Убийство? А то я не знаю!

10

Просыпалась я долго и мучительно. Меня будто шибануло током и переехало катком. Когда раскрыла глаза, было приятно отметить, что я нахожусь в своей комнате.

Раздался телефонный звонок, и я издала что-то на подобие стона морского котика, когда тянулась за ним.

— Привет, мам, — кряхтела в трубку.

— Дочь, привет, там посылка должна придти, а ты сегодня в школу все равно не идешь. Забери, пожалуйста, — сказала мама.

— Хорошо.

Мать попрощалась со мной и сбросила. Я попыталась встать, хотя бы для того, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Встать, конечно, нормально не смогла. Мне обязательно надо было упасть с кровати, на которой я лежала. Кости ломило, словно я весь вчерашний день кирпичи таскала.

Кое-как поднявшись, я подошла к зеркалу. Мать моя женщина! Слипшиеся волосы, бледная кожа, потрескавшиеся губы и какие-то ранки на шее. Я дотронулась до них, они были получены уже давно, я должна была уже исцелиться.

Раздался звонок в дверь, мне пришлось оторвать взгляд от самолюбования и идти встречать. Как оказалось, пришла посылка. Немалая такая коробочка. Да и скотча что-то через чур много. Я буду не я, если не открою ее. Сначала я пыталась открыть ногтями — не получилось. Не получилось вскрыть так, будем когтями! Я встряхнула рукой, как обычно, и... ничего. Попробовала еще раза три, и результат остался таким же. Что-то мне страшно становится.

Я закрыла все шторы и попыталась обратиться, но опять же — ничего. Постепенно на место страха пришла всеми любимая тетушка Паника. Забежав на, кухню я взяла нож. Я же должна исцелятся, верно? Провела лезвием по руке и стала ждать. Продолжалось так на протяжении пяти минут. Должно было уже все пройти, но НИЧЕГО!

— Какого... — что может прийти испугавшийся по уши девушке в такой момент? Правильно, надо звонить отцу.

Я притянула телефон к уху и ждала когда старик возьмет трубку.

— Я тебя слушаю,— послышался голос папы.

— Пап, у меня проблема. Огромная катастрофическая проблема, — сдерживаясь, сказала я.

— Ну так говори, — попросил он.

— Это нельзя обсуждать по телефону. Сверхъестественный разговор.

Я услышала в ответ лишь короткое "Жди".

               ****

— Да как это ты не можешь превращаться?! — бушевал отец.

— Да вот так, — чуть ли не вслипывая ответила я.

— Тогда давай вспоминать вчерашний день порядку, — предложил он.

Решив, что хуже уже не будет, я начала рассказ:

— Ну, вчера с Евой пошли в лес. Как бы ты не хотел, мы пошли на охоту на феникса...

— Дай угадаю. Вы его нашли и атаковали? — недовольно проговорил отец.

В голове прокручивая сцену, когда я напала, мне вспомнился одним момент.

— Он вонзил свои когти с ядом в шею...

— С ядом?! — крикнул он. — Тогда понятно, почему у тебя вдруг пропали способности.

Куда они пропали? А ну-ка поподробнее.

Старик посмотрел на меня с... жалостью?

— Яд не убил тебя. Он уничтожил в тебе феникса. Теперь ты обычный человек.

                     ****

Я уже два дня лежала под одеялом на кровати. Да как так-то? Я же ему тоже когти с ядом вонзила. Может дух тоже как-то пострадал?

— Бураева, я в тебя сейчас силой засуну эту котлету, — стояла надо мной Ева.

Да-а, два дня не питается для человека... Хотя откуда мне знать? Мне только предстоит изучить эту сущность.

Я ничего не ответила подруге, от чего та тяжело вздохнула и крепко обняла меня. Если и стало лучше, то только на мгновение.

— К тебе тут Белов хотел зайти, — с чего бы это?

Но от меня опять не последовало ни звука.

Ева вновь вздохнула и вышла из комнаты. Вместо нее в комнате возник Даниил. Значит она не шутила, когда говорила о нем.

— Ты как? — спросил он. Ну-ну, это ты так решил разговор завязать?

Кажись, оборотень понял это и просто уселся рядом. Он протянул к моей щеке руку и слегка дотронулся до нее. От этого прикосновения, по моей спине побежали мурашки и я вздрогнула. Только после этого я посмотрела на него и попыталась запомнить каждую деталь его лица.

Высокие скулы, темные волосы с модной стрижкой, карие глаза. В нос ударил его запах: одеколон и пена для бритья.

— Что ты так на меня смотришь?

Я промычала в ответ. Можете считать, что моя тушка разучилась разговаривать.

Не смотря на еще ранний вечер, на улице уже зажглись фонари. Был красивый закат. Оттенки красного, розового оранжевого распространялись по всему небу. И все вроде было хорошо. До одного момента.

— Я, пожалуй, пойду, — встал с кровати Даня, но цепкие ручонки Ксюши Маевой не доли ему уйти.

— Останься, — да, признаю, пока этот нагловатый оборотень был рядом, все было хорошо. Хоть мой голос напоминал писк летучей мыши.

Парень скептически на меня посмотрел, све же остался и лег рядом. Я прижалась к нему и прикрыла глаза. Так, я почувствовала, как он задержал дыхание, а потом с шумом выдохнул, прииягивая меня к себе еще ближе. В таком положении я не заметила, как уснула.