Убийство в рассрочку

Глава 1. Письмо, которого не было

Россия, середина июля. Маленькая кофейня «To You» на проспекте Ленина.

Сильный и непрекращающийся дождь барабанил по стеклу. Откуда он взялся, сложно было сказать, ведь на небе не было ни единой тучки, способной заранее предупредить людей о скором дожде. Виктория Третьякова сидела за столиком у окна и грела вечно холодные ладони о керамическую кружку с малиновым рафом. Она смотрела на подругу, которая, оживленно и активно жестикулируя говорила без остановки последние двадцать минут.

— ...и ты только представь, он заявил, что букет был собрал и вялых полевых цветов. Что это вообще значит, Вик? Полевых цветов! Была бы моя воля, я бы нахлестала этому утырку пару раз по лицу этим же букетом.

Марта, полная жизнерадостная брюнетка, работала флористом в «Мурмур» и обладала уникальной способностью превращать простые букеты в самое настоящее искусство в виде самодельных веников, которые были не по нраву даже тем, кто не разбирался в цветах и часто брал одну розу в прозрачной оберточной пленке. Обычно Вику это забавляло, но сегодня все ее мысли блуждали в повседневных проблемах. О пустой однокомнатной квартире, за которую она должна была заплатить в ближайшее время, о неоплаченных счетах, о вечной усталости, которая стала ее постоянным спутником после двенадцатичасовых смен.

— Ему следовало бы поблагодарить меня, что я вообще смогла хоть что-то собрать, пока он даже объяснить не мог, какой букет ему был нужен. Стоит ли говорить о том, что он заказывал неделю назад букет своей любовнице, вместо того, чтобы хранить жене верность, — пробормотала она, махнув рукой.

Марта фыркнула в чашку с латте и вдруг замолчала, внимательно вглядываясь в лицо подруги.

— Вик, вот если честно, ты ужасно выглядишь. И я говорю это с любовью, ты же знаешь.

Девушка оставила от себя чашку с рафом и улыбнувшись вздохнула:

— Спасибо за комплимент. Рада, что ты заметила.

— Это не комплимент. Ты бледная, как смерть, и круги под глазами такие, будто ты неделю не спала. Они тебя там вообще кормят? Или ваше руководство до сих пор считает, что персонал питается святым духом и объедками со стола посетителей?

На что Вика лишь отмахнулась, но подруга уже подалась вперед, понизив голос:

— Послушай, я говорю серьезно. Ты все-таки талантливый повар, Вик. Не смей хоронить себя на этой дурацкой должности. Давай я поговорю с моим знакомым шефом и...

— Марта...

— Нет, дай договорить! Ты заслуживаешь большего, чем быть обычным поваром на побегушках у какой-то заноза в заднице, которая заставляет тебя работать без возможности даже сесть. Ты молодая, красивая... ну, была бы красивой, если бы немного поспала... и у тебя руки золотые. Что ты забыла в этой богадельне?

Вика ничего не ответила, глядя как дождь за окном заливал дороги города. Она могла бы ответить честно, что действительно сильно устала до такой степени, что жить не хотелось. Когда ее мама умерла от рака, ей приходилось справляться самой и искать любой способ заработать хотя бы на хлеб с молоком. Пробуя себя в разных отраслях, Вика остановилась на том, что получалось у нее лучше всего. Готовить. И ей казалось, она нашла свое призвание, пока работа не превратилась в рутину, приносящую лишь усталость и желание спать не просыпаясь совсем. Но вместо этого девушка пожала плечами:

— Там спокойно, да и платят неплохо.

— «Неплохо»? — Марта скептически изогнула бровь. — За «неплохо» не снимают старую однокомнатную квартиру в доме доисторических времен без отопления, дорогая моя.

— У меня есть отопление.

— В чайнике не считается.

Вика рассмеялась, а ведь в чем-то Марта и была права. Эта девушка всегда умела пробивать ее броню.

— Ну, сейчас пока что не отопительный сезон, но обещаю подумать над твоим предложением.

— Подумай, подумай. Время пока есть. И я уверена, так станет только лучше! — Марта радостно похлопала в ладоши. Наконец-то ее молитвы были услышаны.

— Вот знаешь, так хочется, чтобы жизнь заиграла новыми красками. Почему у нас все не так, как, например, в книгах Агаты Кристи.

— Ну началось. Опять о книгах. Ты хотя бы чем-то другим интересуешься кроме чтения? — девушка демонстративно закатила глаза.

— Марта, я серьезно. Ты только представь: тайны, расследования, загадочные убийства... как бы было здорово ощутить себя героем Эркюлем Пуаро хотя бы на какое-то время.

— Ага, и отрастить себе причендалы, как он, не позабыв про усики. Знаешь, усики открывает доступ в тру...

— Марта!

Девушка резко засмеялась.

— Да шучу я! Шу-чу. Не принимай близко к сердцу.

— Ладно. Мне, пожалуй, пора. Сегодня должна зайти Людмила Борисовна за деньгами. Надо бы прибраться хотя бы для вида, а то, смотри, и квартиры лишусь, — сказала она, поднимаясь и набрасывая на плечи пиджак.

— Ой, было бы что терять. Вот знаешь, эта женщина мне не нравится. Ее требования схожи с жизнью в монастыре, где запрещено лишний вздох сделать. Да туда и парня лишний раз не проведешь. Везде все видит, — она бросила взгляд на подругу. — Слушай! А ведь действительно. Тебе пора завести роман.

— Только этого мне не хватало! — улыбнулась Вика и, чмокнув подругу в щеку, вышла под дождь на улицу.