Ученица Колдуна

Глава 11

К вечеру на горизонте показался город. Его свет казался ярче ярмарки в Аглограде, хотя никакого праздника не намечалось. Крепость была возведёна на горе и даже издалека можно было заметить дворец, с украшенными золотом крышами, в самой её вершине. А высокие, белые, каменные, отражающие закатный свет, стены, не давали сомневаться, путники подъезжали к Пламнеграду — столице Тёмного Пламени.

Вацлав сказал девушке, сидя в кабине:

— Почти приехали.

Томила прищурилась, смотря в окно, и спросила:

— Я слышала рассказы о чёрной крепости, — а после прикусила губу, решив, что сболтнула лишнего. Ведь кто знает, быть может это было народное прозвище царских покоев.

Опричник задумался и ответил:

— Правда? А, да, я и забыл совсем, здания и стены раньше и правда были из чёрного кирпича, но, кажется, лет пять назад их перекрасили в белый. Ведамир сказал, что от этого будет не так жарко. Он оказался прав. Царю пришлось признать, что комфорт иногда должен стоять выше традиций, правда до остальных он свой приказ не донёс и нам приходится парится в чёрной колымаге.

Сам же он сидит среди прохладно белых стен, — подумала девушка.

Колымага неожиданно остановилась в тени деревьев, у подножия горы, не доехав до парадного входа. Вацлав вышел, а вместо него внутрь торопливо сел колдун. Лошади снова тронулись.

— Повторим ещё раз, — начал Ведамир и стал искать что-то в кожаной сумке, — ты ничего не знаешь. Просто защищалась.

— Попала по голове, он упал. Я не убегала, — спокойно продолжила Тома, скрывая своё волнение. Мужчина же своих переживаний не прятал, и его привычно длинная речь стала прерывистой и короткой.

Из сумки показались металлические кандалы. Они выглядели совершенно другими по сравнению с ржавыми черноозёрскими цепями. Новые, лёгкие, из более светлого металла, они блестели на свету заходящего солнца.

— Это формальность. По-другому нельзя. Пока твоё положение не закреплено на бумаге, ты — арестантка. Вытяни руки.

Томила послушно, хоть и без особого желания, протянула ему запястья, мужчина аккуратно застегнул браслеты на небольшие навесные замки. Ювелирная работа. Девушка подумала про себя, что всё это время цепи могли быть на ней. Но Ведамир ни разу не прибегнул к ним. Он повесил ключ себе на шею и предупредил:

— Когда тебя будут... будет допрашивать охотница, не упоминаний ничего лишнего. Никаких подробностей, если она не спросит. Просто отвечай чётко и по делу.

— Хорошо, — ответила Тома и сглотнула.

— Никакого света не было. Я дал тебе камень — тебе стало дурно.

— Поняла.

— И ещё кое-что, — колдун сделал паузу и посмотрел в окно, было слышно, как трудно ему дышалось.

Томила не встречала более спокойных людей чем Ведамир и его волнение пугало. Она не понимала, почему они начали этот разговор так поздно, хотя она проявляла инициативу. Казалось он специально оттягивал до тех пор, когда время уже стало их поджимать. Мужчина сказал:

— Тебя никогда не было в Нижнем Черноустье.

— Что? — только и смогла ответить на это девушка.

— Никто не поедет проверять бумаги, назови настоящие имена, но скажи, что родители жили в Черноозере.

Колымага покачивалась, тяжело и медленно поднимаясь в горку. Тома застыла в ужасе. Тайна прошлого, которую она почти стёрла из своей памяти, события, в которые она уже с трудом верила, болью отозвались в груди.

Родители так и не приехавшие за своей дочерью, жители деревни, которых постигла неизвестная судьба оказались такими же реальными как и её магия. Лживые обещания отца. Всё это действительно происходило с ней, ведь был ещё один человек, кто молчал о том же.

— Ты..., — с трудом вымолвила девушка, задыхаясь. — Ты зна..., — попыталась она снова, но содержимое желудка резко начало подступать к горлу. Томила схватилась за ручку двери, Ведамир крикнул остановиться. Вацлав едва успел притормозить, как Тома вывалилась наружу.

Её тошнило, по телу била холодная дрожь, из глаз капали слёзы, вокруг сгустилась неосязаемая, но ощутимая опасность. Впервые за годы Томила снова оказалась так близко к той реальности, которую отрицала, и та давила ей на грудь, выталкивая воздух.

Девушке ужасно захотелось домой, но она не знала куда именно.

К Томе кто-то подошёл, она не видела стражника, она даже не обратила внимания на незнакомую поступь. Раздались голоса, которые колдунья с трудом улавливала среди всхлипов и воя, которые сама издавала.

— Здравия желаю, — обратился незнакомец к Вацлаву, отдавая честь в лёгком поклоне. Его голос звучал неприветливо.

Ведамир, нехотя, поклонился стражнику и протянул грамоты:

— Добрый вечер. Мы везём колдунью—арестантку верховной охотнице.

— Боюсь ей сейчас не до вас. Езжайте прямо во дворец. Лучше поторопиться. Его величество желает видеть верховного колдуна, — ответил незнакомец, перебирая бумаги, а затем вернул их Ведамиру.

Томила с трудом подняла грудь, чтобы сесть. Казалось, что кто-то сменил её кости и органы на песок, мышцы свело, а тело ужасно потяжелело. Девушка ревела, погрузив руки в жухлую траву. Вацлав силой поднял её и усадил обратно в кабину. Она не сопротивлялась. Просто не могла.