Ты сильнее моей власти

Глава 20 Поиски

Пять месяцев.

Пять долгих, изматывающих месяцев.

Фуад сидел в своём кабинете, пальцы медленно сжимали перьевую ручку, оставляя на бумаге лишь царапины. Все попытки выйти на крота в его окружении — провал. Каждый зацепленный след оказывался ложным. Каждый подозреваемый — чист.

А время шло.

Как песок, сквозь пальцы.

А вместе с ним — и контроль. Над бизнесом. Над ситуацией. Над собой.

На стол легла аккуратно сложенная записка.

«Мой человек сообщил: она в торговом центре. Завтра у неё 1 сентября.

Да, Караев… она всё ещё ребёнок. В форме. С учебниками.

А ты всё ещё думаешь, что держишь её в этой игре под контролем?»

Он прикрыл глаза, сжав лист до хруста.

Ребёнок.

И в то же время — девушка, которая каждый день бросала вызов.

Не словами. Хуже — своей гордой тишиной. Своим упрямством. Своими ранами, которые не жаловались.

Завтра — 1 сентября. Она вернётся в школу. Одиннадцатый класс.

Он поднялся, накинул пальто, взял ключи.

Торговый центр. Вечер.

Зара стояла у прилавка с канцелярией, перебирая блокноты. Всё выглядело слишком мирно — обычная школьница в поисках милой тетради, но по взгляду было видно: она здесь не для удовольствия. Просто надо.

Рядом — охрана. Прислуга. Всё, как у наследницы крупной фамилии. И всё же — одинока.

Из-за стеклянной перегородки за ней наблюдал.

Фуад.

Он не подошёл.

Просто стоял и смотрел.

Как она вздыхает, морщит лоб, откидывает одну тетрадь, берёт другую. Как будто выбирает оружие для следующей битвы.

Его человек подошёл:

— Проверили тех, кто сегодня был у неё в доме. Никого нового. Но… вчера она два часа сидела у школьной библиотеки.

— В библиотеке? — голос Фуада был тихим, но жёстким, — Одна?

— Да. Камеры зафиксировали: приехала с водителем, но тот остался в машине. Она зашла, и два часа не выходила. Ни с кем не разговаривала. Ни с кем не пересекалась.

Фуад прищурился.

— Она что-то ищет, — пробормотал он. — Или… кого-то.

Он снова перевёл взгляд на витрину, где она всё ещё стояла. Присела, подняла ручку, проверила чернила. Потом задержалась у стенда с книгами. Политика, экономика, история. Ни одного романа. Ни одной сказки.

—Она идёт по следу, — сказал он, почти себе, — как и я.

— Что прикажете?

Фуад вздохнул.

— Не вмешиваться. Но если появится кто-то неизвестный — действовать. Сразу.

Он сделал шаг назад, в тень.

Он не должен был здесь быть. Не должен был смотреть на неё так. Это ослабляло. Делало уязвимым. А он не мог позволить себе слабость — особенно сейчас.

Но прежде чем отвернуться окончательно, он задержал взгляд на её лице.

Как на минном поле: шаг влево, шаг вправо — взорвётся.

И всё же хотелось идти.

Зара почувствовала это.

Как будто что-то коснулось кожи. Не ветер. Не холод. А взгляд.

Она резко подняла глаза — никого.

Но внутри будто защёлкнулся замок: он здесь.

Она выпрямилась. Сделала шаг в сторону, будто случайно оказалась перед витриной с зеркальной поверхностью.

И в отражении — еле заметная фигура в тени. Чёрное пальто. Жесткая линия плеч.

Он.

— Смотришь? — прошептала она. — Ну смотри.

И улыбнулась в отражении — наигранно, вызывающе. Пусть думает, что всё у неё под контролем.

Она взяла тетрадь. Ярко-красную. С чёрной надписью на обложке:

«Revolt» — Бунт.

Фуад исчез так же тихо, как и появился.

Но внутри у него всё кипело.

Она что-то задумала.

И если раньше он думал, что держит её рядом ради брака и контроля над семьёй — теперь всё переворачивалось.

Она больше не пешка.

Она — неизвестная фигура на доске.

Может быть, ферзь.

Может быть, ловушка.

Вечер. 22:43. Пригород. Старая промышленная зона.

Завод, принадлежащий компании Фуада, был погружён в напряжённую тишину. Только редкий свет фар машин и сигнальные вспышки мигалок спецгруппы вырывали пространство из темноты.

Он вышел из машины, не говоря ни слова. Рядом — его правая рука, Ильяс, шагал почти в ногу.

— Где? — коротко бросил Фуад.

— Склад номер три. Всё как в отчёте: трупы, сожжённый грузовик и пустой контейнер. Камеры — обрезаны. Связь — вырубили за полминуты до нападения.

Фуад молчал. Подошёл к воротам, где уже стояли его люди в чёрной форме. Те расступились.

Он вошёл.

Зрелище было безжалостным.

Четыре тела. Двое охранников, водитель, экспедитор.

Выстрелы — в голову. Профессионально. Холодно. Без суеты.

— Не грабёж. Не местные, — пробормотал Ильяс. — Это… предупреждение. Или месть.

Фуад прошёл мимо тел, словно через ураган, не сбавляя шаг. Вошёл в контейнер. Пусто. Даже намёка на след.

А внутри — важнейшая партия. Товар, о котором знали лишь семеро человек. Из них — трое мертвы.

— Инсайдер, — тихо произнёс Фуад, застыв среди тишины склада. — Кто-то из своих.

— Опять слив, — прошептал Ильяс. — Уже третий за месяц. Этот… самый громкий.

Фуад медленно повернулся к нему:

— Значит, он близко. Совсем близко.

И пауза. Потом:

— Вызывай всех. Завтра — проверка каждого, от водителя до моего зама. Без исключений.

— Даже…

— Даже её отца. Особенно — её отца.

Ильяс замер, но кивнул.

— А если она узнает?

Фуад сжал челюсть.

— Если она умна — она уже догадывается, что я её использую.

— А если нет?

— Тогда она первая попадёт под удар.

Тишина.

Фуад вышел обратно на холодный воздух. Ветер пах гарью и смертью.

Он закурил — редкое для него действие.Сделал одну затяжку. И сказал:

— С этого момента каждый их шаг — под наблюдением. Не только её. Всех. Кто хоть раз сидел за одним столом с её отцом.

Он поднял ворот пальто. В глазах — не страх.