У Древа белые глаза

Глава 2

Издали Мелина заметила неладное – в деревеньке у подножья черного пика было тихо. Ни один домишко не курился очагом, жители не спешили расчищать тропинки, не голосил скот в хлевах, будто деревня вымерла задолго до появления каравана с лидерской девочкой. В эльфийских деревнях даже в самые снежные и тёмные дни года улочки дышали жизнью – рыбаки не давали покоя скованной льдом реке, во дворах на ветру вымерзало стиранное бельё, из-за ставен тянулись эльфийские песни, изгоняющие недобрых духов, гуси будто бы беззаботно скоблили перепончатыми лапами мёрзлую земли в поисках камешков, но стоило заметить издали недруга – бросались рьяно защищать хаты, пусть даже недругом был зазевавшийся хозяин.

В тишине мерно звенел колокольчик. Яки возбуждённо размахивали хвостами, дёргали верёвку под мордой и нарушали строй, рвались обогнать друг друга и поскорее добраться до пустующей деревни. В смятении Мелина раскачивалась на лавке. Собственные глаза говорили, что одиночество поселилось на горном плато, тогда как звериные повадки призывали жизнь. Дочь лесного края решила довериться чутью добрых великанов, как прежде доверяла каждому разговорчивому зверю. На дальней башенке замерцал огонёк, следом послышался ответный звон колокольчика. В чёрных хатах, казавшимися мёртвыми, стали растворяться двери. Яки приветствовали глубоким мычанием высыпавших под свет Духов Неба динолинов с пёстрыми хохолками и отливающими то синевой, то зеленью длинными чёрными перьями, росшими на макушках точно волосы. Прозрачный горный воздух наполнился шипением ящеров. Они наперебой шептались с новоприбывшими, на ходу отвязывая яков друг от друга. Поджарый динолин подошёл к мелининскому зверю, потрепал его между чёрных глаз и повёл за собой. Мелина признала ящера – это он живо ускакал вперёд, когда отряды соединились.

Толпа вкатилась под сень чёрного прямоугольного домика. В лицо промёрзшей до костей эльфийки дохнул теплый воздух, пропахший сеном и навозом. Звякнуло ведро, полилась вода. Заспанную тьму отогнал неестественный синий свет. Он сиял из стеклянного кувшина, что динолин наполнял будто бы простой водой. Чем больше приливал он, тем ярче разгоралось холодное пламя. У Мелины волосы зашевелились на затылке. Ящерам удалось заточить сияние водного Духа Элерегии в стекляшку! Яки не обращали внимания на осквернение дара Духов и продолжали шествовать вглубь домика, оказавшегося хлевом. Стены были возведены из чёрного камня, так плотно друг к другу прилегающего, будто сплавленного воедино. На десяток хлипких стоил из кривых-косых палок, перемотанных бечевой, отдыхали всего пара яков с телятами. При виде гостей они приветственно замахали кудрявыми чёлками.

Двери за спиной Мелины заперли. Заработали десятки рук. Покатые спины яков быстро освобождались от бремени. Гиганты благодарно тыкались в ладони тёплыми носами и выбирали загон по вкусу. Тюки, мешки и бочонки уносились, утягивались и укатывались назад во тьму. На возню из дальнего загона вышел поглазеть белоснежный козёл со скромными кочерыжками рогов над широким лбом. Он поворачивался на гостей то одним прямоугольным зрачком, то другим и задумчиво жевал, а холодный синий свет из стеклянного кувшина придавал козлу весьма зловещий вид. Кто-то заскрёб Мелину по юбке, она медленно опустила тяжёлую голову, на испуг и вздрагивание не осталось сил. Пара больших карих глаз с любопытством разглядывали эльфийку. Чёрные перья конской гривой ниспадали до груди.

– Шлас, – зашипел на Мелину динолин и снова для убедительности поскреб её по юбке.

Мелина попыталась объяснить динолину, что не понимает его языка, тыча себя в грудь и размахивая руками в отрицательных жестах. Но ящер упорно повторял загадочное: «Шлас». Эльфийка обернулась в поисках помощи и нашла главаря отряда. Тот уже спешил к ней на выручку, а за ним хвостиком семенила Алиет.

– Слазь. Мы прибыли слишком поздно, придётся переночевать внизу. Утром отправимся в замок. Король ждёт.

Мелина не поняла, о каком «низу» можно говорить, когда даже облака не достигают такой вышины, но вопросов не задавала.

Алиет привычно цеплялась за материнский подол, пока эльфийка следовала за динолином к очередному чёрному домику. Плотный наст хрустел под ногами застарелой коркой, от недавно выпавшего снега не осталось и следа. Буйный ветер скинул с утёса всё, что только успел нанести.

Динолиснкое сооружение – скромный квадратик будто без окон, без дверей. было таким низким, что Мелина доставала подбородком до ската крыши. Главарь пощупал стену и с трудом втолкнул её вовнутрь. Появился дверной проём, теснившаяся под самой крышей, и до того крошечный, что войти в неё можно было только согнувшись вдвое. Мелина пригляделась. Дверка оказалась высеченной из чистого камня толщиной с руку, она плотно притиралась к стенам и держалась на удивительном механизме, совсем не походившем на простые петли в эльфийских хатах.

– Спускайтесь, я скоро вернусь.

В сенях не было видно ни зги. Мелина подхватила Алиет и сделала шаг на встречу мраку, благоразумно придерживаясь за гладкую каменную стену. Нащупала под ногами продавленные ступеньки и безропотно последовала по ним вниз. Крутая лестница вилась неестественно долго для такого крошечного домика. Неужто их везли так далеко, чтобы запереть в самой высокой темнице в мире? Звук шороха кожи по камню разносился громогласным эхом. Наконец, впереди показался свет в щелях между досками, ступени кончились. Мелина пошарила по дереву двери в поисках ручки, но нашла только кусок веревки. Нечего делать – потянула за него. Тьму прорезал свет.