"Тяжелый случай" для дракона

Глава 7. Храбрая букашка

Александра

Мы вышли из салона через час с двумя коробками. Я была одета в то самое «бракованное» голубое платье и впервые за два дня чувствовала, что могу вдохнуть полной грудью. Изумрудное, подогнанное по фигуре (а не утянутое до хруста в ребрах), лежало в коробке.

Настроение было боевое. Я чувствовала себя победителем.

— Миледи, вы были так... решительны, — восхищенно прошептала Марта, семеня рядом. — Мадам Жизель еще никогда так не бегала!

— Привыкай, Марта. Теперь все изменится.

Мы направились к экипажу, который ожидал нас в конце улицы.

И тут увидела это.

В переулке, чуть в стороне от главной улицы, собралась небольшая толпа. Люди жались к стенам, шептались, но никто не вмешивался. А в центре происходило то, что заставило во мне вскипеть кровь.

Огромный детина, похожий на шкаф с антресолью, держал за грудки щуплого парнишку лет восемнадцати. Бедняга болтался в его руках, как тряпичная кукла, едва касаясь ногами земли.

— Ты что творишь, щенок?! — прорычал гигант, встряхивая жертву так, что у того клацнули зубы. Зажмурившись, несчастный заикался, не в состоянии вымолвить ни слова. — Думал, не замечу? Сейчас я тебе руки-то укорочу, чтобы знал, куда их совать не следует!

Люди отворачивались, спешили пройти мимо, некоторые жались друг к другу, с интересом наблюдая за развитием событий. Равнодушие толпы — явление интернациональное и межмировое.

— Ох, мамочки, — пискнула Марта, хватая меня за рукав. — Миледи, идемте скорее! Здесь опасно!

Но я уже не слушала. Во мне сработал рефлекс врача скорой помощи, который видит, как добивают пациента.

Я решительно шагнула в переулок, оставив позади ошалевшую Марту, которая лишь крепче прижала к себе коробки с платьями.

— Эй! — крикнула я, и мой голос, пусть и не натренированный перекрикивать сирену, как прежде, эхом отразился от каменных стен. — А ну поставь парня на место! Немедленно!

Толпа застыла, тихо ахнув.

Гигант замер тоже. Он медленно, очень медленно повернул голову.

— Не можешь найти себе противника по размеру? — я подошла ближе, не сбавляя темпа. — Или самоутверждаться за счет тех, кто в три раза меньше тебя — это твой предел?

Мужчина разжал пальцы. Паренек мешком свалился на брусчатку, жадно хватая ртом воздух.

А «шкаф» развернулся ко мне всем корпусом.

Он был огромен. Высокий, широкоплечий, в простой кожаной броне, которая трещала на бицепсах. Темные волосы, стянутые в хвост, хищные черты лица.

Он вскинул одну бровь — черную, густую. Левую сторону его лица, через глаз и щеку, пересекал тонкий, старый шрам.

Меня словно током ударило.

Я его знала. Точнее, видела. Вчера вечером, во дворе собственного дома, когда подглядывала в окно. Тот самый молодой воин, который сопровождал престарелого лорда с амбициями жениха.

«Страж!» — мелькнула догадка. — «Личный цербер того позолоченного кошелька на ножках. Ну конечно. Сила есть — ума не надо».

Он смотрел на меня сверху вниз. В его глазах — странных, почти серебряных — не было злости. Скорее... удивление? И насмешка.

— Леди что-то сказала? — голос громилы был низким, рокочущим, от которого вибрировало где-то в диафрагме.

Марта за моей спиной тихо заскулила от ужаса, вжимая голову в плечи. Но отступать было поздно.

— Леди сказала, что нападать на слабых — удел трусов, — отчеканила я, глядя ему прямо в глаза (для этого пришлось сильно задрать голову). — Даже если у тебя мышц больше, чем извилин. Оставь парня в покое.

Страж хмыкнул. Уголок его губ дрогнул в усмешке.

— А если не оставлю? — мужчина сократил расстояние, шагнув ко мне. Нависая, как скала. — Что сделает леди? Ударит меня веером?

Я не отвела взгляд.

— Леди позовет городскую стражу, — холодно ответила я. — И лично сообщит об инциденте твоему хозяину, Лорду Авьеру. Полагаю, он отреагирует на мою жалобу. Как видишь, я знаю, в чьей свите ты служишь. Уверена, твоему господину не понравится, что его цепной пес бросается на прохожих средь бела дня.

В хищных, немного пугающих глазах мелькнула искра. Странная, яркая. Словно расплавленное серебро плеснули в тигель.

— Вот как? — протянул он. — Моему хозяину...

Он смотрел на меня с нескрываемым интересом. Как ученый разглядывает неизвестную букашку, которая вдруг заговорила на латыни.

— Именно, — я скрестила руки под грудью, с раздражением замечая, как этот громила нагло, с насмешкой изучает меня. — Проваливай!

Повисла пауза. Толпа затаила дыхание. Я чувствовала, как по спине течет холодный пот, но внешне сохраняла ледяное спокойствие. Если покажешь страх перед хищником — он нападет.

«А вообще, почему никто до сих пор не позвал стражу?! И ты, Сашка, молодец! С этого и надо было начинать, прежде чем кидаться на агрессивную гориллу сломя голову!»

Здоровяк вдруг рассмеялся. Коротко, лающе.