Ты простишь меня, Птичка?

15 часть.

Макс так и не бросил курить. Но зато теперь у нас есть ритуал: каждый раз, когда он тянется к сигарете, я целую его и он откладывает пачку.

А ещё я знаю: если бы кто-то сказал мне два месяца назад, что меня свяжет что-то большее с этим "хулиганом", я бы рассмеялась им прямо в лицо.

С тех пор, как всё началось, мы словно на разных сторонах одной монеты: полные противоположности, но в то же времени идеально дополняем друг друга.

Макс выглядит дерзким, опасным, грубым и он им и является. Я — всё его полное противоположность: мягкий ангел, который только недавно спустился из рая. Кто бы мог подумать, что я влюблюсь в этого хулигана?

Я стояла у школьного расписания, листая список преподавателей. Глаза внимательно скользили по табличке, ища нужное время для урока музыки.

Рядом слышится чей-то кашель, и я вдруг чувствую на себе взгляд. Я поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Максом, который стоит поодаль.

— Привет, — улыбаюсь.

— Привет.

Он подходит чуть ближе, руки в карманах. Но даже так Макс выглядит слишком высоким — мне приходится немного запрокидывать голову назад, чтобы посмотреть ему в лицо.

Он на секунду замирает, затем резко наклоняется и его губы слегка касаются моей щеки. Он отстраняется так же быстро, как и приблизился, но в его глазах всё ещё горит что-то неуловимое.

— Вот так просто? Без слов?

Макс выглядит слишком довольным в этот момент, словно действительно гордился своим поступком. Ещё бы: теперь я покраснела так, что щеки даже чуть припекло. И Макс прекрасно это знает, поэтому снова наклоняется ко мне поближе.

— Это ещё не всё.

Он снова резко чмокает меня в щеку, а потом отступает на пару шагов назад, словно проверяя реакцию.

— Осторожнее, иначе я могу подумать, что ты пытаешься захвастаться.

Я тоже наклоняю голову в бок и делаю пару шагов в его сторону, теперь мы стоим почти вплотную. Он делает крошечный шаг вперёд, сокращая расстояние между нами.

Тут какой-то парень толкает меня. Я чуть вздрагиваю от прикосновения его рук на талии, но не успеваю сделать ни шагу назад, как Макс вмешивается в ситуацию. Он буквально за одну секунду оказывается рядом, резко хватая парня за воротник.

Макс с хриплым голосом, резко сжимает ткань между пальцами:

— Ты чё охренел?

— А че не так? Она твоя территория? — с усмешкой бросает парень.

В его тоне звучит явное пренебрежение, и я чувствую, как Макс напрягается еще сильнее.

Он не моргая смотрит на парня, губы его кривятся в усмешке.

— Она всегда была моей территорией. И я не люблю, когда кто-то трогает мои вещи.

Парень пытается вырваться, но хватка Макса слишком сильная, он буквально вжат в стену между нашими телами. И теперь он выглядит по-настоящему испуганным, стараясь отвести взгляд от лица Макса. Макс же, наоборот, выглядит довольным, он буквально прожигает парня взглядом, а руки его сильнее смыкаются на его груди.

— Пацан, тебе нужна ещё одна причина для сломанного носа?

— Максим! — восклицаю я.

Макс бросает последний взгляд в сторону парня, словно прожигая его взглядом, а потом резко отпускает его и поворачивается ко мне. Выражение его лица меняется, теперь он снова выглядит спокойным и внимательным, но я прекрасно вижу, что внутри него всё еще кипит ярость.

— Ты в порядке?

— Я в норме. Не переживай.

Парень уходит. Макс устало опирается спиной о стену рядом, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. Повисает молчание, и он отводит взгляд.

— Макс, почему ты так разозлился? Он же просто случайно столкнулся со мной, – мягко говорю я.

Макс прикрывает глаза на секунду, потом снова смотрит на меня. В его взгляде мелькает что-то неуловимое.

— Потому что он коснулся тебя. И даже не подумал извиниться нормально.

Он скребёт ногтями по швам своих джинсов — нервная привычка.

С одной стороны, я понимаю его реакцию: Макс привык быть тем, кто контролирует ситуацию, но с другой стороны, я не хочу, чтобы он постоянно защищал меня.

— Я знаю, что ты хочешь меня защитить. И я это ценю. Но я не хрупкая, Макс. Я могу за себя постоять.

— Ты сильнее меня вдвойне. Но я всё равно не могу быть спокойным, когда тебя трогают эти придурки.

Я делаю крошечный шаг к нему и кладу руки на его грудь, чуть надавливая пальцами.

— Я ценю, что ты заботишься обо мне. Но не надо быть моим телохранителем.

Макс резко прикусывает нижнюю губу, его пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. Он шагнул ближе, нависая надо мной, слишком близко, чтобы это можно было назвать просто разговором.

— Это моё решение. И если кто-то посмеет…

Он резко обрывает фразу, чувствуя как мои пальцы впиваются ему в предплечье. Его глаза — чёрные и горящие — неотрывно следят за моей реакцией.

— Макс, давай закроем эту тему, хорошо? – я вздыхаю. — Я сделаю вид, что этого не было.

Я просто разворачиваюсь и иду по коридору дальше. Внутри всё ещё бурлит от нашего разговора, но я стараюсь не показывать этого. Я ускоряю шаг, пока наконец не оказываюсь в своем классе, где ученики уже заняли свои места и ожидают учителя.

Несмотря на то, что я пытаюсь сосредоточиться на уроке, мысли всё равно возвращаются к Максу. Я вспоминаю его темный взгляд, его напряжённые плечи и его сжатые кулаки — всё это буквально отпечаталось в сознании, и я не могу ничего с этим поделать. Слова нашего разговора всё ещё звучат в ушах, словно эхо…

Почему он так разозлился?

Когда мы переодеваемся в раздевалке, я на секунду отвлекаю внимание от разговора с Васей. Я снова думаю о разговоре с Максом, его напряжённой позе, его темном взгляде...

Но потом одноклассница тянет меня за рукав, приковывая внимание обратно к нашему разговору.

Вася показывает на свою кофточку:

—Ты вообще слушаешь?

— Извини, что ты говорила? — я натянуто улыбнулась.

Вася чуть фыркает, но не выглядит сердитой. Она снова указывает на кофточку, которая выглядит новой и очень симпатичной.