Убить белого короля

Глава 14

За время, проведенное на пиратском корабле, Джерри почти освоился со своей новой жизнью. Он работал с самого раннего утра и до поздней ночи, выполняя порой одно и то же бесполезное действие. Ел, когда давали и что давали. Спал, где находил себе место. Молчал, когда его начинали бить или намеренно задирать. Единственное, на что он огрызался и вставал насмерть, это если разговор заходил о его возвращении домой. Сначала пираты, откровенно издевавшиеся над дворянским изнеженным сынком, смеялись над такой его странной реакцией. Считали за последствия шока. Но, вскоре, выяснилось, что паренёк действительно и слышать не желал о своем доме и держится за разбойничий корабль, чуть ли не зубами.

Такого откровенного рвения, и даже исступлённости в работе не ожидал и капитан. Милош всё чаще стал ловить себя на размышлениях о новом матросе. В момент их знакомства, младший брат Пташки не произвел на него серьезного впечатления. Он принял его за очередного богатого домашнего выкормыша, который сдуется и заплачет уже после суток тяжёлой работы. Но, нет. Парень работал, как проклятый - отчаянно, тихо и чуть ли не страстно. Временами, заставляя себя даже немного уважать.

- Огни Стеллы на горизонте. На закате уже будем в порту.

- Хорошо. - Милош неопределённо кивнул старпому, продолжая буравить взглядом согнутую, мокрую от пота спину Джерри, надраивавшего палубу. - Как думаешь, выйдет из него настоящий пират или нет?

- Из него? Хм. - Юст Конти, ходивший старшим помощником на “Изверге” второй год, задумчиво пожевал отросшие усы, почесал лохматую бороду, так и эдак приглядываясь к новенькому. – Да, может и выйдет толк, годика эдак через три-шесть.

- Что-то ты загнул “через шесть”. Пираты столько не живут.

- Мы дык, живём.

- Сравнил лосось со стерлядью! То мы, а то малец из богатых. Не справится, уйдёт к батьке под крылышко. Как есть, уйдёт.

- Братец его не ушёл.

- Времена другие были. Сейчас не то, беспокойнее стало. Того глядишь, война день на день начнётся.

- Да откуда бы войне взяться? - Юст не удержался, крякнул от изумления. - Конфликтики мелкие бывают, это да, но, чтобы война настоящая, так того уже лет триста не было.

- Не было, не было, а вот и тут.

- В море уйдём.

- И море гореть будет.

- Значит, и нам гореть вместе с ним! - Старпом лихо рубанул воздух, как бы пресекая эту тему и высказывая свое однозначное мнение на этот счёт. Капитана это развеселило. Он хлопнул себя по груди руками, почесал за расстегнутым воротом и громко свистнул, привлекая всеобщее внимание. Затем, поймав взгляд большинства задравших головы, зычно прокричал.

- Что, братцы, будем гореть, когда море вспыхнет?!

- Да! - Нестройный хор голосов ответил тут же. Лица многих смотрели с непониманием, но их быстро раскрашивали широкие улыбки. Они ещё не знали, что задумало начальство, но уже предчувствовали азарт и от того веселились.

- А как мы будем гореть?

- Жарко!

- Ярко!

- С неистовств…ствт…

Всеобщий хохот, объял корабль, как пожар. Все тыкали и смеялись над, неудачно высказавшимся, бедолагой, пока тот, красный, как помидор, бросался на окружающих. Один Джерри, ненадолго оторвавшись от работы, присел возле мачты и устало следил за происходящим. С него градом лил пот, он провонял, осунулся от плохой еды и недосыпа, у него болело тело от работы и побоев, но он был счастлив. Впервые за долгое время, просто и незамысловато счастлив. Его пальцы сжимали вонючую солёную тряпку, но он ни за что в жизни не променял бы её на свою, богато обставленную, комнату и целый полк слуг.

Здесь все принимали его таким, каков он есть. Ценили за работу и личные качества, не щадили и не заискивали, не опекали и не церемонились. Вода, море, соленое дерево и воздух, полный брызг, ветра и солнца - всё это стало его личной святыней, а корабль - храмом.

Джеральд Дарнау наконец-то вдохнул полной грудью и почувствовал себя живым. Он закрыл глаза, а когда открыл их, уже смеялся вместе с остальными. Он тоже хотел гореть, когда будет пылать всё море. Он тоже бросится в этот огонь. И будет смеяться. И будет танцевать на углях и хохотать, как сумасшедший. Потому что он такой и есть. Он сошёл с ума, отказавшись от своей прошлой жизни. Сошёл с ума, бросив в море аристократичность и своё сытое, благополучное будущее. Спятил, выбрав вечное безумное горение.

Джеральд Дарнау стал просто Джерри. Джерри, с пиратского корабля. Джерри, который стал свободен. Джерри, всё более и более ступающий по пути своего старшего брата.

Когда Огни Стеллы остались позади, и корабль, снизив скорость, аккуратно подходил к порту, капитан, собрал всю команду на палубе. Солнце село и ночные сумерки быстро опускались на море. Вода в нём потемнела и загустела, сделавшись чёрной, и вроде, даже маслянистой. Ветер умер и медленно разлагался, тыча в нос сильный запах соли и йода. Джерри, неразлучный со шваброй, встал в общий ряд. Лица всех выражали одинаковое напряженное, сосредоточенное внимание. Они явно знали, что скажет капитан, но всё равно, с тревогой ожидали его слов.

- Хочу сказать вот, что: через полчаса мы зайдем в порт Гастеллы, на землю вампиров. Почти все из вас бывали здесь и знают общие правила. Но, у нас есть новенькие, да и просто хочу ещё раз напомнить. Итак, братцы, самое главное, самое наипервейшее правило?