Тысяча лиц, тысяча клинков

Глава 14

301 год. Академия Золотого Дракона на острове Сарто

Фаэлитин поймала себя на том, что уже пятый раз перечитывает одну и ту же страницу, и до сих пор не может сказать, о чем вообще эта глава. Она воздела глаза к высокому библиотечному потолку и, выдержав драматичную паузу, с хлопком захлопнула книгу.

– Да пошло оно, – прошипела Литти самой себе.

Она вскочила и швырнула томик “Единственного и самого научного объяснения, почему русалки хранят свои легенды в раковинах, и экономических последствий данного решения” на кресло, в котором полулежала до этого, закинув ноги на подлокотник.

– Да пошло оно! – повторила Литти в полный голос.

И бросилась к зеркалу, на ходу уже активируя заклинание связи. Причем ей было все равно, чем в такой поздний час могут быть заняты взрослые эльфы в преподавательской спальне – дело было срочное.

– Ну, давай же, давай, быстрее, идиотское зеркало! – она вцепилась в столешницу так, что побелели костяшки. – Живо работай!

Наконец зеркало и правда пошло рябью, но как-то неохотно, словно сквозь туман. Фаэлитин схватила его с подставки и встряхнула, будто это могло помочь.

– Доброй ночи, Фаэлитин. Что-то, кхм, – слегка помятый и порозовевший Рин из-за стекла кашлянул, прежде чем продолжить, и только по тому, как он поджал губы, Литти спустя несколько секунд поняла, что на самом деле это Сиэс, – что-то горит? А то я немного занят.

Сиэс понимающе ухмыльнулся, шкодливо и непривычно – Фаэлитин очень давно не видела его таким.

– Кто бы она ни была, передай ей привет.

– Прямо-таки пламенный. Можешь жарить на нем зефирки и не трудиться держать меня в курсе, – он махнул рукой. – Да пошло оно.

– Прости за это, – Литти поморщилась, и ей даже на мгновение стало совестно, что она выдрала его из постели и едва не заставила волноваться всерьез, – но мне очень нужно кое-что из Академии. Наверняка в тайнике все осталось так, как и было. Я не собиралась пользоваться этими гримуарами в качестве твоего библиотекаря, но теперь мне кажется, что это было глупо… Может, и сейчас не очень умно, но…

– Тайник? – Сиэс нахмурил брови, вычленив из ее монолога единственную важную информацию. – Который?

Литти вскинулась, оживилась и зачастила:

– На верхней полке, в разделе устаревших справочников по бытовой магии. Второй шкаф, левая сторона. Там надо…

– Я прекрасно помню, что там надо, – перебил ее Сиэс. Он и правда помнил.

– Ты лучший! Самый лучший! Как же я тебя люблю, Феррерс!

Сиэс тихонько рассмеялся и покачал головой.

– Подожди… – он обернулся через плечо и что-то сказал одними губами, так, что даже Литти не разобрала, – скажем, еще час, может, два. Я перешлю его тебе лично, если будешь паинькой.

– Спасибо тебе. Вам обоим. И извините.

Сиэс только снова качнул головой, мол, пустое, и изображение пошло рябью. Зеркало тут же отправилось на подставку, а Фаэлитин ахнула и уставилась на свои руки. Рукава изящного платья задрались, украшения сбились, обнажая мелкие шрамы на пальцах и кистях, уходящие по предплечьям вверх, почти незаметные, если нарочно их не искать.

Ее руки впервые за много лет мелко подрагивали – от нервов, от предвкушения, от мандража и нетерпения. А ведь сидя в библиотеке лордов Феррерсов она уже почти забыла, каково это… Что ж, значит, пора вспоминать.

ххх

Если ты библиотекарь, то ты не только присматриваешь за книгами на полках и помогаешь лорду находить старые карты. Ты невольно хранишь истории – пока твое сердце не переполнится ими и не разорвется.

Фаэлитин распахнула окно, впуская тьму и прохладу в комнату, и перегнулась через подоконник, по пояс высунулась в ночь. Оказавшись вне круга света от трепещущих свечей в канделябре, вдохнула полной грудью, пока голова не закружилась. Хотелось закричать во весь голос то ли от восторга, рвущегося наружу, то ли от осознания, какая же она идиотка.

Цепочка с кольцом, которую она носила на шее, болталась свободно и блестела от тусклого света. Литти поймала ее в ладонь и качнулась обратно в комнату.

Кольцо – ничего такого, лишь лунный камень в оправе из серебра – замерзло за то время, пока болталось в воздухе без соприкосновения с теплым телом, и теперь приятно холодило ладонь, отрезвляя и одновременно вызывая воспоминания. Литти глянула через него на ночное небо. Кольцо предназначалось не ей, и, может быть, она была бессердечной и злой, но благодарила всех богов, что той, другой, оно сейчас не принадлежит.

Это была не такая уж и долгая история – но она была полна горечи, боли и любви.

Фаэлитин задумчиво посмотрела на черное море внизу, становящееся небом у горизонта. На тень от замка, которая делала ночь еще темнее. Тогда ведь тоже было так темно…

ххх

297 год. Остров Феррерс

Эта история начинается просто, всего лишь с вопроса: что бы вы стали делать, окажись вы обнаженными в комнате с любимой девушкой, которую желаете, и которая желает вас?

А Сиэс Филитэарн Феррерс дрожал всем телом от усталости, злости и страха, и смог унять дрожь только лишь когда тонкие девичьи пальцы прошлись по его напряженным плечам.

– Прости меня за то, что это все, что у нас есть, – Сиэс, должно быть, продолжал начатый ранее диалог, как продолжал нервно кусать губы и все никак не мог восстановить дыхание. – Прости, что это все.

Девушка – полуэльфийка, хорошенькая и не по годам серьезная, опустила ладонь ему на затылок и мягко провел по волосам. Заложила непослушную – лишь до утра – прядь волос за острое ухо.

– Что ты видишь, когда закрываешь глаза? – спросила так мягко, как только могла.

Сиэс глухо и отчаянно застонал.

– Улыбку отца, – ему словно было больно, но он не мог отвести взгляд от лица любимой, просто никак не смог бы, даже если бы от этого зависела его собственная жизнь. Поэтому он смотрел на нее широко распахнутыми глазами и продолжал. – Он улыбается, так, как они с Рином умеют, и говорит, что… – голос его пресекся, по всему телу пробежала судорога, но выражение так и осталось бесстрастным. Сиэс вдохнул, наконец. – И он позволяет. Позволяет, так легко, и лучше бы запрещал, ругался и проклинал меня, что угодно, только бы не так…