У твоего сына мои глаза

Глава 6.

К нашему столику, легко лавируя между гостями, шел Алексей. От безысходности мне захотелось чем-нибудь в него бросить.

Хорошо, что под рукой оказалась только безобидная канапе с семгой.

Все его внимание, едва он приблизился, было приковано не ко мне, а к моей ослепительной подруге.

Мужчины, черт бы их побрал, всегда вели себя как мотыльки вокруг самого яркого цветка.

— Ксюша, вот ты где! Я еле нашел тебя в этой толпе, — произнес он, и его голос прозвучал как теплый мед. — Не познакомишь меня с твоей очаровательной подругой?

Он буквально пожирал глазами Ирину, а та, почуяв интерес столь высокопоставленного самца, мгновенно перешла в режим кокетства.

Она слегка наклонила голову и смотрела на кавалера взглядом с легкой поволокой.

— Поздравляю с назначением, — пролепетала она. — А вы что, знакомы? — тут же спросила она, театрально поднимая искусно нарисованные бровки, делая вид, что не заметила, как он смотрел на нее все это время.

— Знакомьтесь, — проговорила я, чувствуя себя свадебным распорядителем на собственной казни. — Это Ирина — моя коллега и подруга. Алексей Никоноров — мой бывший… одноклассник.

— И все? Только одноклассник? — с притворной грустью пошутил Алексей, бросая на меня загадочный взгляд, от которого у меня по спине пробежал холодок.

Он помнил. Черт возьми, он точно что-то помнил!

— Кстати, красивая блузка, — добавил он небрежно, как бы между прочим.

— О, за такое удачное знакомство просто необходимо выпить! — С победоносной улыбкой провозгласила Ирина, поднимая свой почти полный бокал. — За новые лица и блестящие карьерные перспективы!

И в этот самый момент, словно по заказу режиссера дешевой мелодрамы, где-то позади нас раздался оглушительный хлопок, похожий на выстрел.

Послышалось короткое, испуганное женское взвизгивание. И Алексей, не медля ни секунды, ринулся вперед.

Но не к Ирине.

Ко мне.

Он оказался рядом в одно мгновение, его рука твердо легла на мою спину, а всем своим телом, вдруг ставшим надежным барьером, он заслонил меня от гипотетической опасности.

Меня накрыла новая реальность: терпкий шлейф его парфюма с нотками сандала, обжигающее тепло ладони, ощутимое через ткань блузки, и бешеный, первобытный стук моего сердца, выбивавший в ушах барабанную дробь.

И в этой суматохе, абсолютно абсурдно, в голове пронесся идиотский вопрос, будто выскочивший из самого темного угла подсознания: «Почему он бросился спасать именно меня, а не Иру? Она же была ближе к эпицентру!»

— Что такое могло случиться? Повреждений вроде не видно, — с искренним, неподдельным беспокойством в голосе произнес он, все еще не отодвигаясь и оглядываясь по сторонам, как настоящий телохранитель.

— Что это было? — выдавила я, чувствуя, как невыносимо горит щека в том самом месте, где секунду назад касалась его пиджака.

Тревога понемногу отступила, уступая место жгучему стыду и осознанию полнейшей комичности ситуации.

Мозг наконец-то обработал информацию: никакого теракта, никакого падения люстры.

Оказалось, это за соседним столиком слишком рьяно, с истинно русским размахом, открывали бутылку шампанского. Пробка, эта маленькая предательница, решила устроить себе самостоятельный, победный полет через весь зал.

— Спасибо, — пробормотала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, отступая на шаг и судорожно поправляя волосы, растрепавшиеся от его резкого движения.

Я чувствовала себя абсолютной, стопроцентной дурой.

— Да вы, я смотрю, рыцарь на белом коне! — ехидно, но с нескрываемым интересом проговорила Ирина, вновь оказываясь в центре внимания. — Сразу бросились спасать нашу Ксению Андреевну. Надеюсь, вы и меня не оставите в беде, когда потребуется? — продолжила она, снова поднимая бокал, на этот раз в его честь.

Буквально через минуту Тихон Степанович, стоявший с группой топ-менеджеров, жестом, не терпящим возражений, подозвал Алексея к себе.

Тот, уходя, с той же небрежной улыбкой положил на наш столик свою визитку.

— Да, здесь нам точно не удастся нормально поговорить, — сказал он, и его взгляд скользнул по мне, задерживаясь на долю секунды дольше, чем того требовала вежливость. — Здесь мой номер телефона. Созвонимся, договоримся о встрече. Нам с тобой, Ксюш, есть что обсудить по рабочим моментам.

«Ну, начинается…» — пронеслось у меня в голове, пока я смотрела на маленький кусочек картона, как на потенциальную опасность. И это «Ксюш» прозвучало слишком по-домашнему, слишком интимно для корпоративного зала.

— Я вам тоже непременно позвоню! — весело прокричала Алексею Ирина, сладко улыбаясь ему вслед.