Тыквенный пирог

Глава 9

— Проснулась? — Мартин склонился над Ким, держа стакан фильтрованной воды с разведенной в ней таблеткой аспирина.

— Марти, что случилось? Когда я уснула? Не помню и половину вчерашнего вечера, — Кимберли лежала в кровати, с растрепанными волосами и гудящей головой.

— Ты напилась. Сначала ты веселилась в бассейне на надувном круге, а после танцевала на столе, пытаясь снять с себя купальник. Я успел снять тебя быстрее со стола. Ах да, еще ты подходила к поварам и пыталась выведать у них рецепт барбекю.

— Какой позор. Я не помню этого.

— А все мои друзья помнят. Ты будешь завтракать? — спросил Мартин, как любой вежливый хозяин. — Рут приготовит тебе все, что захочешь.

— Нет, кусок в горло не лезет, — Кимберли села в кровати. — Ты водил меня в душ?

— Я приводил тебя в чувство.

— Марти, в алкоголь что-то подмешали. Я точно помню, что выпила не больши восьми унций. Я не могла слететь с катушек с двух бокалов.

— Никто ничего не подмешивал. Мои друзья не употребляют наркотики. Мои друзья — не твои, Кики.

— Я не хотела, чтобы все так вышло. Я не отдавала отчета своим поступкам.

— А мне что прикажешь делать? Мои друзья не особо хорошего мнения о тебе, кроме Ника и Матильды. Но и их терпение закончится, так и знай. Они любят тебя потому, что ты моя девушка. Но всему приходит конец! Если ты так же ведешь себя в компаниях Аманды, то нам дальше не по пути.

— Марти, как ты можешь так говорить обо мне?!

— Кимберли, я очень зол и не хочу тебя видеть какое-то время. Ты унизила меня перед всеми, будто специально решила испортить праздник. Моей маме уже доложили о твоих выходках, в этом я уверен. Я вызвал такси, водитель ждет у ворот. Как будешь готова, можешь ехать.

— Но Мартин! — из глаз Ким брызнули слезы.

— Я не хочу ничего слышать! Ты виновата, но вместо того, чтобы признать вину и попросить прощения — оправдываешься и пытаешься защититься! — Мартин повысил голос, не в силах пререкаться с Кларк. — Дай мне пару дней. Я остыну, и мы поговорим.

Кимберли, не притронувшись к аспирину, оделась и вышла к такси. Мартин смотрел на нее из окна разочарованным взглядом.

* * *

— Детка, мне уже рассказали, что вытворила эта девчонка на празднике моего сына. Скажи, это правда? — прокричала в трубку шокированная Молли.

— Да, миссис Милтон, — Дайнека лежала в ванной и пила ананасовый сок. — Она танцевала на столе… я даже слова не хочу такого произносить, — Доусон театрально вздохнула. — Танцевала стриптиз на обеденном столе при гостях и персонале, приставала к поварам, мешая им готовить, плескалась в бассейне, крича, что приходила бы чаще, если бы не вы. Мартин затащил ее в дом, чтобы она проспалась.

— А сейчас где она? — строго спросила Молли.

— Ваш сын вызвал такси, и она уехала, размазывая слезы по щекам.

— Мерзкая дрянь. Мало того, что она ежедневно портит моему сыну жизнь, так еще и главный праздник испортила. Надеюсь, Мартин теперь посмотрит на нее трезвым взглядом и увидит, кто она такая! Будущая мать… Да ни одному ребенку не пожелаешь такой матери.

Дайнека сочувственно вздохнула в телефонную трубку и глотнула сока.

— Охрана доложила, что гости разъехались. А раз так, то дома остаетесь только вы с Мартином, — продолжила миссис Милтон. — Сделай сегодня то, что нужно. Мы с мистером Милтоном вернемся завтра и соберем семейный совет. Отправим вас с Мартином куда-нибудь отдохнуть наедине. Этот год последний в университете, дальше мой сын будет заправлять компанией. Я думаю, он вполне готов к семье и детям. А я хочу погулять на свадьбе, — игриво проворковала Молли в телефон будущей невестке.

— Не волнуйтесь, мамочка. Мы с вами хотим одного и того же, — Дайнека положила трубку и нырнула под воду с пышной пеной.

* * *

Доусон приоткрыла дверь в комнату Мартина и, осторожно ступая в полной темноте, прошла к его постели. Приподняв край одеяла, она залезла под него в одном нижнем белье. Мартин лежал к ней спиной, и Дайнека положила свою руку на его живот, просунув холодную ногу между его ступней.

Мартин проснулся от прикосновений, повернулся и, увидев подругу, подскочил.

— Дайнека, что случилось?

— Мартин, твой дом очень большой, и мне страшно спать одной на всем этаже, — испуганно прошептала Доусон.

— Ты можешь лечь в соседней от меня комнате и не закрывать дверь. Наша территория охраняется, а дом на ночь ставится на сигнализацию.

— Я не боюсь грабителей. Мне просто страшно спать одной.

Милтон вздохнул и взял свою подушку:

— Спи здесь, а я лягу на полу. Бояться нечего.

— Всю сознательную жизнь я спала с тетушкой и привыкла кого-то обнимать во сне. Поспи со мной, иначе мне приснится страшный сон, — дрогнувшим голосом попросила девушка.

— Дайнека, это неправильно. У меня есть невеста, с которой ты к тому же знакома. Нет обстоятельств, которые вынуждают нас спать вместе. Ты ведь уже ночевала одна в комнате, и ничего не случилось. Ложись на кровати, а я постелю на полу.

Милтон поднялся, а Доусон выпалила как на духу:

— Ты о невесте своей думаешь, а она твою любовь давно предала.

— Что ты имеешь в виду? — Мартин повернулся к Дайнеке.

— Она тебе изменяет.

Милтон включил свет, а гостья села в кровати, не прикрываясь и щурясь от яркости лампочек.

— Что ты такое говоришь, женщина? — Мартин изменился в лице и грозно посмотрел на нее.

— Я не хотела тебе говорить… — она опустила глаза, будто стыдясь того, что знает. — Никто не хотел говорить, что твоя Кики изменяет тебе.

— Никто не хотел говорить? Это ты о ком?

— Ник, Матильда и все ваши знакомые. Да почти весь город знает.

— Это ведь шутка? Если ты это придумала только для того, чтобы остаться в моей кровати, то это низко и подло, — в негодовании выпалил он. — Я никому не позволю говорить о Кимберли в таком тоне.

— Я понимаю, ты потрясен. Увы, это не шутка, Кимберли изменяет тебе давно, и не с одним мужчиной.