(у) Дача для Попаданки

Глава 6

Елизар кивнул.

– Тогда до завтра. Вставать в пять утра. Картошка лучше всего выкапывается на рассвете. Она еще сонная и не пытается так рьяно поглубже уйти.

Он развернулся, собираясь уходить, но вдруг остановился и посмотрел на меня через плечо. В его взгляде что-то изменилось, появилась какая-то задумчивость.

– Ты ужинать будешь? – спросил он неожиданно.

Я растерянно моргнула. После целого дня пыток и издевательств вопрос прозвучал до странности... нормально.

– Буду, – кивнула я, только сейчас осознав, как сильно проголодалась. С утра ведь только клубничкой и перекусила.

– Тогда... – он замялся, словно не привык проявлять заботу, – тебе, наверное, стоит сначала помыться. После такого дня.

Я опустила взгляд на свои перепачканные руки и одежду. Правда, вид был тот еще. Грязь, пот, следы от сока растений, даже какие-то зеленые пятна на рубашке, происхождение которых я даже вспомнить не могла.

– Да, не помешало бы, – вздохнула я. – А где можно?

– Пойдем, покажу, – Елизар направился вдоль дома, и я, пошатываясь от усталости, поплелась за ним.

За домом обнаружилась небольшая постройка – летний душ, окруженный деревянной перегородкой. Внутри на возвышении стояла большая бочка с водой, над которой был закреплен душевой рассеиватель.

– Вода нагрелась за день, – пояснил Елизар. – Бочка зачарована, так что ее должно хватить. Просто дергаешь за эту веревку, – он указал на шнур, свисающий с клапана в дне бочки, – и вода польется. Потянешь еще раз – перестанет.

Я кивнула, рассматривая простую, но явно магическую конструкцию.

– Справишься? – спросил он, и мне показалось, что в его голосе мелькнула нотка заботы. – Я пока пойду ужин приготовлю.

– Справлюсь, – заверила я, с нетерпением предвкушая, как смою с себя всю грязь этого сумасшедшего дня.

Елизар ушел, а я огляделась. Душевая представляла собой квадратную площадку с деревянным настилом. По бокам – стенки из досок, а спереди – плотная занавеска, обеспечивающая… приватность. Ну, или хотя бы ее видимость.

В углу обнаружился даже кусочек мыла.

Быстро раздевшись и повесив одежду на крючок у входа, я потянула за веревку. Сверху полилась теплая вода, и я с наслаждением подставила под нее измученное тело. Ох, это было так блаженно, так здорово… Словно сама водичка здесь тоже была необыкновенная.

Я намылилась ароматным мылом, наслаждаясь чистотой.

И только закончив мыться, поняла, что забыла самое главное – полотенце. Оглядевшись, ничего подходящего не обнаружила. Моя собственная одежда была настолько грязной, что вытираться ею казалось кощунством, не говоря уж о том, чтобы снова в нее обрядиться.

– Вот же... незадача, – пробормотала я, беспомощно оглядываясь.

Может, крикнуть и попросить Елизара принести полотенце? При мысли об этом щеки вспыхнули от смущения. После всего, что он сегодня устроил, еще и в такой неловкой ситуации оказаться? Ни за что!

Я осторожно отодвинула занавеску и выглянула наружу – никого. Может, успею быстро добежать до дома? Но идти через двор нагишом казалось еще более ужасной идеей.

Вздохнув, я вернулась под навес. Оставался только один вариант – использовать занавеску как полотенце. Я потянулась, чтобы снять ее с крючков...

– Наташа? – внезапно раздался голос Елизара совсем близко. – Я тебе полотенце принес, забыл предложить...

Я вскрикнула от неожиданности, развернувшись слишком резко. Ноги заскользили по мокрому настилу, я потеряла равновесие и, судорожно хватаясь за занавеску, рухнула вперед. Ткань с треском оторвалась от креплений, и я вылетела прямо в объятия Елизара, который стоял у входа с полотенцем в руках.

Время словно застыло. Я, абсолютно голая, мокрая, с клочком занавески в руке, прижата к его груди. Его руки инстинктивно обхватили меня, не давая упасть. Наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

Секунда растянулась в вечность. Я почувствовала, как его дыхание сбилось, а в зеленых глазах промелькнуло что-то очень темное. Зелень затопило темным изумрудом с нескончаемым количеством граней.

– Я... – начала я, но голос предательски задрожал.

Елизар, кажется, только сейчас осознал ситуацию. Его взгляд скользнул по моему телу, и он мгновенно отвел глаза, хотя руки продолжали меня поддерживать.

– Извини, – хрипло произнес он, неловко протягивая полотенце, демонстративно не глядя на меня. – Я думал, ты уже... я не хотел...

Я выхватила полотенце и судорожно начала заворачиваться в него, чувствуя, как горят щеки, уши и, кажется, вообще все тело.

– Надо было постучать! – выпалила я, пытаясь скрыть смущение за возмущением.

– По занавеске? – его губы дрогнули в намеке на улыбку, хотя он все еще старательно смотрел куда угодно, только не на меня.

Я крепче запахнула полотенце:

– Ну... предупредить хотя бы!

– Я окликнул тебя, – напомнил он. – А ты решила... устроить представление.

– Я не устраивала! – возмутилась я. – Я поскользнулась!

– Знаешь, – вдруг сказал он совсем другим тоном, – я начинаю понимать, почему растения так на тебя реагируют. Ты сама как стихия. Непредсказуемая и...

Он не договорил, но взгляд его наконец встретился с моим, и в нем было что-то такое, от чего внутри все перевернулось.

– Какая? – зачем-то спросила я шепотом.

Елизар сделал шаг назад, оглядывая сорванную занавеску и крепления, часть из которых теперь были сломаны.

– Разрушительная, – сказал он, но без прежней злости. – Ужин будет готов через пятнадцать минут. В сундуке в твоей комнате одежда. Я переложил. А то чемоданы эти твои… только спотыкаться.

И он быстро ушел, оставив меня стоять в полотенце посреди двора, с оторванной занавеской у ног и странным ощущением в груди.

Я медленно побрела к дому, пытаясь убедить себя, что дрожь в коленях – это просто от усталости и напряжения дня. А вовсе не от того, как смотрел на меня Елизар, когда держал в своих руках.