Тяжесть княжеского слова

Глава 28

Влад

— Вы родили его в восемьдесят?

Нехорошо шутить над чужим горем. Каюсь. Но душа в цепях никак не походила на сына баронессы фон Руммель. Максимум на внука или правнука. После смерти человек остается таким, каким ушел за грань.

— Забавный ты, поручик, — рассмеялась она, а душа дернулась и беззвучно распахнула рот в немом крике. — Но ты прав. Это и правда не Сережа. Бездарный некромант не смог его призвать, зато притащил какого-то мальчишку из пустоты. За то и поплатился. Жизнью, разумеется. Я не прощаю ошибок.

Ветки едва заметно колыхнулись. Значит, ребята позвали на помощь. Я изобразил равнодушие на лице. Неважно, видела их баронесса фон Руммель или нет. Пока она занята разговором, оставался шанс разрешить все бескровным путем.

— Вы же понимаете, что каждое следующее убийство меняет вас изнутри? — спросил я и отвел руку с пистолетом за спину. — Хаос сливает ваши души воедино, пока не превратит в кровожадного зверя, лишенного воли и человеческого разума.

— Сколько там стадий? Три, кажется?

Я сжал зубы.

— Четыре. Подтвержденных.

Баронесса фон Руммель хихикнула.

— Говорят, чем выше твой уровень, тем ты сильнее.

— Кто?

— Они.

— «Красная заря»?

Она покачала головой.

— Я не спонсирую террористические организации, поручик. Я про голоса.

Мой скептический взгляд вызвал у нее очередную улыбку. Члены «Красной Зари» — ренегаты, националисты, сепаратисты и террористы. Вряд ли они упустили бы такой шанс. Среди них есть умельцы, которые возвращали души с того света за определенные услуги и финансовую поддержку. Только не так, как думали многие.

У договора со Смертью имелось важное условие: обреченного спасали до того, как его душа покинет тело. И пока жил один, по свету ходил и второй. К тому же подписавший контракт терял право на перерождение. А призванные — идеальное решение. Никаких препятствий или обязанностей. Только последствия. Но кого волнуют подобные вещи, когда появился шанс вернуть любимого человека?

— Ты правильно подумал, поручик, — словно прочитала мои мысли баронесса фон Руммель. — Но я бы не успела спасти Сережу из тюрьмы до казни, хоть и пыталась. Он связался с плохими людьми, которые подставили его.

— Я бы запомнил вашу фамилию. Как минимум вас бы проверили при составлении списков гостей.

— Ах, поручик! В мою бытность за деньги исчезали любые данные. Например, незаконнорожденное дитя у незамужней тридцатипятилетней фрейлины.

Отряд с некромантом должен был появиться еще пять минут назад. Проклятый Гаджидадзе и его: «Зачем тебе магическая поддержка, Ящинский? Или по бабке стрелять страшно?» Уровень баронессы фон Руммель неизвестен. С первым-то мы справимся, пусть и с оговоркой, а вот со вторым или, не дай Всевышний, третьим…

— Сколько ему там? За шестьдесят? Поздновато для нарушителя закона.

— Его звали Сергей Романович Золотов, и наверняка это скажет больше.

Вокруг резко похолодало. Я не чувствовал ни палящего зноя, ни аромата подступающего лета. Перед глазами всплыли материалы дела полугодичной давности: заслуженный учитель химии, добропорядочный гражданин империи. Грамоты, благодарности, растерянные коллеги, соседи и друзья.

Жестокий убийца.

Психопат.

Террорист.

Баронесса фон Руммель пока держалась, но я видел и проступившие вены на руках и шее, и полопавшиеся капилляры в глазах. Ее дыхание становилось свистящим, рваным. Грудь быстро вздымалась и опускалась, нижняя челюсть тряслась, пальцы добела сжимали подлокотники инвалидного кресла.

Времени оставалось все меньше. Помощи ждать неоткуда.

— Модель бомбы, которую он собрал, взорвалась в руках его двенадцатилетнего ученика, — пошел я ва-банк. — Вам рассказать, как потом выглядела жертва?

— Неправда, — просипела баронесса фон Руммель. — Ложь. Его подставили. Он не знал.

— Химик не знал состава нестабильного горючего вещества? Да вы очень наивны, госпожа баронесса.

— Ложь! Его обманули!

Ветка слева вновь шелохнулась. Раздался тихий хруст. Я вытащил руку с пистолетом, чтобы сфокусировать все внимание призванной на себе. Но только тут понял, что запястье без браслета. Бронежилет под мундиром есть, а защитного амулета нет.

Он у Ольги.

— Никто вашего сына не обманывал. На очной ставке Сергей Романович подтвердил, что готовил в школе теракт.

— Ло-о-ожь! — взревела баронесса фон Руммель.

Цепи взметнулись вверх, магия затрещала. Вокруг сгустился черный туман. Сдвоенный крик мужчины и призванной создал жуткую какофонию. Я поддался вшитым в подкорку инстинктам: уйти с линии соприкосновения и выстрелить. Мир качнулся, затем перевернулся. Плечо заныло при ударе о землю. Мундир не смягчил падение. Несколько камешков попали в лицо, когда рядом прокатились толстые звенья.