Ученица Колдуна

Глава 16

Следующие утро выдалось таким же безоблачным, как и предыдущие. Обычно дожди приходили все разом, обильно, их приносили серпень(1) и вересень(2).

За завтраком Томила раздумывала над своим побегом, если она всё ещё хотела этого, то сделать это следовало после сезона дождей и перед наступлением зимы. Было время подумать и подумать было над чем, ведь дело осложняли колдовские обязательства и ограничения.

С рассветом охотники привели к Томе хозяина дома. Не успела девушка обрадоваться и расспросить о его самочувствии, о положении Вацлава, как Ведамир ошарашил её пренеприятнейшим известием:

— Нужно поставить клеймо.

— Что? — оцепенев, спросила девушка и невольно разжала пальцы.

Кружка с травяным чаем в её руке наровила перевернуться, но опомнившись Томила рефлекторно придержала наклонившийся край другой рукой.

— Это... очень больно, — предупредил учитель со всей искренностью.

— Это обязательно? — с наивной надеждой, уточнила колдунья.

— К сожалению, да.

— Прямо сейчас? — не унималась она.

Девушка хаотично перебирала варианты, при которых она могла бы избежать этого. С ведьмовским клеймом куда сложнее скрыться. Буквально каждый, кто увидел бы её лицо, и не увидел хозяина рядом, знал бы, что девушка являлась беглянка.

— Ступайте за мной, — сказал Ведамир, покосившись в сторону Креслава, и направился к главным воротам, где их ожидала неповоротливая колымага с знакомым и уже приевшимся Томиле синим гербом на чёрном фоне. Рядом стояли и другие: большие, белоснежные, украшенные золотом. Смотря на них, девушка понимала, что садилась в ту самую колымагу, на которой приехала из Алгограда, однако лошадей слуги запрягли других.

Один из дворцовых охотников обменялся парой фраз и рукопожатием с Креславом, а после отправился к иным обязанностям, второй занял место кучера. Ведамир показал опричникам у ворот несколько грамот, они спросили причину выезда и нехотя отпустили.

Положение верховного было едва выше положения Томы, однако он не передвигался по городу пешим ходом, это удивляло девушку, но не Креслава, потому она решила не задавать лишних вопросов, боясь снова показаться глупой. Возможно если бы не компания охотника с его неоднозначным отношением, Томила вела бы более уверенную беседу.

— Я не смогу покидать двор? — тихо спросила она.

— Без повода, нет, — спокойно ответил Ведамир.

— Конечно нет, — одновременно с ним ответил Креслав.

— Я думала, что с сопровождением, могла бы посмотреть город.

Охотник усмехнулся, но это звучало не так, словно он делал это намеренно, чтобы задеть, а так будто девушка сказала наинаивнейшую глупость.

— Мы можем сделать небольшой крюк, — подбодрил колдун и посмотрел прямо в глаза Креслава, сидящего рядом с ним.

Стражник ответил и взглядом и словом. Губы его говорили:

— Почему бы и нет.

А глаза предупреждали: "Ты зазнаёшься."

— Красиво, — сказала Томила, разряжая обстановку, и повернулась к окну.

Солнечные лучи нагрели душную кабину. Дворец медленно исчезал вдали. Каменная дорога петляла вниз между улиц с такими же каменными домами, скамьями и статуями, на лицах которых навечно застыли улыбки.

Серые улицы раскрашивали лишь яркие наряды людей за стеклом. Те, что принадлежали более высокому сословию были одеты куда изысканней и дороже, чем те, что жили ниже, за ещё одной стеной, которую уже охраняли дружинники.

Одежда знати была многослойной даже в жестокую летнюю жару, мода не успевала за изменениями климата. Потому дам редко можно было встретить на улице, они предпочитали быстро передвигаться на каретах, но те, редкие женщины, что любили прогуляться пешком, прятались под громоздким зонтом, придерживаемым аж двумя слугами, следующими за ними.

В этом районе Тома впервые увидела слуг-колдуний за работой. Хрупкая маленькая девочка, совсем крошка, с лёгкостью вырывала с корнем пожухлые цветы из клумбы. Казалось бы, обычное дело, при чём здесь магия? Но девушка знала, как тяжело работать в засушливом поле, когда земля твердеет, превращаясь в камень. А этот ребёнок словно не прилагал никаких усилий, и более того, торопился, подгоняемый служанкой постарше.

Колымага остановилась, стражник в лёгких кожаных доспехах сам подошёл к двери, открыл её и вежливо спросил причину их выезда.

Томила привстала, чтобы лучше разглядеть девочку, юная колдунья приложила почерневшие ладони к клумбе и та, словно живая, начала двигаться волнами, а после бурлить, становясь рыхлой и мягкой. Служанка остановилась, добившись нужного результата, собрала растения в свой и без того уже грязный фартук, и бегло скрылась из виду.

Убедившись, что в кабине нет лишних пассажиров, дружинник дал своё добро и колымага поехала дальше.

Девушка с грустью выдохнула, когда пейзаж за воротами сменился на более привычный. Редкие каменные сооружения обставляли десятки деревянных, а вместо садов и фонтанов располагались торговые прилавки. У охотничьих казарм их транспорт остановился в последний раз.

Когда мужчины последовали внутрь, Тома медлила. Слишком свежи ещё были болезненные воспоминания.