Убить Сердце Мира

Глава 34.

— Доказательство номер двадцать восемь: паучья игла! — объявил мужчина в чёрном мундире с противоположного балкона.

Услышав знакомый термин, дремавшая девушка тряхнула головой и мгновенно пришла в себя, но тут же пожалела об этом. Специалисты, расположившиеся внизу, вдоль левой стены, тут же начали объяснять принцип работы этого инструмента. Кейлани хотела зажать уши руками, но разве можно было это сделать на глазах сотен людей в суде. Нет, надо было держать образ.

Она опустила взгляд на человека, сидевшего перед ней. Он не шевелился и даже, казалось, не дышал. Единственное, что свидетельствовало о том, что он всё ещё жив — это ритм, который отбивали его пальцы по подлокотнику кресла. И, судя по их скорости, ему тоже совершенно не нравилось слушать данную информацию. Девушка с трудом подавила зевок и снова начала проваливаться в сон. За те шесть часов, что она провела на этом месте, любой научился бы спать стоя. И зачем вообще так затягивать судебный процесс?

«Просто за тонной сложных объяснений и бессмысленных слов правду и ложь скрыть проще, — пояснил ей утром Растус, когда сообщил, сколько в среднем длится подобное мероприятие. — Не волнуйся. Ты привыкнешь.»

Тогда Кейлани чуть не взвыла от отчаяния. Привыкать к подобному совершенно не хотелось.

Слегка покачиваясь в полудрёме, девушка в какой-то момент потеряла контроль и чуть не упала. Проснувшись в последнюю секунду, она излишне громко топнула ногой, сохраняя равновесие. К счастью, этого не заметил никто, кроме тех, кто присутствовал на этом же балконе. Фигура впереди чуть повернулась и одарила Кейлани строгим сердитым взглядом. Девушка, не ожидавшая подобного, нервно сглотнула и стыдливо втянула голову в плечи. Его зрачки опасно сузились, а зелёные глаза угрожающе сверкнули. Затем он отвернулся.

Кейлани еле подавила нервный смешок. Командирские замашки Валенса и раньше давали о себе знать (хоть и не очень часто), но у неё и в мыслях не было, что он когда-нибудь на неё так посмотрит.

«Надо же, как он умеет,» — мелькнула в голове мысль, порождённая ужасом и восхищением одновременно.

Валенс слегка наклонил голову, подпирая щёку кулаком. Его корона, словно приклеенная, не сдвинулась с места, а вот слегка небрежная коса дразняще качнулась. У Кейлани зачесались руки.

«С другой стороны, он сидит, а мы стоим! — возмутился внутренний голос. — Дёрни его за волосы, чтобы жизнь мёдом не казалась!»

Девушка мотнула головой, отгоняя навязчивую мысль. Она действительно могла это сделать, но останавливало то, что с недавних пор он мог её уволить. И это был бы самый обидный исход из всех возможных.

Чтобы отвлечься, она пробежалась глазами по скамье свидетелей, в поисках маленькой знакомой фигурки. Размари сильно выделялась из толпы. В отличие от других неподвижных людей, она болтала ногами, крутила головой и иногда помахивала старшей сестре рукой. Окружающие иногда окидывали её неодобрительным взглядом, но она их словно не замечала. Неудивительно, ведь после пробуждения Кейлани, Размари, наконец осознав, что свободна от своей прозрачной клетки, находилась в состоянии эйфории. Перед присяжными она, чуть не плача, рассказала слезливую историю о том, что всю свою жизнь была заперта в пузыре, а потому просто не могла разгуливать по замку и красть эриний у других Стражей. А это означало, что кто-то достаточно могущественный, но неосведомлённый о недуге девочки, принял её облик и пытался её подставить.

Впрочем, вернувшись на своё место, Размари снова стала счастливой и беззаботной. Оставалось надеяться, что такая перемена в настроении никого не смутила.

Девочка заметила, что сестра на неё смотрит и снова помахала рукой. Пытаясь оставаться незамеченной, Кейлани подняла вверх ладошку. Её безобидного жеста действительно почти никто не увидел. Никто, кроме Валенса, который снова одарил её сердитым взглядом. Девушка мгновенно встала столбиком и решила больше не испытывать судьбу. Достал! Глаза у него, что ли, на затылке? Она покосилась налево. Растус, стоявший в той стороне, сочувствующе ей улыбнулся. Ну хоть кто-то вошёл в положение.

«Кей, я смотрю на этого мужчину в чёрном мундире, и знаешь, чего хочу?» — услышала она голос сестры в своей голове.

«Отстань, Розочка! Мне из-за тебя сейчас ещё сильнее попадёт!» — отмахнулась Кейлани.

«Хочу картошки в мундире! Её ты точно умеешь готовить!»

«Размари!»

Девушка хотела зажать рот рукой, чтобы скрыть прорывающийся наружу смех, но побоялась поднять ладонь. Осталось только задержать дыхание и мысленно считать до десяти.

«Удивлена, что ты так недовольна. А ведь первые полтора часа ты смотрела на Валенса в королевских одеяниях, как на торт!» — продолжила добивать девочка.

«Только ты могла с того места разглядеть нечто подобное!» — возмутилась Кейлани, с трудом сохранявшая спокойствие.

«Ой, такой взгляд не грех разглядеть и с другого конца города,» — издевательски парировала Размари.

— Суд признаёт обвиняемых Меральду Дантес и Вифиртаса Дантес виновными в похищении эриния, убийстве подозреваемых по делу сектантов-подражателей и убийстве королевы Венеры, — наконец начал подводить итоги мужчина, которого про себя Кейлани уже окрестила «картофелем в мундире».

Девушка глубоко и облегчённо вздохнула: этот кошмар наконец заканчивался.

«Ну твой пёс и накуролесил, — не унималась Размари. — Плохо ты за ним следила!»

«Прошу тебя, заткнись!»

— С учётом всех предоставленных доказательств и обстоятельств дела, суд выносит следующий приговор: пожизненное лишение свободы и ссылка в крепость «Забытая долина».

Кейлани едва подавила возглас изумления. Если память её не подводила, речь шла о бывшей деревне Арвэн — родине Валенса. Но разве там раньше была тюрьма?

— Меральда Дантес, вы согласны с приговором? — спросил «картофель в мундире», словно ответ женщины на что-то влиял.

Та была спокойна, как море в безветренную погоду. Белая Вдова сидела на стуле, элегантно закинув ногу на ногу со своим неизменным выражением лица. Складывалось ощущение, что это не ей выносят приговор, а она кому-то...