Тысяча королей

Глава 19: Маршем пу-но-тас

Теперь они конокрады, а за такое в любом сегменте наказание положено всегда одно – смертная казнь. Где-то к тем самым коням привязывают и растягивают, но обычно просто голову отрубают. Слишком уж ценный ресурс эти привозные скакуны, которые почти всегда приравнены к ценному имуществу местного барона, даже если по существу принадлежат отдельным семействам его слуг и крестьян (в первую очередь, это как потенциальное кавалерийское ополчение, потому украсть коня – плюнуть в лицо барону, как минимум), а в таком суровом краю оставить без ценной животины - это можно приравнять к убийству, даже массовому убийству этого самого целого семейства.

Дела у Ная и Хеши обстояли даже намного хуже: небольшой опыт верховой езды был только у бывшего ополченца, а опыта ухода за лошадьми на двоих вообще никакого. Мало того, что при попытке обокрасть один заездный двор в селении неподалеку они по неосторожности распустили и распугали все два десятка лошадей, так еще и украденных скакунов обрекали на верную гибель, поскольку не представляли, каким образом их прокормить в этом холодном краю. Денег они не раздобыли, сбережений из чумного города у Хеши почти не осталось (Мадз, как старшая сестра, всегда держала большую часть денег при себе), тем более у Ная, потому о кормлении дорогим импортированным сеном или с помощью магических оазисов речи быть не могло.

Воры, конокрады, убийцы, нарушители границ, разносчики чумы... Ближайшие сегменты вскоре будут оповещены об опаснейших преступниках, в селениях через призрачные каналы и листовки распространят их описания и информацию о награде за головы... Нужно было убираться.

Подальше от моего опустошенного сегмента, подальше от Тракверса, сколько это будет продолжаться? Так думал Най во время скорой скачки. Неужели я буду до конца драться на смерть просто за право жить в Паутине?

- Всегда думал, что разбойниками становятся законченные неисправимые злодеи, не жалеющие ничего живого, - сказал Най. - А теперь мы разбойники. До чего мы докатились? Как же так получается? Есть в этом страшная несправедливость.

Най запоздало себя одернул и виновато посмотрел на Хеши. Они с Мадз с ранних лет, по всей видимости, никакой иной жизни, кроме разбойничества, и не знали.

- И не только в этом, - добавил Най хмуро. - Во всём.

Хеши не отвечала. Ни сейчас. Ни тогда, по другую сторону костра, сжавшись жалким таким внезапно крохотным калачиком, Най представить не мог, как её утешить. После смерти Мадз она не проронила ни слова. Даже в моменты, когда могла помочь словом или сигналом об опасности, каким-нибудь советом или предупреждением, она молчала, совершенно безучастно воспринимая происходящее. И лишь когда командовал пополам с мольбой Най ("Хеши, идем, это наш шанс!", "Хеши, бери того коня, он поздоровее будет!", "Хеши, чего смотришь на них, бежим!", "Быстрее, не отставай, ты же можешь!"), она все равно как-то безучастно и без энтузиазма повиновалась, двигала руками и ногами не разумом, а словно чертово глупое насекомое. Не плакала даже, не прятала слёзы, сухо смотрела на всё, на огонь, на небо вместо сна, просто перед собой…

Родители Ная планировали свою смерть, говорили о ней постоянно, готовились. Потому он не так сильно горевал по ним. У Хеши с Мадз все было иначе. Они зубами и коготками цеплялись за жизнь даже там, где выживать просто невозможно. Говорите, что в Скорлупе выжить очень сложно? Хах. Говорите, в низших сословиях выжить сложно? Хах! Вы не родились и не росли в Тракверсе! Посмотрим, как там вы будете ценить жизнь и сколько там протянете...

Разговор не получался, разваливался, едва начавшись. Вполне нормальные мысли сразу же превращались в руины, разлагались, будто всё, что угодно, вокруг Хеши теперь неизбежно увядало.

- Может, нас уже не разыскивают. Ведь там у них в чумном городе и без того полно хлопот. Несколько пропавших без вести их не будут интересовать, когда столько убитых и раненных. Вот, может, за теми, кто на шаре, ещё последуют, а нам, быть может, уже некуда торопиться…

Молчание.

- Может, у Тавернщиков получилось прорваться…

Молчание.

- Или у нищих у ворот…

Молчание.

- Мы идём в высшие сословия, ладно? В мой сегмент лучше не соваться, Крайм пал, там ничего хорошего не сохранилось. В более низкое сословие и подавно лучше не соваться. А в Ун без свитков с разрешением от какого-нибудь барона нас точно не пропустят…

Монолог.

Боги, я не заменю ей сестру, никто не заменит, горестно подумал Най. Деве нужно с этим смириться. Сколько же времени на это потребуется? Хорошо хоть ест, когда еду у костра подаёшь, только вот вся эта пассивная покорность меня отнюдь не радует…

Опять дорога. Опять привал. Снова путь. И снова отдых у костра.

- Ты посиди здесь, подожди меня, ладно? Ищут двоих конокрадов, потому я разведаю в одиночку, как обстоят дела на границе сословий. Может, удастся проскочить. Никуда не уходи, я мигом.

Молчание в ответ.

- Я разузнал, как перейти границу. Про конокрадов ни слова не слышал, но вроде не шумят об этом. Везде такой хаос с этой войной, что о таких мелочах не болтают. Всё о Венозенге, да о других высших сегментах. Даже о Крайме никто не слышал. Вот вам и геройская осада…