраивать? Мы же только познакомились по-человечески.

Она бросает папе взгляд, который ясно даёт понять: "Прекрати сейчас же". Я внутренне молю: "Спасибо, мам..." А Макс незаметно выдыхает, он готов был уже стенку пробить от напряжения. И по нему это видно.

— Ладно. Компот ещё нальёшь?

Мы продолжаем ужинать, но все чувствуют, что что-то изменилось: воздух будто стал тяжелее от слов отца до этого момента. Макс тихо сидит и ест, а я украдкой смотрю на него, будто проверяя, как он держится. Мама кладёт на стол краба. В нашей семье это привычная еда. Я замечаю, как Макс с явным замешательством смотрит на краба — похоже, он впервые видит такое блюдо. Мама походу это тоже заметила, так как говорит:

— Макс?

— В первый раз в жизни краба видишь? — пускает язвительный комментарий папа.

Да что с ним такое сегодня?

Мама бросает на Макса успокаивающий взгляд:

— Попробуй. Это вкусно.

Пока Макс осторожно пробует вилкой кусочек, отец снова не может удержаться и бросает в его адрес едкую реплику:

— Впервые краба пробуешь? Не слишком сложно?

— Папа, хватит! — восклицаю я.

Макс.

Я, наконец не выдержав сарказма, встаю со своего места и бросаю в ответ резкую фразу:

— Да я похуже видел!

После моих слов все за столом резко замолкли, несколько долгих мгновений царила тишина.

— Хватит вести себя как неотёсанный парень! Ты в моем доме, и я не позволю тебе разговаривать в таком тоне. Тебе понятно, щенок?

— Если я щенок, то вы кто? — глаза горят. Я еле сдерживаю себя. — Хорош уже строить из себя важняка!

Бросаю вилку на тарелку — звонкий "дзынь" режет тишину.

Полина в панике говорит:

— Макс!

Да пошёл он. Пусть знает — я не тряпка.

С бешеным взглядом, я направляюсь к выходу, чувствуя, как в голове буквально кипят эмоции. Мысли перемешиваются в одну огромную кашу из гнева, злобы и обиды. Я выхожу на улицу и слышу голос Полины.

— Макс! – кричит она.

— Чего тебе?

Бля, ну зачем она побежала? Я же сейчас как дерьмо выгляжу. Но и обратно идти — себя унижать.

— Папа сегодня в плохом настроении. Не обращай внимания! Просто он не в духе.

— Твой батя думает, я мусор под ногами?!

— Он просто не привык, что у меня такой парень. Он просто не понимает. Он хороший, просто...

Она подбегает ближе, хватает меня за локоть, стараясь успокоить — чувствует, что я буквально на взводе.

— Макс, посмотри на меня!

Сдерживая ярость внутри, я наконец смотрю на Полину. Я вижу беспокойство в её глазах, чувствую её хватку на локте. Она выглядит испуганной и чуть виноватой, словно пытаясь всё это решить.

— Не обращай внимание на папу, хорошо? Он за меня переживает. Просто ему нужно привыкнуть.

После её слов я несколько мгновений молчу, глаза чуть смягчаются.

— Ладно.

— Макс, я хочу, чтобы у тебя с моими родителями были хорошие взаимоотношения.

Полина.

— Прости, Птичка.

Я выдыхаю, чувствуя, как напряжение между нами постепенно рассеивается. Всё ещё держа его локоть, я наконец делаю маленький шаг ближе.