У Реки

4

Уриш проснулась уже вечром. Серого человека в комнате не было. Она выбралась из-под одеяла, поёжилась и спешно натянула обратно верхнюю одежду. Девочка побродила по комнате, потыкала железным прутом в жаровню в углу и подошла к окну. Отсюда был виден небольшой двор с несколькими котлами над кострами, широкие проломы в стенах замка и спуск к Реке. Солнце касалось вершин гор на западе, а по долине раскинулись синие тени от вершин. Уриш попыталась рассмотреть людей на кухне, но у неё закружилась голова, и она поспешно отпрянула от подоконника.

Серый человек всё не приходил, за окном быстро темнело, и Уриш заскучала. Что ей делать? Спать больше не хотелось. Она осторожно подошла к двери. Их комната выходила в длинный тёмный коридор с двумя окнами. Уриш смутно помнила, что они по такому шли днём. Тут никого не было, и она осмелела. Уриш прикрыла за собой дверь и подошла к старому тканному ковру над скамьёй на стене. Ковёр с цветами давно выцвел и страшно запылился. Уриш фыркнула. У Кейле были и ярче. Почему князь не велел выкинуть это старьё? Или хотя бы перевесить его куда-нибудь подальше?

Уриш прошла мимо ещё трёх низких дверей к узкой закрученной лестнице. Она без раздумий спустилась вниз, прошла мимо ещё одного старого ковра, на этот раз с оленями, повернула в сторону, ещё раз спустилась, снова повернула, наткнулась на перевязывающего сапог пограничника и только тогда поняла, что потерялась и теперь совсем одна в замке, полном плохих людей.

— Ты чья? — пограничник выпрямился и посмотрел на неё. Уриш увидела его жёлтые глаза, чёрные полосы на плечах, и во рту пересохло.

— Я тебя спрашиваю, ты чья? — пограничник с шумом втянул воздух. Обнюхивает!

— Своя, — Уриш попятилась. Ей стало очень страшно. Когда мужчина шагнул вперёд, она развернулась и побежала. Далеко уйти не получилось. Пограничник догнал её через три шага и схватил за шиворот.

— А ну, стоять!

— Не надо! — он поднял её, как котёнка. Воротник впился в горло. Уриш едва успела засунуть под воротник пальцы. Она заплакала и попыталась пнуть мужчину ногой. Пограничник встряхнул её так, что перед глазами заплясали звёзды.

— Ты чья?

Уриш хотела ответить, но не смогла.

— Что это там у тебя? — пограничник поддел пальцем кожаный ошейник на её шее. — Ну?

— Хозяина, — Уриш всхлипнула.

-Да вижу, что хозяина, — пограничник встряхнул её. — Какого хозяина? Я тебя здесь не видел!

— Мы приехали... сегодня...

— Гейр, ты чего? — от этого голоса Уриш вздрогнула и замерла. Только слёзы страха из глаз покатились ещё быстрее.

— Отпусти её, — князь Седек подошёл с той же стороны, откуда пришла Уриш. Пограничник послушно опустил её на пол. Она замялась. Князь Седек решил её не трогать? Или это потому что Серого человека рядом нет? Она осторожно сделала шаг в сторону. Как бы ей убежать так, чтобы не поймали?

— Я её ещё ни разу не видел. Она с вами прибыла?

— Ты о чём... Ну-ка.... Чего? — Седек взял её за капюшон и развернул. Уриш вжала голову в плечи. — Так вот оно что! Маленькая серая тварь, — Седек схватил её за волосы и заставил запрокинуть голову. Уриш видела, как шевелится его нос. — Даже пахнешь так же!

— Отпустите меня, пожалуйста! — ей стало очень страшно. Он схватил её за воротник. Снова стало тяжело дышать.

— Ещё чего! Голову бы тебе разбить, поганка, раз твой прыщ так о тебе забоится! — Седек поднял её и встряхнул. Уриш закричала, и это привело волка в восторг. Он повторил своё движение, и Уриш закашлялась и принялась вырываться.

— Сед, не надо, он же гость старика, — пограничник Гейр попытался забрать её у князя, но тот резко его оттолкнул.

— Седек, что ты творишь, во имя всех твоих предков?!

Князь разжал пальцы, и Уриш упала на пол. Ноги обожгло болью. Она спешно отползла в сторону, вытирая слёзы. Тот, первый пограничник, нагнулся и помог ей встать на ноги, но она снова закричала. Ноги горели так, словно она сунула их в очаг.

— Уйти отсюда, — к ним подошёл ещё один пограничник. Этот был старым, приземистым, очень широким в плечах и очень злым. Гейр с извинениями отпрянул в сторону. Старик присел рядом с Уриш и спросил:

— Ты в порядке?

Она закусила губу, чтобы не реветь в голос, и кивнула.

— Седек, если Ишарет лишила тебя разума, так и скажи! Великая доблесть, воевать с детьми!

Молодой волк недовольно буркнул себе что-то под нос и резко развернулся. Гейр снова поклонился старику и что-то пробормотал себе под нос. Старик от него только отмахнулся.

— Иди сюда, — старый пограничник взял её на руки. Уриш сжалась, но этот он держал осторожно и злился не на неё. — Придётся мне поговорить с этими остолопами ещё раз... Не бойся, больше тебя никто в моём доме не тронет.