У Истоков вечности Часть 1

Глава 16 Исчезновение

(Терзания Руберта)

Я постучал. Ответа не последовало.

– Наверное, она уснула. День выдался тяжелый. Ничего удивительного.

Я вернулся в свою комнату. Сон никак не шёл. Я ворочался с боку на бок, перебирая в памяти последние события и то, что сказала мне Лиз.

– Как она вообще могла такое подумать? – возмутилось моё самолюбие.

Я улыбнулся, представив себя на её месте. Конечно, мне было сложно вообразить себя тридцатилетней женщиной, на глазах у которой девушка шарахается от стремительно пикирующего на неё парня….

Но даже моих скудных попыток было вполне достаточно для того, чтобы понять, что заставило её сделать подобные выводы. Надеюсь, Миорри не пришла к такому же заключению…

– Вот ведь! – подумал я в сердцах – Но, всё же совсем не так. Или не совсем так…

Я вспомнил, как радовался, кружа её на лестничном пролёте. Эти воспоминания определённо доставляли мне удовольствие. Я вспомнил: как увидел её в первый раз, её солнечный контур, застывший на веранде, её серьёзное лицо, когда она поведала мне, что разговаривает с растениями, вернее поёт им…

И улыбка снова появилась на моём лице…

Представительницы женского пола обычно не особо стремились к общению со мной. Не то, что бы я им не нравился… Но как, проницательно однажды заметила Бетси Вебстер. Если хочешь популярности, стоит разделять суть и имидж.

Она считала, что я непроходимый глупец. Поскольку, вместо того, чтобы подчеркивать собственные достоинства, я демонстрирую собственную суть. А от этого, даже она перестаёт чувствовать себя абсолютным совершенством, что само по себе уже абсурдно. Что же остаётся делать остальным бедняжкам, как только не провалиться сквозь землю от отчаянья и стыда?..

Про стыд и отчаянье это конечно преувеличение. Бетси очень любит преувеличения. Но в целом, на слабую половину человечества что-то во мне действовало довольно затейливым образом: Моё присутствие располагало прекрасный пол к размышлениям о собственной сути. О её особенностях достоинствах и недостатках. Что точно не способствовало сближению во взаимоотношениях.

Гаррет считает это забавным и очень пикантным свойством. Потому, как барышни, обожают, чтобы их утешали и воспевали их совершенство. Особенно, когда до самого совершенства ещё очень не близко…

Сколько людей столько и мнений.

Пол, например, никогда не задумывался об этом. Может в силу того, что само свойство у него не так сильно выражено. Может потому, что для него существует только одна женщина – это Лиз. Так что, какое имеет значение, что там себе чувствуют остальные…

А Хубберт Вебстер полагает, что способность женщины сохранять внутренне равновесие определяется уровнем силы мужчины и наоборот. И с этим трудно не согласится…

– Интересно чувствует ли что-то подобное Миорри? – задумался я.

Не замечал. Да что я вообще замечал? Странно это… Я снова вспомнил сердитое выражение лица Лиз и рассмеялся.

Внезапно я ощутил лёгкое покалывание в ладонях.

– Нет. Этого просто не может быть.

Я сел на кровати и сконцентрировался в поисках источника. – Дэйн в Нордстоуне? – Это невероятно!

Тем не менее, напряжение продолжало возрастать, и его источник приближался со стороны леса. Я оделся и осторожно выбрался наружу. Кто-то двигался вдоль северной стены.

– Миорри! – вспыхнуло у меня в голове. Я метнулся к её комнате и свернул до минимума поле, чтобы ненароком не спугнуть непрошенного гостя.

Дверь оказалась не заперта. В комнате было темно. Я огляделся и застыл, поражённый невиданной наглостью:

Сквозь проём балконной двери выглядывало незнакомое лицо. Луна, светившая в спину незваного гостя, мешала, как следует, его разглядеть. Наши глаза встретились, и он метнулся вниз. Спрыгнув с балкона, он опрометью кинулся к лесу.

Миорри нигде не было видно. Я тихо позвал её. Безрезультатно. Мысли в моей голове неслись быстрее моих ног, перебирающих ступеньки лестницы. Я бежал. Лес проносился мимо меня, словно бесконечная полоса продольных и поперечных препятствий. Я не разбирал дороги. Всё моё внимание было сфокусировано на неотвратимо удаляющемся объекте …

Я упустил его. И только, когда знакомые очертания замаячили на горизонте, я сообразил, где я.

– Ну, конечно. Белая скала. – Рэндалл! – осенило меня. Я прибавил ходу.

– Надеюсь, у него достанет чести и достоинства... А ведь, отец меня предупреждал… Ну, ничего. Нужно только поскорее добраться… – мысли лихорадочно неслись, обгоняя меня, и друг друга.