Убери свою морковку, дракон

Глава 5 (3)

Утро и часть дня выдались суматошные. Когда открывать шла, у крыльца уже топтались покупатели, не слишком дружелюбно переглядываясь. Даже не ожидала, что объявление, вывешенное вчера перед отъездом в поместье Голтвайта, и небольшая рассылка разовыми вестниками, которую я заказала в самом начале новогодней подготовки в местной новостной службе, сработают. И слегка заволновалась, что собранных заранее подарочных наборов не хватит.

За хлопотами мигом позабылись сны, где чудным образом переплелись мои страхи разоблачения и влечение к белобрысому назойливому дракону с альтернативным чувством юмора. А ведь думала, что справилась.

Приступ панического ужаса приугас, и всё вернулось. Не в такой острой форме, но… Больше было похоже на хроническую болезнь. Пока соблюдаешь режим и диету, не беспокоит, но рецидив гарантирован, стоит сделать шаг в сторону или, как я, ступенькой промахнуться. Полный отказ всех систем, кроме той, что за размножение отвечает.

Если бы Живс так удачно не вошел, что-то бы точно случилось. Слишком уж мое воспитание от воспитания здешних барышень отличается. Не знаю, насколько верно интуитивное ощущение, что Голтвайту самому его реакция на меня как на объект противоположного пола в новинку, но если он и со своей бывшей такие номера откалывал… То истерит, то сухарь-сухарем, то ведет себя как ребенок, то смотрит так, будто сожрать готов. Причем сначала облизать, ме-е-едленно, а потом…

«Я всего лишь хотел вас…»

А его дракон большой?

Оборванные так интригующе слова Шерра и мысль о драконе появились в голове одновременно, вытесняя разумное и рациональное.

— Большой? — переспросил мужчина в подбитом мехом пальто, одной рукой обнимая две поблескивающие звездами коробки, а другой протягивая монеты. — Есть большой набор?

— Могу собрать, только подарочной упаковки нет. Если согласны на обычную коробку… — сориентировалась я, полыхнув ушами.

Очередь загудела потревоженным осиным гнездом. Снова заволновались в хвосте. Послышались напряженно-вежливые просьбы соблюдать дистанцию, не пихаться, работать быстрее, не давать больше одного-двух наборов в одни руки и возмущаться, что с хотелками нужно было заранее, а не задерживать теперь честных граждан. Такая толпа! Что же в других местах творится, если даже сюда, где больше трех-пяти покупателей за день, столько набилось?

Самое время порадоваться, что от хитрых чар снег, нанесенный с улицы, не делал луж, ликвидируясь сам собой.

Скоро должен был явиться нанятый Голтвайтом экипаж. Я устала, ящики со штучным товаром, поставленные рядом с прилавком на всякий случай, почти опустели, готовых подарочных наборов не осталось, около десяти я собрала прямо на месте и была рада, что прикрепила к столу лист бумаги, где крупно вывела слово «инструкция» с тремя восклицаниями. Лучше, забывшись, положить две, чем ни одной.

Очередь редела, я сбегала перевернуть табличку на «Закрыто». А когда наконец последний покупатель вышел, я поняла, что пообедать не успею. Успеть бы переодеться и немного в порядок себя привести. Благо лазать по стремянкам сегодня не придется. По плану комплектация, подгонка и синхронизация погодных модулей. А это можно делать даже не вставая, главное, чтобы всё нужное было под рукой и никто не отвлекал.

Я успею сбегать в банк на соседней улице, чтобы выручку сдать? Конец недели, и мне обязательно нужно. А еще забрать в почтовом отделении заказанные в Остерне «День в сосновом лесу» и «Дариновый флер». Такие штуки вестникам не доверишь, поэтому их доставили со столичного склада «Погоды в доме» традиционным способом, а извещение принесла ледяная птичка.

Но когда я вышла, поняла, что нет сил даже медленно идти, не то что бежать. Попросить нанятого Голтвайтом возницу меня отвезти? Всё же для драконьего заказа комплектующие. А банк по пути…

Снеговик ничего не имел против компании. Сегодня было очень солнечно, оба светила старались во всю мощь, небо сделалось пронзительно голубое, снег подтаял. Мой снежный страж тоже. Поверхность снежных шаров сделалась ноздреватой и лаково блестела. Шляпа сползла набекрень, шарф висел тряпочкой, морковный нос поник. Вряд ли мое лицо выглядело веселее.

Из-за крыш виден был кусочек циферблата огромных часов на городской ратуше и кончик толстой часовой стрелки, который уверенно переполз отметку полудня еще час назад.

От яркого света, попавшего в глаза, теперь пятна бегали, поэтому я сначала сказала, что магазин закрыт, и только потом узнала подошедшего.

Улыбка Райфокса была такой, что от нее вполне можно было пятен в глазах нахватать, как от солнышек. В руках офицер патруля держал бумажный стакан с крышечкой и небольшую коробку.

— Смена закончилась, решил заглянуть, а тут толпа, как на ярмарке, вот и прогулялся до рынка. Там передвижная кофейня у ворот. Любите горячий шоколад? А зефирные шарики?

Живот меня подставил. Вряд ли леди полагается выражать одобрение подобным образом, но Райфокс только рассмеялся, увлекая к скамейке под фонарем. Там снова всё снегом припорошило, но… Мелькнуло ярко-рыжее, и меня усадили на совершенно чистую скамейку.

— Это… Это хвост! А разве можно?..

— Вообще-то считается ужасно неприличным, но вы ведь меня не выдадите? За горячий шоколад и зефирки?

Так и подмывало попросить потрогать, но, подозреваю, это будет форменный разврат, поэтому занялась подношением, а Райфокс делился служебными сплетнями: