Дом бабушки Бану всегда завораживал своей деревенской простотой. Запахи свежеиспеченного хлеба и парного молока часто будили Лейсан и Гульназ в далеком и прекрасном детстве. Но сегодня в доме у бабушки не пахло хлебом. И больше никогда не будет. Бабушки Бану не стало. Она умерла.
Девочки вышли из дома, не выдерживая гнетущего уныния и духоты. Но и на улице лучше не было. Летнее августовское солнце скрылось за черными тучами и, казалось, само небо оплакивало утрату.
— Сходим в лес, нарвем еловых веток для окуривания, — предложила Гульназ, старшая из девочек.
Отцы девочек были родными братьями. Сами девочки жили и росли в разных городах, но каждое лето проводили вместе у бабушки в деревне. Сестры были уже взрослые: Гульназ перешла в восьмой класс, Лейсан — в пятый.
Деревня была окружена лесистыми горами, вдоль которых текла древняя река. Поэтому девочки быстро дошли до леса — стоило лишь сделать пару шагов.
Девочки постепенно углубились в лес, собирая еловые ветки. Лейсан запихнула в карман трутовик для будущих поделок. Она тянулась за вторым таким, когда её внимание привлёк пушистый звёрек, спрятавшийся за кронами деревьев. Подойдя ближе, девочка узнала в нём котёнка, которого они потеряли в начале лета.
Бабушка нашла подкидыша перед своей калиткой и подобрала к себе. Девочки были безумно рады новому питомцу, и сильно расстроились, обнаружив пропажу.
— Муся?! Это же наша Муся! — завизжала Лейсан.
Сбросив ветки, она побежала к пропавшему питомцу. Котенок, на удивление, не испугался звонкого крика, а наоборот, вышел на встречу.
Гульназ, отлучившаяся вдаль, подошла поближе, не веря своим глазам. Её глаза, не успевшие высохнуть от слёз, заблестели. Котенок внимательно смотрел на неё, будто хищник на добычу. Девочке стало не по себе от подобных мыслей, и она обратилась к сестрёнке:
— Прошло много времени. Ты уверена, что это она?
Лейсан взяла котёнка на руки. Даже если это не их Муся, она всё равно бы его не оставила.
— Неважно. Теперь она Муся, — серьезно проговорила Лейсан.
Гульназ не стала спорить. Хоть ей и не нравилось, что котенок на неё смотрит, будто собирается съесть её печень. Девочка взъерошилась от пристального взгляда. Не нравился ей этот котенок.
Девочки шли дальше. Только ветки теперь собирала только Гульназ, потому что Лейсан несла котенка.
— Бабушка будет тонуть, если ты продолжишь плакать, — сказала Лейсан, поравнявшись с сестрой.
— Я и не плачу, — прошмыгнула та в ответ.
— Я боюсь, — неожиданно выпалила Лейсан.
— Чего?
— Помнишь, бабушка рассказывала о плаксивой девочке, которую заманила убырлы ҡарсыҡ, демон, обитающий в лесах?
По телу старшей девочки прошлась волна мурашек. Сердце пустилось галопом, готовое выпрыгнуть из груди. Ей и без того было плохо, и потому уставшее сознание быстро поддалось панике. Гульназ не понимала причину, ведь она не верит в эти сказки. Тогда почему котенок всё ещё смотрит на неё?
Гульназ повернулась назад и предложила вернуться домой. И только сейчас заметила, что Лейсан нет рядом. И котенка нет. И лес казался незнакомым. Она не знала, где она оказалась и куда идти.
В сумерках густой лес окунулся в беспросветный мрак, устрашая юную гостью. Лейсан не помнила, в какой момент котёнок выпрыгнул из её рук и она побежала за ним. Всё произошло так быстро. Сначала она и не заметила, как заблудилась, но с каждым шагом всё глубже погружалась в непроглядную чащу. Ветви деревьев скреблись о её одежду, словно чьи-то холодные пальцы, тянулись к ней. Слышались странные звуки: уханье сов, шелест листвы и шорох невидимых существ, от которых замирало дыхание. Сердце Лейсан бешено колотилось, но она продолжила идти вперед, надеясь найти своего питомца.
Её ноги устали, и она почти не чувствовала их, когда вдруг перед ней, словно из ниоткуда, возникла старая покосившаяся хижина. О таких домах ходили жуткие истории, и девочка попятилась назад, вспоминая старые легенды о демоне лесной чащи. Сердце стремясь выпрыгнуть из груди, заколотилось в горле, в висках.
Крыша и стены дома обросли мхом, а окна были затянуты паутиной, напоминая глазницы черепа.
На пороге дома что-то мяукнуло, подзывая свою гостью.
— Муся? — Девочка несмело сделала шаг в сторону сбежавшего питомца.
Девочку охватило странное, почти осязаемое чувство зловещего присутствия. Внутри хижины что-то тихо скрипело и шуршало, как будто кто-то невидимый ходил по полу, но девочка не видела ни одной живой души. Даже котенка. На миг ей показалось, что она видит тень, мелькнувшую за грязным стеклом. Страх сковал её горло и она не могла издать ни звука.
Собрав всю свою храбрость, Лейсан подошла к двери. Деваться было некуда. Её рука дрожала, когда она постучала. Тишина ответила ей. Но затем, медленно, с протяжным скрипом дверь приоткрылась.
Внутри было темно. До ноздрей дошел запах трав и чего-то горького. Инстинкты кричали девочке, что нужно бежать прочь и без оглядки, но любопытство и отчаяние удерживали её на месте. В дальнем углу что-то зашевелилось, словно приглашая гостью войти.