Убить белого короля

Глава 16

Войдя в противостояние с морской стихией, Фрей не надеялся победить. Он упрямо плыл вперёд просто потому, что не мог сдаться. Сама мысль о принятии существующего положения вещей, выводила его из себя. Он ритмично грёб и думал, думал, думал, игнорируя холод, жажду и усталость. Его топили волны, истязал ветер, сжигало солнце, но он молчал и ни на миг не прекращал своего движения. Решимость и злость, поселившиеся на дне его красных глаз, придавали сил и удерживали на плаву.

Трижды небо надевало сумеречные покровы, прежде чем Фрейнгард Остролистый выбрался на противоположный берег. Истощенный, он рухнул на песок, одолев всего три шага. Море, покорившееся чужой несгибаемой воле, преданно целовало ноги своему принцу тёплым, ласковым прибоем. Длинные, белые волосы кротко перебирал пальцами присмиревший ветер. Природа замерла в подобострастии. Единственное живое существо не замечало развернувшегося любовного служения - человек, бесцельно и шатко бредущий по пустынному, ночному берегу. Он обнаружил лежащего в бессознании эльфа, только споткнувшись об него в темноте.

- Эт-то, что тут такое? - Норберт Кош-Ваенский, представительный в прошлом мужчина, активно лысеющий и слабый к алкоголю, испуганно обошёл неподвижное тело и пару раз стукнул его туфлей. Тело слабо застонало в ответ. Норберт охнул, едва не выронил недопитую бутылку и засуетился: за две попытки оттащил утопленника подальше от воды, упал на карачки слушать дыхание, пригляделся к бледному лицу. Тот, кого он в первый момент принял за девушку, оказался парнем. Тонкие, женственные черты лица и длинные волосы легко вводили в заблуждение, но на этом сходство, впрочем, заканчивалось.

- Эй, паренёк! Ты живой там? Эй! - Он снова наклонился и прокричал ему прямо в лицо, хлопнул пару раз по щекам. – Да, вродь, дышит, значится, живой, стало быть. Ладно, отдыхай тут, ночь тёплая, авось, не замерзнешь. - Норберт поднялся, отряхнул, запачкавшиеся песком, светлые штаны, поискал глазами бутылку. Наконец, обнаружил её в своей руке и успокоился. Сделал один длинный глоток, вытряс остатки, вытер рот, громко икнул и упал на песок.

- Ой… полежу, наверное, с тобой. Устал. - Он перевернулся на бок, свернулся калачиком и удобно расположив голову на вытянутой руке парня, очень скоро захрапел.

Проснулся Фрей поздно. Солнце успело подняться над горизонтом и его лучи, пока что стеснительно, но целеустремленно жалили нежную кожу. Он недовольно сморщился и перевернулся на бок, закрываясь от прямого света. Тело ныло от усталости и перегрузки, желудок сводило от голода, а жажда кристаллизовалась в навязчивую идею, но Фрей оставался непоколебим. Он спокойно и внимательно осматривал место своего нахождения, разожженный костер и незнакомого человека, возящегося с дровами. Человек сидел к нему спиной, тихо насвистывая под нос песенку. Затем, он встал, обошёл костровище, несколько подозрительно, и даже придирчиво его разглядывая. И, лишь спустя минуты три подобного анализа, наконец, заметил пробуждение своего случайного соседа.

- О! Парниша! Очнулся, стало быть? Это хорошо, хорошо. Вот, костёр развёл, думал ещё еды достать, так сказать, завтраком разжиться, да деньги все прокутил. А задаром мне кто даст? Пришлось в огороды лезть, капусты нарвал с морковкой. Ещё семки из подсолнуха натряс. Они, конечно, жареные лучше, но и сырые с голодухи в самый раз. А ты, чего это вчера? Ну, это самое, топиться что ли ходил? Я тоже ходил, но у меня ничего не вышло. Трус я. А ты, ничего, упорный, раз почти справился. - Тут он умолк, словно вспомнив о чём-то, сконфуженно потёр крупный припухший нос. Поправил мятый, с оторванной пуговицей, воротник рубахи, пригладил редкие на макушке волосы.

Фрей ничего не ответил на столь странный приветственный монолог. Приподнялся, с трудом принимая вертикальное положение, голова немного кружилась.

- Воды.

Мужчина, точно только этого и ждавший, радостно привскочил и заметался.

- Воды! Да, да, это можно! Это конечно. По себе знаю, если с утреца чего-нибудь не выпить, то так оно, стало быть, и не дожить можно. Куда это я опять бутылку дел? Здесь же была. А, вот! На, пей, дружище. Не смотри, что пахнет, зато внутри чистый родник! Неподалёку нашёл, два раза уже набирать бегал.

Фрей осторожно принял, подозрительно выглядящий и пахнущий, сосуд. На пару секунд замер в нерешительности, но стучащая в висках мысль о близком насыщении, пересилила брезгливость. Он сделал маленький глоток, потом ещё один и ещё побольше, на время забыв обо всём на свете. Жадно пил, присосавшись к грязному стеклу и никогда не чувствовал себя счастливее. Сама жизнь текла к нему в горло, наполняя эйфорией и энергией. Только выпив всё, он понял, как близко подошел к самому краю саморазрушения. Не позаботься о нём этот смешной человек и он мог бы, и не дожить до исполнения своих амбициозных планов.

Он вернул пустую бутылку.

- Спасибо.

- Это конечно, пожалуйста, да. - Мужичок лебезил и глуповато улыбался, вероятно и сам не понимая зачем он, собственно, так себя ведёт. Фрей не стал вникать в подробности чужой жизни. Промолчал, ища глазами вышеуказанные овощи. Не нашёл, пришлось спрашивать.

- Где еда?

- Еда? А! Ты про капусточку? Проголодался, да? Бедняжка, сложно, наверное, топиться, сколько сил отнимает. Сейчас, сейчас, я в сумку затолкал, чтоб нести удобнее было. Вот, держи, помой только, грязновата немного. Каюсь, ронял по дороге, убегать пришлось. Да, ты ешь, ешь, я не буду, в саду успел яблок наесться. И морковку бери, в ней знаешь сколько витаминов? Тебе полезно будет. Вон какой бледный и синяков много. Болеешь, да?