Убийца великанов

Глава 5.1

Устроюсь курьером и заработаю на десять чертовых кладакоптеров для Алиски, если выберусь.

Дима перепрыгивал по три-четыре ступени за раз. Если бы не скользкие перила в правой руке, наверняка бы сломал себе шею, но об этом он не думал. Как не думал ни о живом-мертвом Сером, ни о гудящем за толстой стеной лифте.

Тот хрипел, надрывался и грохотал на каждом пролете, широко открывая механические челюсти.

В ушах шумела кровь, ноги подгибались после каждого прыжка, а колючий свитер облепил спину. Легкие рвало и выворачивало, но Дима не сбавлял темпа. Наоборот, завидев огромную цифру три на одной из стен, перепрыгнул через пять ступеней.

Липкие от пота пальцы соскользнули с перил. Кафельный пол ушел из-под ног, белое поменялось местом с зеленым и острая жгущая боль врезалась в нос. Коленки тоже обожгло, но не так сильно. Что-то теплое коснулось верхней губы.

Грохот канонадой заполнил лестничную площадку и врезался в голову с такой силой, что в ушах запищало. Дима что-то прошипел под нос, сплюнул слюну с привкусом холодного металла, подобрал под себя ноги, резко оттолкнулся руками и вскочил.

Дверь, ведущая в подъезд, распахнулась прямо перед его лицом.

— Э, че тут происходит?!

Хриплый бас перебился надрывным визгом. В проеме показался громадный лысый мужик. Дима отшатнулся. То ли от надрывного лая йорка, которого удерживал тоненький поводок, похожий на нитку, то ли от яркой вони табака, исходящей от мужика.

— Ну ниче себе. Ты вообще как, живой?

Грубое неотесанное лицо смягчилось. Мужик подсобрал поводок, прижав визгливую крысу к ноге, и шире открыл дверь.

— Живой, шагнул неудачно просто, — отмахнулся Дима.

Заставить шевелиться сухие потрескавшиеся губы оказалось той еще задачкой. Да и пульсация в носу отдавала аж в затылок.

Кое-как он выдавил сухое “спасибо за беспокойство” и развернулся, чтобы пойти дальше, но внезапно на плечо упала неподъемная тяжесть. По спине пробежал неприятный холод.

— Слышь, мож тебе это, — пуховик скрипнул под пальцами, сжавшимися на плече. — На лифте спуститься? На ногах-то еле стоишь.

Дима бесшумно сглотнул, натянул улыбку, какую смог, и медленно обернулся.

— Спасибо, но мне по лестнице как-то удобнее, — участливое лицо лысого на мгновение сморщилось. — Да и пока его дождусь, весь подъезд заляпаю.

— Так чего его ждать, я только поднялся, вон, на третьем и стоит, — мужик махнул себе за спину. — Давай, не придумывай, у тебя ж вся рожа кровью залита. Еще раз тут растянешься и че с тобой делать прикажешь? Нам тут такого не надо. Шуруй в лифт.

Хватка на плече стала мертвой. Йорк, уже было притихший, вновь заверещал тонким голоском. Дима бросил на орущую крысу быстрый взгляд, посмотрел в темные глаза мужика и вспомнил, как тот впустил его в подъезд.

Алиска, видимо, останется без кладакоптера, а Яндекс-доставка без самого перспективного курьера.

Дима улыбнулся еще шире, кивнул и, почувствовав ослабевшую хватку, резко рванул вперед. Сзади раздался удивленный вздох, за ним послышался хриплый ненавидящий лай и пара отборных ругательств. Все остальное заглушило эхо его шагов.

Он решился остановиться и протереть лицо рукавом свитера только после того, как оставил за спиной детскую площадку с кривым синим заборчиком. Нос перестал пульсировать, но принялся тихо ныть. Ноги ныли вместе с ним, как, впрочем, и легкие.

Голос мужика, требовавшего зайти в лифт, все еще гудел в голове. Мысль, что он действительно просто хотел помочь, догнала Диму уже у метро, но он покачал головой. Проверять истинные мотивы лысого бугая было идиотской затеей.

— Что, не нравится, милок? — тонким сухим голоском раздалось откуда-то снизу.

Дима непонимающе опустил взгляд и напоролся на закутанную в шерстяную шаль бабушку.

— Ну, тебе такое, конечно, не пойдет, — она поджала тонкие губы. — Зато вон, вот это может.

Перед ней стоял небольшой столик с разным барахлом, начиная от потертых женских туфель, заканчивая разной бижутерией. Бабушка протянула дрожащую руку и указала сморщенным пальцем на металлический брелок в форме армейского жетона.

— Плеер, — сказала она. — За пятьсоть отдам. Такое, милок, нынче нигде не купишь.

Дима кивнул. Сил спорить и рассказывать про маркетплейсы не осталось.

— Ну чево?

Бабушка уставилась на него маленькими голубыми глазками, окруженными паутиной морщин. Дима почувствовал, как с носа опять капнуло и смахнул кровь с губы.

— Извините, ба, — пробубнил он. — Мне не надо.

— А за триста возьмешь? — она наклонила голову набок. — Дешевле не найдешь, крест даю!

— У меня только карточка, — все так же бубня, продолжил Дима и отступил на шаг.

— Вот номер, — сморщенный палец указал на бумажку, приклеенную к столу. — Бери, пока даром отдаю!

Он пролепетал еще одно извинение и направился ко входу в метро. Денег было в обрез, да и брать нечто подобное ему отчего-то не хотелось. Вот только бабушку в шали это не волновало и проклятия, бьющие в спину, Дима слышал ровно до тех пор, пока не скрылся в тускло освещенном переходе.