Убийство? А то я не знаю!

20

Сейчас мы направились домой, только уже не на одной машине, а на трех. Приехали родители Евы, отец Данила и мой отец. В нашей машине находились я, Ева и наши отцы. Остальные ехали в других машинах. А пока наши папы громко говорили нотации.

— Это ж надо быть настолько безответственными, — в очередной раз буркнул папа.

— Как-будто сейчас с этим можно что-то сделать, — не выдержала я.

— Но если бы...

— Если бы, если бы. Хватит смотреть в прошлое, — тихо ответила Ева, тоже не выдержав.

Папа что-то невнятно произнес, и остальное время поездки мы ехали молча. Настроение у всех было разное. Некоторые ничего не делали, просто заснули. Ну по крайней мере Ева со своим папой спали. Да и я начинала засыпать.

На последок я успела подумать, что теперь все конечно. Семен мертв, как и его дочь. Духа тоже нет. Теперь настанет спокойная жизнь, по крайней мере сейчас.

Я не знаю, сколько времени прошло, но когда я открыла глаза, мы подъезжали к дому Громовых. Остановившись около него, мы проводили Еву с отцом и поехали домой.

— Ты любишь его? — вдруг заговорил папа.

— Ты о ком? — я сделала вид, что не поняла о чем речь. Но после ответила. — Да.

— Ну и хорошо, — неожиданно улыбнулся старик. — Я с Егором познакомился. Мы завтра идём к ним домой.

Я даже закалялась от такого заявления. То есть старик стал только что нормально относится к оборотням? Может это не папа, а его клон? Но мне нравится.

— Но домашний арест никто не отменял, — произнес он.

— Кто бы сомневался, — взглянула я на него. — А маме все равно придется сказать, — как говорится: "Тайное всегда становится явным".

— Не надейся, что я буду рассказывать один. Либо сковородкой огребаем все мы, либо рассказываем вместе.

— Я поняла.

Папа остановил машину возле дома. Я вышла и возле меня прониклись две машины, которые посигналили нам, а я помахала.

Мы вошли внутрь дома. Горел свет, а позже появилась родительница.

— Объявились? Надо же, — покачала головой мама.

— Дорогая, нам надо поговорить, — твердо сказал папа.

— Хорошо, — пожала плечами мама.

Через пять минут мы трое собрались в гостиной на диване.

— Ты говоришь, я показываю, — шепнула на ухо папе.

Тот хотел возмущаться, но не успел. Мать уже вовсю рассматривала нас с папой, тем самым требуя рассказа.

Собравшись с духом, отец открыл рот, а я хотела послушать. Но вместо повествования, его глаза сменили цвет, а позже сам обратился.

Вот блин, сводил рассказ на меня.

Мать испуганно отскочила от нас, да с такой скоростью, что я еле заметила ее передвижение.

— Мам, ты только не бойся, ладно? Как ты видишь, мы с папой не люди, а... а вот это, — я ткнула рукой в феникса.

— Огненные птицы? Я думала они вымерли... — недоговориоа она. Стоп-стоп-стоп. Она сказала, что мы вымерли?

Я с широкими глазами проглядела на маму, а та тихо выругплась. Поняв, что ей не выкручиваться, продемонстрировала красивые тоненькие клыки. Мило. Моя мама вампир. Охренеть просто.

— Это выходит... — начала я.

— Нет, тебе сущность вампира, можно считать, вообще не передалась. У тебя только реакция, — мягко посмотрела на меня.

— Что ты там говорил про мои отношения с оборотнем? — выжидающе посмотрела на превратившегося папу, моя персона.

Отвечать мне отец не соизволил, но громко икнул. Будь я на его месте, я б еще упала, но папа держался, молодец. Вот ток вот бывает, думаешь, что женишься на обычном человеке, а после оказывается вампир.