Тяжесть княжеского слова

Глава 12

Влад

— Зиночка, отойди! Отойди, говорю! Я убью его, слышишь?! Убью твоего любовника!

Аркадий Семенович Жмуриков, или Аркаша, как его ласково называла жена, плевался словами, хватался то за сердце, то за паровую швабру и громко кричал. Настолько, что у меня раскалывалась голова.

Без всяких обиженных банковских менеджеров она походила на побитый чан, а здесь еще истеричка в мужском костюме на размер больше орал едва ли не в ухо.

— Аркашенька, — щебетала его супруга, поправляя сползающую лямку на топе от шелковой комбинации. — Аркашенька, тебе нельзя волноваться!

— Волноваться?! Мне?!

Бедняга покраснел, потом побледнел. Напуганная Зинаида Андреевна ахнула и схватила мужа поперек субтильного тельца с наметившимся пивным животиком под дорогой рубашкой. Пока они кружились в своеобразном танце, я натянул второй ботинок и поискал взглядом ветровку.

На улице опять лил дождь, поэтому идти в одной рубашке до стоянки мне не хотелось. Голова трещала так, словно по ней дважды прилетело той самой паровой шваброй. А может, и прилетело, я не запомнил — проснулся-то поперек постели от воплей обиженного мужа. Как меня угораздило связаться с женой одного из младших руководителей Государственного банка?

Во всем виноваты алкогольные напитки, звонок от Зинаиды Андреевны и шальная голова. Вот она виновата больше всех. Я трижды клялся не спать с замужними дамами, но чертовка с пышными формами, грудным голосом и роскошной копной рыжих волос задурила мне мозги. Еще там участвовали фотографии интимного характера, которые ее мужу лучше не видеть.

Бедняга и так на грани инфаркта. Помрет, а меня потом обвинят в непредумышленном убийстве.

Я опустился на колени, чтобы вытащить из-под тумбочки закатившийся туда смартфон. Агрегат на удивление работал. Да и заряд держал на уровне десяти процентов, чем несказанно меня порадовал.

Хватит на вызов такси. Все-таки отечественная разработка оказалась не такой уж бесполезной, как я думал.

— Ты! — рогоносец ткнул в мою сторону трясущимся пальцем. — Ты!

— Господин Жмуриков, ну что вы кричите, — я с трудом подавил зевок и проигнорировал огромные глаза Зинаиды Андреевны. — У нас с вашей супругой состоялся вчера важный разговор, во время которого мы выяснили, что вы не имеете никакого отношения к недавнему нападению на один из офисов Государственного банка. Можете спать спокойно.

Рогоносец икнул, схватился опять за сердце и закачался. Квадратные очки сползли на горбинку крупного носа, на залысинах по бокам заблестели бисеринки пота. Аркадий Семенович явно заволновался.

Я не упустил случая и нахмурился, чтобы напугать его еще сильнее.

— О-о-отношение? — сипло выдохнул он.

— Да.

— Не понял.

— Что вы не поняли? Я допрашивал вашу жену. А поскольку я на ногах почти двое суток, ваша любезная супруга предоставила мне койко-место. Помогла, так сказать, следствию — едой и кровом. Империя вас запомнит и выпишет вам орден за мужество!

Выставив вверх кулак, я схватил с крючка черную ветровку. Придушенная роскошным манто из песца и пальто из кожи молодого теленка, она ждала момента, когда ее вырвут из удушливых объятий женских шмоток. Как у нее не случился анафилактический шок от обилия ароматов, я не знал. Мне пришлось задержать дыхание и ретироваться к выходу.

Понятно, что меня уложило. Духи! Треклятые женские духи! Не предмет туалета, а оружие массового поражения. Обычно я оставался бодр до утра даже в нетрезвом состоянии и исчезал до прихода мужей, женихов и прочих родственников. Последний раз меня ловили, кажется, лет в двадцать, когда я наткнулся на старших братьев своей пассии. Тогда от нежеланного брака меня спасла императорская охрана.

Мой настоящий отец между делом заметил, что мне стоит аккуратнее выбирать подружек на ночь. Лучше сирот, одиночек или вдов: сорок котов, мол, не так страшны, как разъяренная родня. Назло ему я переспал с какой-то миленькой фрейлиной королевы Швеции, прибывшей ко двору Российской Империи вместе с мужем. Получил выговор, но остался доволен результатом: Николай все-таки снял надзор, и я добился свободы.

Больше, правда, подобных штук не проворачивал, чтобы избежать международного скандала.

— Погодите! — догнал меня крик Аркадия Семеновича уже на лестнице парадной.

— Влад! — позвала следом Зинаида Андреевна.

— Империя вас не забудет!

Я помахал парочке рукой и сбежал по ступенькам вниз. В старых домах лифты ползали со скоростью черепахи, поэтому стояли для эстетики. Витиеватые решетки и каминные печи выглядели потрясающе, но выполняли декоративную функцию. Сами здания требовали огромных затрат на уход, которые росли с каждым годом.

Историческая ценность, мать ее. В пень такие роскошества. Ни ремонт нормально сделать, ни проводку починить по-человечески, ни кондиционер не поставить.