Тыквенный пирог

Глава 3.

Кимберли сидела на полу кухни-гостиной и распределяла высыпанную из копилки мелочь по стопкам: это на овощи, это на кашу для Криса, это на макаронные изделия. Пособия, как и продукты, закончились еще вчера, а зарплату Алан получит только через три дня.

— В скором будущем Крис пойдет в сад, и я смогу устроиться на работу. Наши расходы растут, нам требуется еще один источник дохода, — Кимберли посмотрела на Алана, который играл с двухлетним Кристианом.

— Прости меня.

— За что?

— За то, что не могу дать вам ту жизнь, которую вы заслуживаете. За то, что вы нуждаетесь.

— Алан, ты взял ответственность за нас с сыном и стараешься для нас. Я это вижу и каждый божий день благодарю тебя своей заботой, любовью, верностью. Вдвоем мы справимся со всеми трудностями. Мы вместе уже год и всегда находим взаимопонимание, поддержку и утешение друг в друге. Я знаю, что тебе было бы легче жить одному так, как раньше, быть ответственным только за себя. Но ты выбрал нас. Поверь, не каждый мужчина, особенно в твоем возрасте, готов взять на себя обязательства за женщину с ребенком.

Алан улыбался, продолжая играть с Крисом. Ему было важно слышать слова благодарности от Ким. Она никогда не воспринимала его заботу как должное, и он ценил это в ней.

— Знаешь, почему мой любимый мультфильм с детства про Аладдина?

— Расскажи?

— Потому что Аладдин был бедняком, жил на улице, но был богат душой. Не пасовал перед трудностями, был смелым и верил в добро. Пещера чудес назвала его неотшлифованным алмазом. Аладдин напомнил мне тебя. Ты — мой не ограненный алмаз, Алан.

— А ты моя принцесса. Принцесса Кимберли. — Ким улыбнулась, а Алан засмеялся, и Крис, глядя на него, рассмеялся тоже. — Мои родители удивились, как такая красивая девушка могла полюбить такого, как я.

— Какого?

— Я далеко не богат, Кимми, и ты это знаешь. С твоей внешностью и видением мира нельзя так жить, понимаешь? Тебе нужно это подчеркивать и показывать, а не думать о том, на что завтра жить. Не скрывать за плохой одеждой свою фигуру, а одеваться в лучших бутиках. Красивые женщины не должны прозябать в нищете, не должны губить свою внешность бедностью.

— Алан, красивая внешность не дала мне в этой жизни ровным счетом ничего.

— Но ведь ты была с Мартином Милтоном, а он, насколько мне известно, наследник фермерской империи.

— Да. Только в их мире другие понятия и устои. Меня не приняли его родители, я говорила тебе однажды об этом. Они посчитали меня недостойной войти в их семью. Все правильно — ровня с ровней.

— Моя семья приняла тебя как родную. Мы всего добьемся вместе.

— Да, я это знаю. Я верю в тебя. Спасибо, что ты рядом, — Ким посмотрела на Алана с чувством благодарности и признательности. Замечая в Кристиане черты Мартина, она часто вспоминала его — без злобы и обиды. Вспоминала как первую любовь, первые чувства и слезы, первую разочарованность и боль. Для его семьи она была никем, а для родителей Алана она лучшая из женщин, что могла появиться в жизни Адамсов.

— Ты уже подумала, куда пойдешь работать?

— Не знаю, я ищу любую вакансию, которая подойдет мне, где не требуются опыт и высшее образование. Ты знаешь цветочный магазин миссис Бёрг?

— На углу нашей улицы? — уточнил Алан, а Ким кивнула.

— Ей требуется продавец. Сегодня на прогулке с Крисом мы зашли к ней, и она показала на холодильник с цветами и большие вазоны с водой. Но при этом сказала, что не даст мне работу.

Алан вопросительно посмотрел на Ким.

— Она сказала, — поспешила та объяснить, — что с моей внешностью нужно на сцене блистать, а не вазоны с водой таскать.

Алан громко рассмеялся.

— Я дала ей понять, что не собираюсь на сцену и мне нужна эта работа, но она была непреклонна. Если меня будут отшивать таким способом все работодатели, то мы по миру пойдем.

— Просто тебе нужно найти место, где будет много работников. И даже если завтра ты попадешь на сцену, то работодатель ничего не потеряет от твоего ухода.

Алан поцеловал Криса в пухлые щечки и, взяв мелочь, разложенную Ким, отправился в магазин.