Убийство на улице Розовой

Глава 2

На следующее утро Мария Алексеевна встала с чётким планом: не вмешиваться. Но в глубине души она уже знала — плану не сбыться.
Она зарекалась «не лезть», но каждый раз, когда кто-то говорил: «Да там всё понятно, возраст… вот и умерла» — внутри у Марии что-то начинало зудеть, как от неправильно разгаданного кроссворда.

Валентина была женщиной с характером. У неё всегда был идеальный порядок в доме, и привычка записывать всё, что происходит на улице: кто с кем пришёл, кто что купил, кто где работает.
Такая женщина не может просто умереть за чашкой чая — да ещё и стоящей слева, если она правша.

В десять утра Мария стояла у крыльца дома Валентины Георгиевны.
Калитка была не заперта. Она толкнула её, шагнула внутрь — и замерла.

На скамейке под каштаном сидела Мотя — старенькая болонка соседки. Собака выглядела обиженной и голодной.

— Мотечка… ты где была?

Мария приоткрыла дверь веранды — та оказалась не заперта.
Внутри всё было так же, как вчера: плед на кресле, конфеты на столе, тишина, разбитый горшок с кактусом.

Бумажки в кактусе, конечно же, не было. Но вот что изменилось:
на подоконнике, где раньше стоял кактус, остался влажный круглый след — отпечаток от кружки.
И ещё… запах парфюма. Резкий и тяжелый.

Мария достала тетрадку и записала:

• След от кружки.
• Запах парфюма.
• Мотя — жива. Насыпав корм и налив воды собаке, она вышла из дома соседки — и тут, как по команде, открылась калитка напротив. Зоя Петровна, человек, который всегда в курсе всего, шагнула на дорожку.

— Мария! Зачем ты туда пошла? — воскликнула она. — Знаешь, я слышала, как она в субботу с кем-то ругалась. Прямо в саду. Кричала: «Ты ещё за это ответишь!»

Мария насторожилась.

— С кем?

— Не знаю. Только мужской голос слышала. Может, этот её племянник.

— Ну да. Сын её младшей сестры. Валера, вроде Виктор. Худой такой, высокий. На старой машине приезжал. Два раза в год. Говорят, у него бизнес… какой, не знаю.

— Когда он был в последний раз?

Зоя задумалась.

— В пятницу, вечером. Я как раз сериал смотрела. Ушёл быстро. Злой. Даже дверью хлопнул.

• В пятницу приезжал племянник.
• Ссорились.
• В воскресенье — смерть.
• В понедельник вечером — кто-то был в доме.

Зоя вгляделась в тетрадь:

— Интересно, что вы там записываете?

— Не люблю, когда в кроссворде остаются неразгаданные слова, — улыбнулась Мария и пошла домой, крепко прижимая тетрадь.

Она почти дошла до калитки, когда услышала:

— Машенька!

Это был Павел Иванович — сосед с третьего дома. В руках у него была корзинка с яблоками.

— Возьмите, только что собрал.

У Павла всегда было всё идеально — сад, теплица, даже огород без единого сорняка.

— Спасибо, Павел Иванович, — сказала Мария, беря яблоко. — А вы знаете, что Валентина Георгиевна…

— Конечно знаю, — перебил он. — Возраст. Тут что поделаешь.—сказал он буднично.

Мария улыбнулась и поблагодарила за яблоки.

«В этом кроссворде слишком много неразгаданных слов, но я их разгадаю».Бублик тихо мяукнул, будто соглашаясь с ней.

Это моя первая книга, и я пишу её с волнением и любовью.
Каждый ваш просмотр и комментарий — это маленькая искра, которая заставляет продолжать.
Спасибо, что вы со мной.