У меня так никогда не будет!

Глава 10

- Здравствуй, мама, - выдохнула Ирина на пороге. За ней показался Коля с тяжёлыми сумками в обеих руках.

Валентина Семёновна на пару секунд застыла в замешательстве: дочь с мужем приехали без предупреждения.

- Здравствуй! Николай, проходите.

- И вам доброго дня, - буркнул Коля.

Молодые поставили два чемодана, несколько сумок в прихожей и начали раздеваться.

- Ира, хоть бы телеграмму отбила, мы бы подготовились, встретили вас, - волновалась мама.

- Не надо, мы на такси. Мы ненадолго. Погостим пару дней и дальше поедем.

- Куда? - удивилась Валентина Семёновна.

Николай разминал шею, присматривал, куда сумки нести.

- Вот сюда, сюда проходи, зятёк, - мама показала рукой в среднюю комнату. – У нас, конечно, не хоромы, но мы всегда рады гостям, - неестественно улыбалась Валентина Семёновна. Ира глянула на неё так, что мама втянула голову в плечи. – Ой, я сейчас, сейчас… в магазин сбегаю, всё куплю, стол накроем. У нас, кроме супа, ничего и нет в холодильнике. Мы живём скромно, - напомнила мама и покорно сложила руки на коленках.

Валентина Семёновна всегда и на всём экономила, прижималась, во многом отказывала себе, мужу, детям. Дети не помнят, чтобы мама когда-либо раскошелилась на новую игрушку. Вообще покупать не новое, с рук, это её характерная черта, которая злила Ирину всю жизнь: ведь над ними смеялись, издевались в школе, соседские дети обзывали, а ведь многие сами ходили в обносках.

Ирина не понимала, почему так. Папа и мама работали, жили неплохо, даже лучше некоторых. Вот и сейчас её взбесили мамины наигранные причитания.

Зять расположился на диване, у его ног стояли баулы и чемоданы, он осмотрелся: с первого его визита ничего не изменилось. Валентина Семёновна не могла двинуться с места, глядя на такое количество вещей. Ирина взяла одну хозяйственную сумку и пошла на кухню.

- Не надо, мам, никуда бежать, мы привезли с собой всё. Иди принимай, - шуршала Ирина пакетами и газетной бумагой на кухне.

Валентина Семёновна так и ахнула: мясо, сало, сметаны литровый баллон, масло, яиц десятка три, - каждое яичко обёрнуто в газетку, - творог, куры две, утка, потроха, копчёности, тушёнка, душистый мед.

- Да зачем же вы так надрывались, - не находила себе места Валентина Семёновна, - не стоило.

- Всё, мам, успокойся. Не так часто видимся, за два года второй раз приезжаем, а ты так к нам ни разу не приехала.

- Отец же наведывался к тебе и к Татьяне, я гостинцев передавала. Сама-то не могу: ноги совсем больные стали.

- Ты и раньше никуда не выезжала. Тебя, как камень, с места не сдвинешь, - кольнула Ирина маму, раскладывая в холодильнике припасы. – Ты всё экономишь? – взглянула она на одинокую кастрюльку с супом, пачку молока и бутылку кефира. Мать промолчала.

Валентина Семёновна крайне редко навещала кого-либо из детей; на дни рождения звонила, к Новому году всем отправляла открытки и одинаковые посылки со сладостями и мандаринами, а вот мужа отправляла к детям: как только забеспокоится о ком-то из них, сразу собирала сумки с гостинцами и на выходные отправляла. Об Ирине никогда не беспокоилась: в такой семье не пропадёшь!

- У Таньки будешь - Ирину проведай. Скажи, что ноги у меня больные, не могу на такие расстояния ходить. Пусть приезжают в гости, сватам привет передавай. А Тане помоги по дому: ни к чему её Володька не приспособлен, ничего не делает. Привык, как у родителей, на печи всё время лежать, так и будет с ним Танька маяться всю жизнь, - обычно наставляла в дорогу мужа Валентина Семёновна. Не любила она Володьку. Николай тоже не по душе; правда, он мужик толковый, хозяйственный, но грубый, неотёсанный да зыркает, как сыч.

Геннадий Андреевич не спорил с женой, ей всё равно ничего не докажешь. Вскоре после рождения Саши новоиспечённый дед приехал к Татьяне с Владимиром. На все руки мастер, Геннадий действительно много помог семье дочери: и крышу на новом саже сделать, и дров заготовить целый сарай, да печь поправил. На Сашку, правда, даже не взглянул: равнодушен был к маленьким детям…

****

Молодых расположили в дальней комнате; как ни бурчал Коля на жену, а задержались они у родителей не на пару дней, а на пару недель. С тёщей он разговаривал по необходимости, а вот с тестем у него сложились прекрасные отношения ещё со свадьбы. Валентина Семёновна диву давалась, сколько же ест зять, привезённые припасы из деревни закончились через несколько дней. Потом уж Николай пошёл сорить деньгами! Ни в чём себе не отказывали молодые.

Ира быстро устроилась на работу, занялась поиском квартиры, чтобы удобно было и ей и мужу. Но Николая никакие варианты не устраивали: тут не повернуться, тут грязно, здесь слышно, как соседи ложками по тарелкам стучат, там одни алкаши и т.д. Ирина понимала, что он ищет отговорки, что к квартире он не приспособлен, а дом снять было почти невозможно.

Но откликнулись небеса на её мольбы и метания по городу, ей повезло. Попался порядочный дом рядом с родителями. Николаю просто некуда было деваться: нормальный дом, с нормальной обстановкой, соседи рядом молодые семьи с детками. Кстати, с работой у него выходило так же, как и с жильём: там не могу, это не моё, здесь с начальником не сработаюсь, говорил он, не отработав ни дня. У Иры опускались руки.