Ты сильнее моей власти

Глава 32 Адам

На следующий день он не поехал в офис. Сел в машину, приказал водителю ехать за Зарой. Внутри всё сжалось, когда он увидел, как её автомобиль остановился у парка, и она, легко одетая, с распущенными волосами, вышла прогуляться.

Он ждал, не отрывая глаз. И вдруг… появился Адам. Молодой, спокойный, с той самой лёгкой улыбкой, которая бесила Фуада до безумия. Зара, увидев его, засияла так, как он мечтал увидеть её сияющей рядом с собой.

Фуад сжал сиденье автомобиля так, что костяшки побелели. Ему хотелось ворваться туда, схватить её за руку и утащить прочь. Хотелось стереть Адама с лица земли прямо здесь, в этом парке. Но он остановил себя. Нет. Сейчас нельзя. Он должен действовать умнее.

Он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, пытаясь усмирить бурю внутри.

«Ты сделаешь ошибку, Адам. И тогда я тебя раздавлю», — холодно пронеслось у него в голове.

Но самое страшное было даже не в Адаме. Самое страшное — это Зара, её улыбка, её взгляд, её тайные встречи. Она рушила его изнутри. Он мог контролировать всё, но не её сердце.

И это убивало его сильнее, чем любая боль в ребрах.

Фуад сидел в своём кабинете, когда один из его людей принёс новый доклад. Внутри всё уже пылало — ревность, злость, обида, и он почти не хотел ничего слушать. Но слова, которые прозвучали, перевернули всё:

— Адам не действует сам, — тихо сказал его человек, бросив взгляд на хозяина. — Им кто-то управляет. Его подталкивают к Заре, словно специально. Он слишком часто появляется «случайно» рядом с ней. Слишком грамотно выводит её на доверие.

Фуад замер. Его пальцы сжались в кулак, дыхание стало тяжелым. Он в сотый раз перебирал в голове то, как Адам смотрел на Зарy, как она наивно улыбалась ему, будто забыв обо всём, что вокруг. Он ненавидел Адама. Но теперь понимал: настоящий враг стоит за ним, тот, кто тянет за ниточки.

—Значит, это не случайность… — глухо произнёс Фуад, и его голос прозвучал, будто удар. — Его специально отправили к ней.

Внутри всё похолодело. Мысль о том, что кто-то использует Зару как пешку, рвала его на части. Она была слишком юна, слишком доверчива. Она верила словам, улыбкам, случайным встречам. Она не понимала, что в этой игре каждый её шаг может стоить ей жизни.

Фуад сжал виски руками. Перед глазами всплывал её образ: она, вся такая светлая, с её упрямым характером и наивностью, снова и снова ищет добро в людях. Она могла верить даже врагу, если тот говорил красивыми словами. Адам стал для неё тем самым «другом», который будто слушает, понимает, защищает.

«Наивная… — с горечью подумал Фуад. — Она думает, что сама выбирает, а её ведут, как слепую. Она — мишень. И даже не понимает этого».

Он резко поднялся из кресла, боль в ребре снова отозвалась острой вспышкой, но он не обратил внимания. Гнев перекрывал любую физическую боль.

Теперь его ярость была направлена не только на Адама. Ему хотелось вытащить из тени того, кто дергает за ниточки. Кто решил использовать его жену как инструмент давления.

Фуад прошёлся по комнате, остановился у окна, сжимая в руке телефон. Он знал, что должен что-то предпринять. Но что? Запереть её дома? Она возненавидит его ещё сильнее. Дать свободу? Она станет ещё больше попадать в ловушки.

И снова перед глазами встала сцена: Зара, улыбающаяся при виде Адама. Его сердце болезненно сжалось. Она не понимает, что идёт прямо в пасть волка. Не понимает, что её «дружба» — это игра, которая может её уничтожить.

— Наивная дурочка… — тихо выдохнул он, но в этом слове было больше боли, чем злости.

Теперь он знал одно: он не может позволить ей остаться без защиты. Даже если для этого придётся сломать её доверие окончательно.

Фуад долго сидел в своём кабинете, обдумывая всё, что узнал. Его разум метался между двумя огнями: ревность, которая жгла его изнутри, и холодный расчёт, требовавший не действовать в слепой ярости, а выяснить всю правду.

Он уже знал достаточно: Адам не действует один, его подталкивают, направляют. Но этого было мало. Нужно было увидеть всё своими глазами. Проверить Зарy. Понять, насколько она уже увязла в этой паутине.

Фуад закурил, долго молча глядя в окно. Дым стлался по комнате, а мысли кружили вокруг одного: «Она не просто встречается с ним случайно. Она ищет его. Она тянется к нему. Но понимает ли она, что делает? Или она настолько слепа, что сама отдаёт себя в руки врага?»

Он сжал зубы и принял решение: устроить «случайность». Пусть она покажет себя. Пусть он увидит, как далеко она зашла.

На следующий день он сказал Заре, что уезжает в офис на несколько встреч, но сам отправил людей проследить за ней. Он знал — в её глазах появится облегчение, когда она поймёт, что он занят и не контролирует её каждый шаг. И он не ошибся.

Водитель, как всегда, отвёз её «на прогулку» в парк. Фуад сидел в другой машине, наблюдая издалека. Сердце колотилось бешено, хотя снаружи он выглядел каменным. Он ненавидел это чувство — ревность, ожидание, почти страх. Но всё равно смотрел, не моргая.

И вот — она. В светлом пальто, с упрямым взглядом, который всегда выдавал её характер. Она шла по аллее, поправляла волосы, иногда останавливалась, будто ждала кого-то. Фуад чувствовал, как внутри всё холодеет: она ждёт.

Через несколько минут появился он — Адам. Неспешно, будто случайно. Но слишком вовремя. Слишком правильно. Он улыбнулся ей, она улыбнулась в ответ, и это ударило Фуада в грудь сильнее, чем любая пуля.

Он видел, как Зара чуть склонила голову, слушая его. Как её глаза светились — не так, как рядом с ним. Нет, там было что-то другое: доверие. Открытость. Та наивная мягкость, которой она с ним не делилась никогда.

Фуад сжал руль так, что костяшки побелели. Ему хотелось выйти, подойти и сорвать эту иллюзию прямо на глазах у неё. Но он замер. Он должен был увидеть. Он должен был понять, что она выберет, когда Адам приблизится слишком близко.

И Адам сделал именно это — он шагнул ближе, сказал что-то тихо, почти наклонившись к ней. Она засмеялась. Смех, лёгкий, доверчивый. И Фуад понял: она не играет. Она действительно верит.