Ты - задира

Орёл молодой

      — …И вот, в общем, не понимаю, что делать и что с ним происходит, — закончила я и тяжело выдохнула.
      Рита всё это время внимательно слушала, не перебивая. Иногда казалось, что она больше сконцентрирована на игре, чем на рассказе.
      — Ну, и зачем тебе нужен такой? Забей на него и иди своей дорогой, а он своей. Вот так! — закричала она последнюю фразу и отложила джойстик в сторону.
      Да, я не ожидала никакого дельного совета. Уже знала, что самые хорошие советы давал только один человек, с которым я, к сожалению, больше не общалась. Поэтому в случае с Ритой надеяться на что-то бессмысленно.
      — Тебе повезло, я ведь даже с управлением ещё не разобралась… — грустно ответила я и откинулась на спинку дивана.
      — Да ты просто туда-сюда тыкай, и как-нибудь что-нибудь выйдет, — сказала Рита, засмеявшись. — Ну, а насчёт подруги, даже не знаю. Безосновательные предъявы. Почему ты не можешь общаться с кем-то, с кем хочешь? Она всегда была такой единоличницей?
      — Тут другое… Не говори о ней так, ладно?
      Не знаю, было такое чувство, что вместе с ней оскорбили и меня. Я не хотела говорить про Василису плохо, совесть не позволяла. В конце концов, в нашей ссоре не только она виновата, но и я приложила руку. Было бы глупо сейчас сидеть и с первым встречным осуждать человека, с которым вы, вроде как, лучшие друзья.
      А ещё более глупым терять лучшую подругу из-за подобных мелочей и гордости, через которую так трудно переступить и поговорить. Я знала Васю и то, что она точно затаила обиду и просто так меня не простит. Может, так я оправдывала бездействие.
      Только тогда, сидя рядом с другим человеком, говоря ему о своих проблемах, наблюдая за жестами, мимикой и слушая нелепые временами шутки, я понимала, насколько мне не хватает Василисы. Её неподдельной уверенности, искренности, смелости и понимания.
      «Что же мы наделали», — пронеслось в голове. Я уставилась в одну точку, в телевизор, думая о своём. Вспоминая наши лучшие моменты из детства, когда Вася часто давала подзатыльники Смирнову, защищая меня, или когда я звонила ей посреди ночи и просила поговорить, потому что резко взгрустнулось. Сначала она возмущалась, а потом выслушивала.
      Я взваливала на неё все проблемы, не зная о том, что творилось на её душе. Не зная, какую борьбу с собой она вела каждый день. Да, трудно заметить, что такие девушки, как она, с чем-то борются. Ведь она никогда не давала повода подумать, что у неё что-то случилось.
      Я же помню, как в десятом классе она рассталась с парнем, а на следующий день пришла в школу, будто ничего и не было. И при любом вопросе, касающемся этой ситуации, всегда отнекивалась и улыбалась, повторяя, что всё хорошо. Да, это не вселенская трагедия, но почему-то тогда мне, правда, казалось, что с Василисой абсолютно всё в полном порядке.
      Её лицо точно застыло перед глазами. Милое, улыбающееся.
      — Эй, ты где? — спросила вдруг Рита, выводя меня из транса.
      — Наверное, я пойду…
      — Что? Ты обиделась из-за того, что я сделала тебя? — засмеялась она. — Да ладно тебе!
      Я встала с дивана и поправила волосы, оглядываясь в поисках двери.
      — Нет, нет… Просто, надо идти.
      Казалось, что я зря обо всём рассказала.
      — Я чем-то обидела тебя? — она встала на пути и попыталась преградить его руками. — Что-то сказала не то? Если я как-то оскорбила её, то извини. Я хотела поддержать.
      — Нет, с тобой всё хорошо. И пусти меня, ладно?
      — Слушай, мне нужна подруга, — виновато сказала Рита и повесила голову. — Обещай, что позвонишь или напишешь.
      — Да. Хорошо.

