Тяжёлая работёнка

Рассказ 3. Светская жизнь

— Слышали? Говорят, в соседнем городе кто-то покупает детские зубы по цене серебряной монеты за штуку! Да-да, зубы! Купцы шепчутся, что это колдунья готовит какой-то жуткий эликсир. А один лекарь сказал, что из них можно сварить зелье вечной молодости. А ещё беда — недавно пропал мальчишка из трущоб. Смышлёный был…

— И это всё? — скривился Жердяк, почесав щетину. — А что-нибудь… поярче? Зверь там кого задрал или чёрт явился?

— Нет, сударь! — Попрошайка забегал глазами. — Можно я уже пойду?

— Не сударьничай! На монету и вали.

— Как скажете, су… друже, спасибо!

Нищий шмыгнул прочь, еле протиснувшись мимо крепыша с топором.

— Какие зубы… Какой ещё мальчишка… Их там в трущёбах кто-то считает? — буркнул тощий.

— Они своих наперечёт знают, — упрекнул друга Бугор, провожая нищего взглядом. — Ну ты его и запугал, Жердяк. Можно было и полегче!

— Уверен, что это были не твои милые глазки, в которых отражается лезвие топора? Где ты его вообще взял?

— Да буквально тут, за углом валялся.

— Невероятно!

Двое — высокий и низкий — пробирались по узким улочкам, куда заглядывали лишь те, кому нечего терять.

— Черт… почти ведь успели свалить, а теперь заперты в этом дрянном городе.

Бугор в ответ лишь крепче стиснул топор.

— Кто ж знал, что местный князь окажется столь недальновидным… Зато теперь с пики ему хорошо видно, кто друг, а кто враг, — хмыкнул тощий.

— О, неужели чувство юмора вернулось? — пробурчал крепыш.

— Что-то вроде того... Жаль, оно не поможет нам выбраться…

— Перетерпим. Пусть кромсают друг друга сколько угодно — лишь бы нас не трогали. Рано или поздно выберут нового князя. Мне вот даже нравиться начинает: гуляем, знакомимся. Светская жизнь!

— Вот только денег на эту жизнь скоро не останется.

— Ты про те, что старик недодал?

— Не начинай… Работу найдём, продержимся. Люди в ужасе — тварь обязана появиться. Прихлопнем её да денег поднимем.

— Ладно-ладно, пойдём про пацана узнаем, может — наш случай.

Они шли по разбитой мостовой, которая начала тонуть в чавкающей грязи. Каменные стены сменились мусором, руинами и хлипкими хижинами.

— Ну и вонь! — скривился Жердяк.

— Сам хотел поработать. Ладно, жди тут. Моя очередь общаться, — прошептал Бугор.

— Будь любезен.

Крепыш отдал топор другу и достал из-за пазухи простенькую игрушку — кольцо, привязанное к палке.

— А это что? — удивился тощий.

— Дипломатия, — хмыкнул Бугор и пошёл в трущобы, ловко накидывая кольцо на палку.

Через полчаса прогулки он вернулся.

— Узнал что-нибудь? — спросил Жердяк.

— Пока нет. — Бугор улыбнулся и крикнул за спину: — Эй, хватит подглядывать, иди сюда, монету дам!

Из-за кучи мусора показалось грязное лицо. На вид пацану было лет семь, но в трущобах все дети выглядят младше своего возраста.

— Правда? — робко спросил мальчишка, подходя ближе. — А это что?

— Держи монету! А это игрушка, она будет твоей, если расскажешь, кто и как пропал.

— Спасибо, сударь! — Пацан поклонился, не отрывая глаз от мужчин, готовый рвануть назад в любую секунду.

Жердяк цокнул.

— Не пугайся, он безобидный, — добавил Бугор, кивнув в сторону друга. — Говори.

— Пруток это, наш старшой, обещался, что наши молочные зубы ведьме из соседнего города продаст. Говорил, мол, будем жить припеваючи. Вот и полез куда не надо. С тех пор вот и не видали.

— А куда не надо? — уточнил Жердяк.

— Ну, в эти старые стоки для грязи, как их энтоть…

— Канализация?

— Ага, канизация. Пол провалился в заброшенной часовне, что под утёсом, пару дней назад. С тех пор там воет кто-то по вечерам, а он полез выход из города искать. И был таков.

— Спасибо тебе, пацан. На вот, заслужил. — крепыш протянул мальчику игрушку. — Спрячь получше.

— Не учи, дядь! — пискнул малыш, отбежав подальше. — И я девчонка, кстати!

Двое молча провожали взглядом весело улепетывающего ребёнка.

— Удивляешь меня, Бугор.

— Проявляю понимание.

Старая часовня напоминала склеп: серая, грязная, увитая плющом.

— Помнишь тварь с кладбища? — хмыкнул Жердяк.

— Помню.

— Ты тогда дёргался, слов не вытянешь…

Изнутри раздался протяжный вой.

— Тьфу, всего лишь ветер, — разочаровался тощий. — Тебя этим не проймёшь.

— Рад, что ты наконец ожил, — буркнул в ответ Бугор, пролезая в пролом.

Жердяк достал из кармана небольшой бутылёк, встряхнул, и вокруг растёкся холодный тусклый свет.

— Полезная вещь! — крикнул он.

— Не шуми! — резко ответил крепыш, с трудом протискиваясь вперёд.

Они медленно ползли в темноту, пока не оказались в зале, высеченном в скале.

— Что за дыра? — вырвалось у тощего.

— Тихо! Готовься, вдруг что, — прошипел Бугор.

Медленно продвигаясь вперёд спина к спине, они осмотрели всю пещеру. Она была пуста.

— Куда пацан делся? — недоумевал крепыш.

Вой повторился, а вместе с ним потянуло тёплым солёным воздухом.

— Будь я проклят… — хохотнул Жердяк, — Тут щель наружу! У Прутка получилось!

— Нашёл-таки выход из города!

— Ну что, Бугор, будешь скучать по светской жизни?

— Ага, особенно по клопам и кислому пиву!