Убей попаданца

Глава 3

Стеллажи бесконечными рядами уходили вдаль и там терялись в темноте.

Сверху — штурмовые винтовки, дробовики, помповые ружья, гранатометы.

Снизу — все мелкое или наоборот слишком крупное. Пистолеты, гранаты, ручные пулеметы, ракетные комплексы.

Арсеналом Центра можно было вооружить небольшую армию.

— У меня свои инструменты, — сказал Родион.

— Не в этот раз, — сказал полковник. — Во-первых все ваши тайники с оружием под колпаком у корректоров. Во-вторых, новая цель практически неизвестна. Поэтому выбор оружия лучше предоставить искусственному интеллекту. Он быстрее сделает выводы из того, что мы знаем. — Полковник поднял голову. — Внимание, Интендант! Загрузи данные по операции «Тьма».

— Сделано, — раздалось сверху. Искин арсенала говорил глубоким басом, словно оперный певец.

— Анализ. Выводы по снабжению. Выбор.

Невдалеке вспыхнул свет.

— Что это? — спросил Родион, когда они подошли ближе.

Светилась двухметровая колонна из матового стекла. Внутри кипело и дымилось какое-то варево.

— Странно, — нахмурился полковник. — Это медицинский принтер. Запасные органы и части туловища печатает.

— Причем здесь оружие?

— Сам бы хотел знать. Станет ясно, когда закончит печатать.

Чуть дальше вспыхнула еще одна лампа. За ней еще и еще.

Второй круг света падал на подставку с инъектором и обоймой ампул.

— Сыворотка правды, — сказал полковник. — Логично. Вам придется допрашивать попаданцев и их наемников. Вряд ли они будут рассказывать добровольно.

Родион молча сунул контейнер с инъектором в карман.

— А это? — спросил он, когда они добрались до третьего пятна света.

На подставке лежал странный предмет, похожий на помесь кастета с ножом и клещами.

— О, это легендарная «пиранья». Изобретение колумбийских партизан. Универсальный пыточный инструмент. Крушит кости, рвет зубы и ногти, сдирает кожу. Если сыворотка не поможет, «пиранья» точно любого разговорит.

— Я не мастер пыточных дел.

— Мастер или не мастер, но придется вам, дорогой Родион Александрович, становится специалистом широкого профиля. Задача того требует.

Только под четвертой лампой лежало хоть что-то огнестрельное.

— Я это не возьму, — сказал Родион, увидев тяжеленный длинноствольный револьвер и коробку патронов «магнум» 44 калибра. — Тяжело. Шумно. Неудобно.

Полковник вдохнул и поднял голову.

— Интендант! Обоснуй выбор номер четыре.

— Убедительный внешний вид, — сообщил сверху оперный бас.

— И всё?

Искин молчал.

— Другими словами, — перевел полковник, — достаточно будет его вытащить и никаких ампул с кастетами не понадобится. Берите. Искин еще никогда не ошибался.

Он подождал, насвистывая, пока Родион пристраивал наплечную кобуру с револьвером.

— Ну что ж. Остался только медпринтер. Самому интересно, что он там печатает. В прошлый раз, представляете, напечатал одному из оперативников третью руку. С интерфейсными разъемами вместо пальцев. А в позапрошлый — накладные жабры. Очень пригодились, когда агента за борт посреди океана скинули. Он очень проницательный этот наш искин. Угадывает какие ситуации могут возникнуть при выполнении задания. И что может понадобится. Как он это делает, никто не знает.

— Собирает информацию, — буркнул Родион, — выстраивает векторные цепочки возможных последствий. Потом их классифицирует по степени неизбежности. Если есть неизбежные, рассматривает их более подробно. Все зависит от полноты начальных сведений.

— Да. Наверное, так оно и есть. Техники говорят, что искин в половине кластеров аутист. Прямо как вы. Чувствуете родственную душу?

— Я не аутист, — сжал губы Родион.

— Ну да, я тоже заметил, что для аутиста вы слишком просто контактируете с внешним миром. На задницы секретарш вон обратили внимание. Аутист бы прошел мимо и не заметил. В лучшем случае подсчитал бы коэффициент разницы между талией и жопой. В процентах.

Полковник хохотнул.

— Кстати, давно хотел спросить. Помните тот случай в Барвихе с миллиардером? Ваше пятое задание. Вы выстрелили чуть правее. И в то же мгновение объект шатнулся в ту же сторону. Если б не это, вы бы промазали. Откуда вы знали, что он шатнется? Тоже эти... как их... векторные цепочки? Предсказание будущего?

— Палка на дороге.

— А. Я даже и не заметил. Типа, правду говорят, что аутисты видят то, что больше никто не видит, и не видят то, что видят все.

— Я не аутист, — повторил Родион, закипая.

— Как скажете, Родион Александрович. Вам виднее.

Полковник пошел обратно, разглядывая по дороге помповые ружья.

— Слева — шестьдесят четыре процента. Справа — восемьдесят два, — сказал Родион ему в спину.

— Вы о чем? — нахмурился полковник.

— О соотношении талии и жопы. В процентах. У той, что была слева талия шестьдесят, бедра девяносто восемь. У той, что справа — пятьдесят пять и сто.

— Вы же их не меряли.

— Это не обязательно. Там было достаточно предметов, чтобы соотнести размеры с точностью до пяти миллиметров.

— Я кажется начинаю понимать, откуда у вас такая результативность. Кстати, справа была секретарша генерального. Она конечно посочнее будет.

Издалека донеслось треньканье колокольчиков.

— Наконец-то, — сказал полковник. — Принтер закончил печать.

Они вернулись назад

Двухметровая колонна была темной. Сквозь матовое стекло ничего не было видно. Только внизу на постаменте перемигивались огоньки.

— Странно, — полковник подошел ближе. — Процесс еще не завершен, но объект уже напечатан. Интендант! На какой стадии изготовление?

— Подключение к облачному хранилищу и загрузка резервной копии.

— Какой еще копии? Куда?

Колонна вдруг зашипела.

Створки раздвинулись, выпустив наружу облако белого пара.

Из принтера выскочила невысокая тень, оттолкнула с дороги полковника, подскочила к Родиону и отвесила ему звонкую оплеуху.