У твоего сына мои глаза. Верну своё

Глава 17.

«Чего же ты хочешь, Влад? Чего? Убедить себя, что не так уж виноват? Хм, - перебираю в голове варианты. - Карму очистить, оплевав меня?»

Что-то щелкает вдруг в моей утомленной черепушке.

Там зажигается идея, которая видится мне неплохим способом навсегда отвадить бывшего с его испытующим взглядом.

- Да, считай, я хотела урвать себе беспечную жизнь у судьбы. Под крылом у успешного мужа жить – не тужить, - эта импровизация неожиданно дается мне так легко! – Но как видишь, не дотянула чутка. Переоценила свою выдержку.

- И сбежала при первых же проблемах, - последнее Влад цедит так, словно я ему тем самым травму нанесла неизлечимую.

Роняю челюсть от такого упрека.

Однако живо вспоминаю, что Алтынов привык видеть мир, крутящимся вокруг него невероятного!

И главное, я всё это за ним и прежде замечала, но не придала вовремя значения.

А сейчас всё эгоцентричные качества у мужчины прям на лицо.

Оказывается, это я от трудностей сбежала, не доиграв свою покладистую роль??

Бросила бедного-несчастного на полпути. Не доходя до нашего совместного будущего – счастливого только с его позиции.

Я аж выдыхаю, разобравшись наконец, чего бывшему от меня надобно.

Ткнуть меня носом в мои проступки, которые типа и привели к развалу брака.

Наверное.

По крайней мере, других идей нет.

Эти мысли проносятся в уме сумасшедшим вихрем меньше, чем за полминуты.

Ну так и пусть ненавидит меня за эту надуманную несостоятельность!

- Но ты не переживай за меня, Влад Русланович. После у меня всё срослось в жизни. Даже лучше стало, - говорю, растягивая губы в шальную улыбку, рожденную собственной отвагой. –Я, правда, желаю и тебе также найти себя.

Алтынов хмурится. Между бровей пролегает складка недовольства.

Без всякого сомнения, от меня другое поведение ожидалось.

Я, по расчету Влада, обязана была начать оправдываться. Заверять его, что я всё такая же робкая и скромная.

И, может даже, мне следовало уговаривать его, чтоб дал мне второй шанс. Типа, я переосмыслю произошедшее в нашем браке. И попробую быть мудрее, если он соизволит снизойти до меня повторно.

А я просто улыбаюсь ему на прощание и упархиваю прочь.

Оставляю своё мрачное прошлое еще более посмурневшим и угрюмым. Пусть провожает меня оторопелым взглядом.

Дальше вечер проходит без неурядиц. Меня не зовут, не настаивают на неуместном общении. И вскоре я возвращаюсь к нормальной работе.

Поздравляю себя с тем, что мой сарказм произвел нужный эффект. Он помог Алтынову сообразить, что, если еще раз потребует администратора, я рассмеюсь ему в лицо.

Домой захожу измученной, но довольной.

- И чему радуемся? Ты рассказала ему, - Вера зачем-то понижает голос, - про Кольку?

Я почти с порога вылила на подругу весь раздрай, прожитый за сегодня. И в красках описала Влада, его подружку, наши диалоги...

Мотаю головой, с укоризной уставившись на подругу.

- Зачем бы мне это делать? Чтобы на новую порцию боли и унижений напороться? Нет. Я по совсем противоположному поводу сияю. Знаешь, что я поняла после встречи с ним? – отвечаю Вере, опережая ее следующий вопрос.

Подруга всё никак угадать не может, чего я такая веселая.

- Что разлюбила окончательно? – предполагает она. – Или… только не говори, что чувства еще есть к этому подонку!

- Тише, - шиплю, испуганно обернувшись в сторону детской, - Колю разбудишь. Я вообще не о том. Я вдруг поняла, что всё это время жила в страхе. Боялась, что Влад внезапно объявится на пороге. Что узнает про Колю. Что опять ринется со мной отношения выяснять.

- Когда это он с тобой чего выяснял? – печально усмехается Вера. – Он только гаркал, требовал и предвещал, как ты к нему на коленях приползешь. Дико, конечно, вел себя. Но развода точно не хотел.

Немею ненадолго от её заявления.

В придачу звучит всё так, словно подруга чуть ли не восхищается варварскими методами мужа вернуть меня в дом!

- Не было такого! – всё хорошее настроение улетучивается, когда перед внутренним взором встает надменное лицо бывшего. – Алтынов даже в таком контексте наше воссоединение не рассматривал. Он уже к тому моменту, поди, к постройке безоблачной жизни со своей Лесей приступал.

- Как же не было, Рай? – застилает глаза подруги сочувствующей пеленой. – Он столько месяцев названивал. Грубовато, конечно, но назад тебя требовал. Влад твой, безусловно, мудачелло редкостный! Но зачем же, моя ты в себе неуверенная, самооценку свою занижаешь? Убеждаешь себя, будто мужу было по боку, что там с тобой?

- А разве ему до меня было дело?! Вера! – предупреждающе шикаю на нее. – Самооценка тут вообще ни при чем. Он сам от нашего брака отказался, когда выбрал другую. Ну давай, обвини меня в том, что я не стала за мужа бороться. Что ребенка от него скрыла. А ведь он отец, он имеет право знать, - кривляясь, пережевываю избитые фразы. – Сама ж его только что обзывала! Уже передумала? Нет, Вера, ничего я Владу не должна, если гипотетически он мог прерывание беременности потребовать или после рождения ребенка попытаться его отобрать.