Убийство в поместье Мансекских

Часть 22.

***

У нас было действительно мало прислуги по двум причинам. Первая причина: поганый характер виконта Гэйлорда, о котором складывали страшилки. И я нисколько не преувеличиваю: сама однажды слышала, как экономка Изольда — ответственная за псарню и технические строения —делилась с поварами историями, которыми запугивает своего непослушного сына: "Если кашу есть не будешь, ночью придет виконт и разорвет тебя пополам своими огромными ручищами". Интересный воспитательный момент, однако. А вторая причина заключалась в том, что графиня Аурелия не любила суету вокруг нее. Собственно, у миледи и камеристки не было последние лет десять: ее личная гувернантка уехала в столицу. То ли в поисках лучшей жизни, то ли не выдержала язвительные комментарии от графини и банально сбежала.

В уличном персонале, кстати, было больше работников, чем в том, который работал в поместье. Тринадцать садовников, один дрессировщик, вечно куда-то пропадающий конюх, которого днем с огнем не сыщешь, четверо часовых (впрочем, Рэдманд не сильно ими заинтересовался) и, собственно, все. Несмотря на слова следователя, мне казалось, что допрос не затянется надолго.

Как же я ошибалась…

— Так, Рогард, повтори, где ты был позавчера ночью? — Вкрадчиво спросил Эммер.

Субтильный паренек-садовник, которого мы допрашивали уже полчаса, скосил глаза и надул щеки. Затем почесал голову, будто пытался заставить ее работать быстрее и повторил то, что уже сказал десять минут назад:

— Дык в комнате своей был, спал. Зачем сон откладывать, коли вставать ни свет ни заря?

Это да, рабочие у нас рано встают, территория-то большая. Если честно, я не очень понимаю, что прислуга делает целый день, но, видимо, работа делается, раз миледи Мэриана не жалуется.

Рэдманд кивнул в знак того, что услышал паренька и попросил:

— Рогард, отведи нас туда, где хранится рабочий инвентарь.

Парень медленно и как-то глупо, как рыба, моргнул, но угукнул и жестом попросил идти за ним. Шли недолго, шагах в тридцати от собачьего вольера, который мы по нервной просьбе следователя обошли по широкой дуге, стоял добротный деревянный сарай.

— Днем сарай открыт, а вечером господин Феррон закрывает его на замок, как раз перед выпуском собак.

— Ясно. — Задумчиво произнес следователь. — А где здесь топоры?

Садовник вновь почесал голову, тем самым вызвав у меня невольный смешок, а затем открыл дверь нараспашку и пальцем указал на стену, вдоль которой ютился ряд из десяти плотно стоящих друг к дружке топоров.

Десять одинаковых топоров.

И на что надеялся Эммер, когда просил показать ему сарай?

Проигнорировав мой вопросительный взгляд, Рэдманд подошел к стене и присел на корточки. Я поступила так же и тихо спросила:

— Ищем следы крови?

— Думаю, что убийца отмыл орудие убийства. К тому же думаю, что преступник не круглый дурак и топор не вернул.

Я понятливо кивнула и повернулась к садовнику.

— Рогард, а ты знаешь, сколько у нас всего топоров?

— Не-а, леди Алесса. — Мотнул головой парень. — Но, наверное, знает Палыч. Он этот… как его… завхоз наш, во! — Парень немного покраснел и снова почесал голову.

— Где мы его можем найти?

Рогард встряхнулся и залепетал:

— Я его сам найду и приведу к вам, леди!

— Будь любезен. — Кивнула я и переключила свое внимание на топоры. — Ну что тут у нас?

—Ты ему нравишься. — Сказал Рэдманд.

— Кому? — Удивилась я. — Топору? — И посмотрела на ближайшее ко мне орудие с таким подозрением, будто оно само решило убить мою опекуншу.

Эммер прыснул со смеху, а потом объяснил:

— Не топору, а Рогарду. Вообще, о тебе вся прислуга, которую я успел допросить, отзывается хорошо. Тебя тут любят.

Я засмущалась от его слов и улыбнулась.

— Я прибыла в поместье будучи ребенком, поэтому каждый считал своим долгом заботиться обо мне. А на доброту я всегда отвечала взаимностью. — Немного помолчав, я добавила: — В поместье случалось много скандалов, было много плохих слов и действий, в основном в сторону прислуги. Я всегда старалась переключить всеобщее внимание на что-нибудь хорошее…

— Судя по всему, тебе это удалось. — С нежностью сказал следователь и сразу же сменил тему. — Как мы и думали, ни на одном из топоров следов крови нет. А это значит что? — Эммер выразительно посмотрел на меня, и я поспешила перехватить его мысль:

— А это значит, что нужно узнать, не пропал ли один топор из сарая, затем узнать, кто из слуг мог его взять и обыскать каждого подозреваемого?

Мужчина кивнул и дополнил, что еще нужно поговорить с дрессировщиком.

— Рэдманд, а мы будем допрашивать тех слуг, что выезжали с территории поместья после убийства? Я думаю, это было бы разумным.

Следователь посмотрел на меня с одобрением и сказал:

— Все слуги ведь из Смолстауна? — Я кивнула. — Замечально. Как раз завтра-послезавтра я хотел съездить туда, если челядь не вернется к тому времени.