У домашнего очага

Глава 9: Тени прошлого

Рождество приближалось с каждым днём, и Вера погрузилась в подготовку лавки к праздничному сезону. Она не только украсила витрины и интерьер гирляндами и свечами, но и приготовила специальные "рождественские" товары — свечи с ароматами хвои, корицы и апельсина, шерстяные шарфы и варежки с традиционными узорами, маленькие подушечки, наполненные травами и специями, которые, помещённые рядом с камином, наполняли дом праздничным ароматом.

Спрос был высоким — жители Брамблвуда и окрестностей приходили за подарками для близких, и Вера часто работала до позднего вечера, чтобы успеть пополнить запасы.

В один из таких вечеров, когда она сидела в мастерской, заканчивая партию рождественских свечей, в лавке зазвенел колокольчик. Вера удивилась — было уже почти девять, и табличка на двери была перевёрнута на "Закрыто". Она спустилась вниз и увидела у входа высокого мужчину в дорогом пальто, стряхивающего снег с ботинок.

— Простите, мы уже закрыты, — начала Вера, но затем мужчина поднял голову, и слова застряли у неё в горле.

— Привет, Вера, — сказал Джеймс Харрингтон, её бывший босс из Лондона. — Извини за поздний визит. Я только что приехал и увидел свет в окнах.

Вера застыла на месте, не в силах поверить своим глазам. Джеймс Харрингтон. Человек, который уволил её. Человек, с которого началась цепочка событий, приведшая её в Брамблвуд. Что он делал здесь, за сто миль от Лондона, в маленькой деревушке в Котсуолдсе?

— Мистер Харрингтон, — наконец произнесла она, обретя голос. — Какой... сюрприз.

— Просто Джеймс, пожалуйста. Мы больше не работаем вместе. — Он улыбнулся, но улыбка выглядела напряжённой. — Могу я войти? На улице довольно холодно.

Вера молча отступила, пропуская его внутрь. Джеймс вошёл в лавку, осматриваясь с неприкрытым любопытством.

— Интересное место, — сказал он, рассматривая полки с товарами. — Совсем не то, к чему ты привыкла в Лондоне.

— Это семейный бизнес, — ответила Вера, автоматически переходя на официальный тон, который использовала в офисе. — Лавка принадлежала моей бабушке.

— Да, я знаю. Мне жаль о твоей потере. — Джеймс снял пальто, осторожно повесил его на вешалку у двери. — Не предложишь чашку чая? Дорога была долгой, а здесь так...уютно.

Вера не горела желанием продлевать этот визит, но вежливость победила.

— Конечно, — сказала она. — Пройдёмте на кухню. Там теплее.

Она провела его через лавку на кухню, где поставила чайник и достала чашки — обычные фарфоровые, не те "магические", которые не давали чаю остыть. Джеймс сел за стол, продолжая осматриваться с выражением, которое Вера не могла точно интерпретировать — смесь интереса, удивления и чего-то ещё, почти расчётливого.

— Итак, — сказала она, когда молчание стало неловким, — что привело вас в Брамблвуд? Это не совсем популярное направление для городских жителей, особенно в декабре.

Джеймс улыбнулся.

— Бизнес, частично. У меня клиент недалеко отсюда — старое поместье, которое нуждается в полном обновлении интерьера. Но также... — он помедлил, — я хотел увидеть тебя, Вера.

Она удивлённо подняла брови.

— Меня? Зачем?

— Чтобы извиниться, для начала. — Джеймс выглядел искренне раскаивающимся. — То, как я уволил тебя, было непрофессионально и бездушно. Ты заслуживала лучшего отношения. Особенно учитывая твой талант.

Чайник засвистел, и Вера занялась завариванием чая, чтобы скрыть своё замешательство. После увольнения она часто представляла, что сказала бы Джеймсу, если бы снова его увидела — колкие слова о его профессиональной несостоятельности, о том, как он продавал искусство за деньги, о том, как не смог оценить её талант. Но сейчас, спустя почти два три месяцаа, она обнаружила, что эти мысли утратили свою остроту. Её жизнь изменилась, пошла по новому пути, и Лондонская карьера казалась далёким сном.

— Я справилась, — наконец сказала она, ставя чашки на стол. — Всё к лучшему, как оказалось.

— Да, похоже на то. — Джеймс сделал глоток чая, затем поставил чашку. — Но это не единственная причина моего визита. Я также хотел сделать тебе предложение.

Вера напряглась.

— Предложение?

— Профессиональное, — быстро уточнил он, заметив её реакцию. — Видишь ли, клиент, о котором я упомянул — лорд Эдвард Сент-Клэр — человек со специфическими вкусами. Он хочет, чтобы его поместье было оформлено в истинно английском стиле. Не современная интерпретация, а настоящая, аутентичная английская сельская эстетика. И когда я увидел объявление о твоей лавке в местной газете... — он сделал паузу, — я подумал, что ты могла бы помочь. Как консультант.

Вера нахмурилась.

— Я не понимаю. Вы хотите, чтобы я консультировала по дизайну интерьера? Но вы же уволили меня за то, что мои идеи были слишком... консервативными.

— За то, что ты не могла идти на компромисс с клиентами, — поправил Джеймс. — Но в этом случае твоё упорство может быть именно тем, что нужно. Лорд Сент-Клэр тоже не идёт на компромиссы, когда дело касается его видения. — Он улыбнулся. — К тому же, ты теперь местная. Знаешь традиции, стиль, материалы.

Вера покачала головой.

— Я вернулась сюда всего два три месяцаа назад. Едва ли я могу считаться экспертом в местных традициях.

— Но твоя семья жила здесь поколениями, не так ли? — настаивал Джеймс. — И судя по этой лавке, вы сохраняли традиционный стиль.

Вера почувствовала укол подозрения. Откуда Джеймс знал о её семейной истории? Как он вообще нашёл её?

— Как вы узнали, где я? — прямо спросила она.

Джеймс выглядел слегка смущённым.

— Честно говоря, это было не сложно. Я знал, что твоя бабушка умерла, и что ты единственная наследница. Пара звонков в местный совет, упоминание о наследстве и имении... — Он пожал плечами. — Бюрократы обожают делиться информацией, если правильно спросить.

Это объяснение не уменьшило подозрений Веры. Было что-то странное в том, как Джеймс смотрел на предметы в лавке — словно оценивая их не с эстетической, а с коммерческой точки зрения.