Тяжесть княжеского слова

Глава 31

Алексей

— Вот, пожалуйста, наш сварочный участок, — перекрикивая грохот и шипение, главный инженер завода «Лесснер» махнул в сторону роботов-манипуляторов. В большинстве своем полуавтоматических, которые занимали все пространство.

Я окинул взглядом огромный цех и наклонился, чтобы поближе рассмотреть пока еще разобранный кузов будущей модели XG13 — самой топовой на нашем рынке. Ее обожала молодежь, не обладавшая достаточным доходом, любили ее и люди постарше, чаще семейные. Для них действовали специальные программы кредитования, которые стимулировали одновременно рождаемость и покупку отечественных машин.

— Система автоматически сравнивает снимки с эталонами через встроенные в роботов камеры, — продолжал Еремей Васильевич, периодически одергивая синюю форменную куртку. — Выявляет трещины, дефекты, пропуски, перекосы. Все делается на программном уровне, наши ребята только контролируют.

Многочисленные операторы и инженеры находились неподалеку: одни заглядывали в экраны мониторов, другие сверяли данные на планшетах. На нас не обращали внимания, так что мы прошли по смотровой галерее и полюбовались на происходящее внизу. Еремей Васильевич активно жестикулировал несмотря на внушительные размеры, пока рассказывал мне о проектах, запланированных на следующий год.

Слушать оказалось интересно. Этот круглолицый мужчина с первыми залысинами у висков делился со мной задачами, которые они поставили себе на ближайшее время. Его не смущали ни просадка в продажах, ни невыгодные кредиты.

— Ваше императорское высочество, вам, наверное, Гаврила Данилович говорил о наших планах в отношении собственных разработок батарей, автопилота, интеграции искусственного интеллекта и электромоторной архитектуры, — кашлянул Еремей Васильевич, когда мы двинулись к выходу. Нам предстояло посетить остальные цеха. — Решено инвестировать в проект около десяти процентов от выручки. Меньше, чем тратят наши конкуренты, но это позволит нам внедрять больше новых технологий.

— Насколько я понял из слов вашего руководителя, проблема также заключается в отсутствии некоторых видов сырья, например, лития.

— Все верно. Сейчас мы закупаем его у Китая и Чили, однако собственные источники нам бы не помешали. Это существенно сократило бы наши затраты.

— Не уверен. Программа разработки месторождений в восточных губерниях и на севере требует значительных вложений. Но насчет инвестиций не волнуйтесь, мы что-нибудь придумаем.

— Благодарю, ваше императорское высочество, — Еремей Васильевич кивнул, когда его окликнули. — Прошу прощения, меня зовут. Вы не против?

— Конечно. Мы немного побудем здесь.

Я оглянулся на Корфа, который, перегнувшись через ограждение, смотрел на людей внизу. Больше всего его заинтересовали роботы, варившие детали и соединявшие их под бдительным оком многочисленных работников. А вот Ольга, наоборот, недовольно притопывала ногой и периодически тыкала в экран смартфона, словно шум, гам и крики вокруг ее нисколько не тревожили.

— Почему лесснер? — задал я ей вопрос, незаметно подкравшись сзади.

Она даже не вздрогнула, только хмуро оглянулась на меня и вновь уставилась в смартфон.

— Ломается редко, ездит нормально. За последние пять лет я возила машину в автосервис только на ежегодный техосмотр. Ну и поменять, фильтры, масло и шины.

— Покупали сами?

— В кредит.

— Почему не муж?

Острый взгляд вызвал у меня улыбку.

— Вы спать спокойно не ляжете, если не унизите Дмитрия хотя бы раз в день? — раздраженно спросила Ольга. — Мне не хочется ссориться, ваше императорское высочество. Моя жизнь и без того полна стресса, чтобы добавлять к ней беспокойство по поводу излишней дерзости по отношению к вашей персоне.

— Не получай я удовольствие от наших перепалок, вы бы уже об этом знали. И, кстати, не ответили на вопрос, — облокотившись на ограждение, я уставился вперед и заскользил бессмысленным взглядом по территории цеха. — На самом деле он и правда важен. Вы — один из ключевых потребителей. Допустим, ярая патриотка. Мне интересно, почему выбор пал именно на лесснеры. Те же «Руссо-Балт» или «Бромлей» относятся к люксовой категории автомобилей.

Несколько долгих минут Ольга молчала, а пальцы сжимали смартфон до побелевших костяшек. Я обратил внимание на пришедшее сообщение, которое мелькнуло и исчезло на заблокированном экране.

Некий Петр Исаакович писал, что они не нашли… Кого? Или что? Она потеряла нечто важное?

— Люксовое не значит хорошее, — она со вздохом убрала смартфон в сумочку и вновь посмотрела на меня. — У «Бромлей» есть проблемы с программным обеспечением, которые не решены до сих пор. А у «Руссо-Балт» каждая сотая машина выпускается с браком батареи или ошибкой автопилота, и они их не признают. Вы и сами знаете. Более дешевые модели не сильно по начинке ушли от лесснеров, зато стоят, как качественный немец или японец.