***

      Я села на лавочку перед своим подъездом. Достала телефон и уставилась в экран. «Сейчас позвоню ей, и мы всё решим», — подумала я, уже готовясь нажать на кнопку. Остановилась, заблокировала и направилась в квартиру. Не смогла.
      В голове перемешались миллиарды мыслей, сотни различных сценариев. И в каждом из них я проигрывала. В каждом из них мы не могли ничего выяснить. Поэтому я решила сдаться и пустить всё на самотёк: «Вряд ли ей нужен мой звонок…».
      Мама встретила меня в коридоре.
      — Ну, как?
      — Нормально.
      — Что значит «нормально»? Нормально плохо или нормально хорошо?
      Я повесила куртку, сняла ботинки и прошла в комнату. Мама за мной. Села за стол и повернулась к ней, выдохнув и опустив руки. Хотелось ей обо всём рассказать.
      — Нормально плохо. Я поссорилась с Васей. Но зато на алгебре ответила, — улыбнулась я.
      — Неужели поссорились? Ну, помиритесь, я уверена.
      — Я тоже была уверена. Но сейчас что-то нет. Наверное, дружба себя исчерпала.
      — Откуда у тебя дурная привычка опускать руки, Карина?
      — Ты сама сказала, что нужно ждать. И что будет, что будет.
      — Да, но это не значит, что нужно вот так сдаваться. В случае с твоим Смирновым ты сделала всё возможное.
      Я кивнула. Мама не стала дальше задавать вопросов или проводить воспитательных бесед. Просто оставила меня одну и дала время обдумать. Весь вечер я слушала музыку и пыталась понять план действий. И стоит ли мне вообще его разрабатывать?
      Проверила соцсети, хотела написать Василисе, но её целый день не было в сети. Первое, о чём я подумала, было: «Наверное, делает математику». Она всегда выключала телефон, когда занималась учёбой.
      Неожиданно пришло сообщение от Саши. Он слёзно умолял прийти завтра в пять часов в кафе, в котором мы последний раз были с Васей. А когда я спросила, зачем, сказал: «Сама всё увидишь».
      Уснуть из-за этого долго не могла. До двух ночи думала, что же там такого срочного и удивительного мог приготовить Саша. На мои сообщения с вопросами отвечать не стал. Видимо, совсем не хотел, чтобы я разгадала величайшую тайну сюрприза.

      Первое, о чём я вспомнила, зайдя в класс, о Паше. Его до сих пор не было. Присела за последнюю парту, положила руки на стол и попыталась лечь, отвернуться к окну и прикрыть глаза. Кажется, до начала урока оставалось минут десять.
      Кто-то стал гладить меня по спине. Я сразу не реагировала. Рука была мягкая, лёгкая, движения нерешительные. Я почувствовала, как от кончиков пальцев дрожь пробежалась по всему телу. «Смирнов?», — пронеслось в голове, и я резко поднялась, надеясь увидеть именно его.
      — Привет, — Саша смотрел на меня и улыбался.
      Не сказать, что я была не рада его видеть. В последнее время мнение о нём вдруг внезапно изменилось.
      — Привет.
      Он оглянулся по сторонам и присел рядом. Я сразу обратила внимание на футболку с надписью «imperfectly perfect» и усмехнулась.
      — Что, футболка? — заметил Саша. — Классная, да?
      — Ну, ещё бы… И зачем мне сегодня…
      Он вдруг резко приложил палец к моим губам, отчего я вскинула брови и вмиг ударила его по руке.
      — Ауч! Тише! Чего дерёшься? Я и так уже достаточно отхватил… Просто, никто не должен услышать, — он наклонился ко мне слишком близко, и я поддалась вперёд.
      Сложилось впечатление, что мы какие-то партизаны, прячущиеся от врагов.
      — Никто не должен знать о нашей встрече! — шепнул он. — Ясно?
      — Понятно, капитан. Молчу, — отмахнулась я и выпрямилась.
      Урок начался. Все расселись по местам. А Паша так и не пришёл.
      Я даже боялась подумать, что скучаю по нему. Пыталась заменить подобные мысли на другие, а потом сдалась. Да, как не прискорбно было это осознавать, влюбиться в подобного придурка как он — большая ошибка. Столько проблем свалилось, что казалось, скоро сойду с ума.
      «Как же быстро пролетело время, вот уже и месяц почти позади», — подумала я, всматриваясь в яркие кроны деревьев за окном.
      Я почувствовала вибрацию на парте, пришло сообщение от Риты.