Тяжесть княжеского слова

Глава 10

Алексей

— Твою мать, Алекс, почему ты не выбрал другую дорогу?!

Я приподнял брови и посмотрел на Влада. Злой, слегка трясущийся после выслушанного отчета от охраны Зимнего дворца, он походил на загнанного барсука, который метался из угла в угол и рычал на охотника. Только в моем случае он ограничился двумя-тремя кругами по кабинету, затем встал у окна и закурил.

Влад сделал четыре затяжки и, потушив сигарету о ладонь, выбросил ее. Он поморщился, когда на улице зашуршали первые капли теплого майского дождя. Похоже, представил, как ему придется добираться до крохотной конуры в спальном районе на общественном транспорте. Служебную машину Влад отпустил, а новую вызывать не хотел — все жандармы сейчас занимались беспорядками у ворот на Дворцовой площади и опрашивали участников протестной акции.

— Какое фривольное обращение к будущему государю, — протянул я с усмешкой и получил в ответ испепеляющий взгляд.

— Я могу и затрещину дать. Что за детские выходки? Тебе сказали, что там небезопасно! Почему ты не послушал Баро? А если бы у придурка была не гребаная петарда, а бутылка зажигательной смесью и разрыв-трава?

— Бомбочки у него оказались настоящие. Только он ими не воспользовался. К тому же они практически бесполезны и не причинили бы вреда.

— И слава Всевышнему!

Пожав плечами, я посмотрел на хмурое небо за окном.

Погода опять испортилась к полудню и восстанавливаться не собиралась, а я планировал вечером свозить Надежду в ресторан на Невском. Мы уже давно никуда не выбирались. Даже за границей нам толком не давали побыть вдвоем и насладиться отдыхом: то звонки, то дела, то важные документы, то срочные новости.

Я мысленно вернулся к событиям на площади и прокрутил их в голове. Обычные демонстранты, получившие разрешение у главы города на проведение акции, снова устроили настоящий дебош с оскорблениями в адрес царской семьи. Меня не задевали подобные высказывания, ведь ими полнился весь интернет, но беспокоило то, что с каждым разом люди становились все наглее и агрессивнее.

Несколько силовиков пострадали, когда толпа побежала после взрыва — их смели с пути и хорошенько потоптали. Полиция не сразу взяла ситуацию под контроль и оцепила площадь только спустя несколько минут. Многим демонстрантам удалось скрыться, поэтому сейчас их поиском занимался Отдельный корпус жандармов вместе с Сыскным отделением полиции.

Когда на тебя бежит бездумная масса, появляется ощущение, что перед тобой стадо диких животных. Ученые, сравнивающие нас с братьями нашими меньшими, правы в своей оценке. Мы ничем от них не отличаемся в проявлении первобытных эмоций. Венец эволюции, бегущий от петарды куда глаза глядят, — то еще зрелище.

Да и не только петарды, но и бутылки с ними. Из-за них несколько человек получили порезы. Но большая часть пострадала в творящемся хаосе: кого-то чуть не затоптали, кому-то разбили голову, кто-то неудачно упал и вывихнул ногу или руку.

— Инструкции безопасности созданы не просто так, Алекс! Ты слушаешь меня? — возмущение в голосе брата заставило меня вновь перевести на него задумчивый взгляд.

Мы похожи или нет?

Иногда я смотрел на Влада, затем заглядывал в зеркало и задавался этим вопросом. Глаза у него имели голубоватый оттенок, как у отца, а волосы, в зависимости от сезона, выгорали до светло-русого. Так же, как и у отца. А во мне все сильнее проявлялась польская кровь моих предков — от смоляных прядей до тошнотворных материнских черт, которые иногда хотелось из себя вытравить любым способом.

— Интересно, кто-нибудь замечает, что мы похожи? — как бы между делом спросил я у растерянного Влада.

— Ты серьезно?

— Да.

— Это единственное, что тебя сейчас волнует? — поразился он.

— На фоне случившегося у меня произошла легкая контузия психики, — я обошел дубовый стол и рухнул в скрипучее кресло. Мелькнула мысль, что его пора бы заменить. — Я ударился в философские рассуждения о смысле бытия. Точнее, задумался о нашем родстве.

— И что?

— Мы все-таки похожи. Чуть-чуть. — Я развел указательный и большой пальцы на расстояние в пару миллиметров и показал Владу. — Где-то гены пересеклись, выдав нам по комплекту одинаковых носов и подбородков. Но ты отличаешься. Видимо, над твоей смазливой мордашкой отец старался лучше.

Он закатил глаза. Любое упоминание императора, хоть в негативном ключе, хоть в позитивном, вызывало у него как минимум изжогу. Вот и сейчас Влад походил на человека, которого скоро скрутит приступ гастрита.

— Мы отличаемся, — процедил он. — Я похож на свою мать, а ты — на свою.

— И все же от императора ты получил гораздо больше, чем я.

— Хватит.

Я улыбнулся и сложил руки на коленях, как прилежный ученик.

— Видишь? Даже реакция на мои шуточки у вас одна.