Убийство на улице Розовой

Глава 5

Мария вернулась в дом Валентины Георгиевны под предлогом покормить Мотю,что бы внимательно посмотреть бумаги из тайника. В доме был племянник Валентины и не возражал против её прихода — он вообще не выглядел заинтересованным ни в чём, кроме как продать дом своей тётки и поскорее уехать.

— Забирайте хоть всё. Мне ни посуда, ни пёс не нужны, — пробурчал он, по-быстрому выкурив сигарету. После этого спустился с крыльца и уехал на своей старой «Ниве».

Замечательно, — подумала Мария. — Теперь можно спокойно искать.

Она аккуратно взяла папку из тайника. Бумаги внутри были отсортированы вручную, каждая аккуратно пронумерована. Одно письмо было адресовано ей.

На конверте:
«М. А. Мельниковой. Если со мной что-то случится».

Мария на секунду прикрыла глаза. Потом открыла письмо.

«Мария,
Если вы читаете это, значит, со мной что-то случилось. Я знала, что вы — единственная, кто обратит внимание на мелочи.
Если вы читаете это письмо, значит, меня не просто не стало, а меня убили. Причина — старая история. Всё, что важно, — во втором конверте. Там и имена, и ключ к тому, что мне угрожало последние полгода.
Прошу вас: не обращайтесь сразу в полицию. Найдите правду и будьте осторожны, чтобы не пострадать.
Я надеюсь на вас.
P.S. Мотю не бросайте. Она лучше любого сигнализатора.
С уважением, Валентина Г.»

Мария аккуратно отложила письмо и взялась за второй конверт.

Внутри были копии документов, несколько вырезок из старых газет и… удостоверение:

«Министерство внешней торговли СССР.
В. Г. Смирнова.
Специальный представитель по связям с зарубежными организациями».

— Так… — Мария села на краешек стула. — Вот это поворот.

Она перелистнула дальше. Там был служебный пропуск и фотография, на которой молодая Валентина — с короткой стрижкой и серьёзным взглядом — сидит за столом переговоров с мужчинами в костюмах. На обороте — надпись:
«Берлин, 1986».

Кем же ты была на самом деле, Валентина? — подумала Мария.

Она позвонила своей старой подруге Ларисе Петровне, которая когда-то работала в областном архиве, а теперь была бодрой, но скучающей пенсионеркой.

— Лара, мне нужно узнать о человеке. Возможно, о бывшем сотруднике внешней торговли. Имя, годы службы, контакты. Можешь?

— Могу.

— Это та соседка. Которую… убили, — тихо сказала Мария.

Через день Лариса перезвонила.

— Ты не поверишь. Ваша Смирнова — не просто сотрудница. По нашим данным, в конце восьмидесятых она участвовала в операции по контролю за «утечкой технологий». Была связана с неофициальной проверкой офицеров на предмет контрабанды редких минералов.

— Что?

— Ага. И знаешь, кто тогда попал под подозрение, но дело закрыли?

— Кто?

— Покойный отец вашего нового участкового. Лебедева.

Мария замерла. Это уже не совпадение. Это — мотивация. Сильная. Глубоко личная.

Тем же вечером, на лавочке у дома, Мария услышала, как две бабки шепчутся:

— …а в день смерти, говорят, видели мужчину в синей куртке, — шептала одна. — А на голову накинут капюшон.

— Где?

— У дома Валентины. Постоял, посмотрел, потом ушёл. Не здешний.

Мария напряглась.

— Синяя куртка?

— Да. Странный был. Лица не разглядели — под капюшоном.

Следующим утром Мария вышла к забору Валентины и остановилась , рядом стоял незнакомый мужчина с аккуратной короткой бородой. В руках — связка ключей, за плечом — тёмно-зелёный рюкзак.

— Здравствуйте, — вежливо кивнул он.
— Доброе утро, — ответила Мария, прищурившись.

— Фёдор Ильич, — представился он. — Купил соседний дом неделю назад. Решил перебраться поближе к природе. Раньше работал на авиазаводе, был инженером. Теперь вот чиню всё подряд: заборы, часы. Если нужна будет помощь — обращайтесь.

Мария улыбнулась, но внутри что-то напряглось. Слишком уж «кстати» появился этот новый сосед.

— Если что, обращайтесь, — повторил он и пошёл к себе.

Мария подумала:
Слишком много совпадений за последние дни.

Позже, покормив Мотю, она присела рядом — собака виляла хвостом, но вдруг насторожилась, подняла уши и тихо зарычала.

Мария подняла голову.

По тропинке шёл тот же Фёдор Ильич.

— Простите, что напугал, — спокойно сказал он и снял кепку.

Мария кивнула, прижимая Мотю.

— А собака вас, похоже, помнит, — заметила она.

Мотя уже не рычала — наоборот, радостно тянулась к нему, словно узнала.

Это насторожило Марию ещё сильнее.

— Видите? — усмехнулся он. — Когда-то я был знаком с Валентиной Георгиевной. Я ведь из этих мест.

Он помолчал, потом добавил:

— Скажу прямо: в доме что-то убрали. Слишком уж чисто стало.

Мария медленно перевела взгляд на него.

— Странно, что вы так уверенно это говорите, — сказала она.

— Не странно, — ответил он. — Я инженер. Привык видеть, где доска лишняя, а где гвоздь не там. И ещё… — он задумался. — Валентина рассказывала мне кое-что о старых делах.

Мария напряглась.

— Что именно? — спросила она максимально нейтрально.

Фёдор посмотрел ей прямо в глаза и тихо сказал:

— У неё был враг. Очень старый враг. И если вы начали копать… он может стать и вашим тоже.