Убийца некромантов

- 2 - Ната

Не хватает денег. Всегда не хватает.

Ната собрала разложенные на столе купюры в тоненькую пачку. С горечью провела по горстке монет. Двадцать две тысячи двести пятнадцать рублей. Даже при грубом подсчёте, этого едва хватит на неделю, если ещё не брать в расчёт неожиданные расходы. Лекарства и несколько процедур. А что дальше?

Мужественно поборов желание снова заплакать, потому что опухшие веки скоро будут мешать ей видеть, Ната бережно сложила купюры в конверт, брезгливо отложив двести пятнадцать рублей мелочью. Потом подумала и ссыпала мелочь следом.

– Не переживай, – сочувственно сказала в трубку Аня, – у меня зарплата скоро, подкину что-нибудь. Надо ещё раз в интернете клич пустить, вдруг кто поможет.

– Спасибо, - выдохнула Ната. – Правда нет у меня веры в людей из интернета.

– Ты это брось, – строго приказала Аня. – В прошлый раз мы Матюше наскребли же на операцию. И больше половины в интернете добыли, между прочим.

– Хорошо, я попробую ещё раз написать, – согласилась Ната.

Добрых людей много, только вот детей больных тоже немало. Как тут всем помочь.

Ната налила чай и села за стол, глядя на свое измученное отражение в чёрном окне. Как там Матюша, не спит, наверное, опять… Капризный у неё сын, но что поделать, за четыре года жизни, он почти всё время провёл в больнице. Даже в новой квартире своей мамы ни разу не был, а она для него уже и комнату сделала, люди из благотворительного фонда игрушек надарили.

Лежащий на столе телефон зажужжал, призывая к подъёму. Ната ещё даже не ложилась.

– Ну, как дела? – первым делом спросила Ната, когда надела медицинский халат и заглянула в палату сына.

– Мама, – Матвей склонил голову вбок. – Тётя Таня вчела лугалась на меня.

– Ох уж эта тётя Таня, – Ната осуждающе покачала головой. – Да ты наверное сам её не слушался.

– Не, – Матвей слабо захихикал, когда Ната осторожно пощекотала его оголённый животик.

– Да знаю я тебя, спать не хотел да?

– Мне ваву вчела девали, – Матвей показал след от укола. – Скажи им.

– Скажу-скажу, сегодня я сама тебе буду уколы ставить, совсем не больно, обещаю, – Ната заставила себя подняться, и крепко поцеловав сына, направилась к другим детям.

В середине смены к ней подошла сестричка из приемного отделения. Молоденькая, как и Ната, но красивая и свежая. Она с искренним сочувствием поинтересовалась о состоянии Матвея.

– Мы тут с девочками собрали кое-чего, не откажитесь?

С этими словами она положила на стол перед Натой конверт и плотный пакет с ручками.

– Мы все за вас переживаем, – сестричка обняла Нату и вышла из кабинета.

Ната со смущением глянула в пакет, в котором оказались шприцы, несколько пачек лекарства для Матвея, подгузники – всё, в чем очень даже нуждалась Ната, так как приходилось, из-за ограниченных ресурсов больницы, покупать всё самостоятельно. В пухлом конверте были деньги, почти все мелкими купюрами.

С миру по нитке.

Ната снова заплакала, едва не залив учётный журнал слезами.

                                        ***

Тяжелое небо нависало над городом, обещая снег. Было прохладно и сыро, по краям тротуаров высились кучи грязного снега, но люд, на удивление, был весёлым. Наверное, потому что Новый Год через две недели.

Ната шла домой, и сжав ремешок сумки, безрадостно смотрела на витрины кафе и бутиков. Люди хорошо проводили там время, не обращая внимания на её изголодавшиеся по счастью глаза. Последние годы Ната провела в слезах, и уже думала, поскорее бы всё для неё закончилось. Хоть как-нибудь.

Но приходя в больницу, она понимала, что ещё нужна здесь. Видя, как появляется радость на лице её сына, на светлеющие глаза других детей, тоже тяжело больных, она вытирала слезы, и до конца смены перед всеми ними представала как весёлая, добрая медсестра, которая никогда не делает больно. А если и приходит время неприятных процедур, то всячески отвлекает шутками и прибаутками маленьких пациентов.

Просто иногда не хватает подставленного рядом плеча, тёплых крепких объятий, сказанных заботливым голосом слов поддержки.

Ната остановилась у светофора и засмотрелась на обнимающуюся по ту сторону дороги парочку.

Ей не хватает Антона…

Загорелся зелёный свет, и парочка пошла навстречу Нате. Она передвигала ватные от усталости ноги и совсем не смотрела по сторонам.

Оттого дальнейшее случилось мгновенно, она не успела испугаться и осознать.

Визг колес на мокром асфальте, оглушительный хлопок.

В голове Наты стоял писк, словно рядом разорвалась граната, она с трудом поднялась, и стала озираться по сторонам. Всё плыло перед глазами, наслаивалось, искривлялось. Когда она более-менее смогла различать объекты, то в первую очередь оторопело уставилась на искорёженную машину, влетевшую в светофорный столб. Потом заметила толпу встревоженных людей и только после этого Ната увидела себя…

Изломанная кукла лежала посреди дороги. Ната подошла ближе. Волосы разметались по мокрому грязному асфальту, бежевое пальто забрызгано грязью, лицо залито кровью. Ната опустилась на колени и попыталась дотронуться до своего тела.