Ученица Колдуна

Глава 17

Следующим утром в гости пожаловала тётушка, служащая при дворе лекарем. Она поменяла Томиле повязки и с некоторым беспокойством отметила поразительную скорость её восстановления.

— Как на собаке, — отшутилась колдунья. — Мне об этом уже говорили.

Неужели присутствия охотника недостаточно? — мысленно спросила себя она, посматривая на руки лекарки. На них было много старых маленьких и бледных шрамов, но ни одного, похожего на порезы Томы.

Не уняв всех своих подозрений, женщина наказала девушке прибраться, после чего сразу же чихнула от летающей в воздухе пыли.

— Не сиди без дела, вечером проверю — возмутилась лекарка, после недобро поглядела на Креслава и молча вышла, не решившись заявить ему о том же.

Работой охотников было поддержание порядка между теми кто владел магией и теми кому это было недоступно, но для людей простых, они были лишь лентяями, сидящими на шее народа, который в это время обеспечивал государство едой, питьём и крышей над головой.

Мужчина же считал, что его бездействие верный признак того, что он прекрасно выполнял свою работу, потому он мог лишь посмеяться в ответ, наслаждаясь безмятежностью.

Томила подумала, что от чистых полов Ведамир не разозлиться. Да и сама она чувствовала себя некомфортно от бездействия, уже давно привыкнув, каждый день своей жизни упорно трудиться. Однако не прекращающаяся боль была ей в новинку, она забирала все оставшиеся силы и отталкивала от работы.

Отыскав ведро, девушка отправилась к ближайшему колодцу. В этот раз Креслав сам вызвался помочь, но лишь поднять и отнести тяжёлое ведро в дом, а после заменить помутневшую воду. В остальном же он оставался осторожным наблюдателем, держа с ведьмой дистанцию.

К полудню во дворец с помощницами прибыла портниха. Она заглянула и к Томе, сняв мерки для ученической формы.

К трём часам дня, не торопясь и с перерывами, Томила добралась до печи, к вечеру собрала и вымыла лишнюю грязную посуду. Тогда то всё это и заметил Ведамир. На его лице играли нотки как стыда, так и раздражения.

— Я лишь слегка прибралась. Всё на тех же местах, — с трудом сказала она, стараясь не размыкать губы слишком сильно. Каждое слово и эмоция на лице сопровождались неприятными болевыми ощущениями.

— Должно быть, здесь было совсем неуютно. Моя вина. Я боялся, что служанки перепутают что-то в записях, — объяснился колдун, передавая девушке униформу и сапоги. — Примерь, пожалуйста. Остальное я разберу сам.

Тома кивнула и сразу же поднялась в спальню, чтобы оценить работу портнихи. Форма была самой простой, именно такой, какой девушка себе и представляла. Лишь льняная рубаха, штаны и пояс полностью чёрные и без каких-либо узоров, слегка больше чем нужно, возможно, чтобы надевать их поверх другой одежды, а быть может потому, что размер ей просто не подходил. Изготовить даже такую простую униформу за пару часов невозможно, и было очевидно, что она принадлежала кому-то другому, но прекрасно сохранилась. Томила предположила, что портниха всё же приложила руку в форме, слегка ушив её, но не настолько, чтобы сократить список претендентов на неё в будущем.

Ткань была жестковатой и плотной, но холодила кожу и хорошо пропускала воздух. Сапоги оказались очень велики, а также были потёртыми и поношенными. Девушке стало дурно от размышлений об их предыдущем владельце. В деревнях обмен вещами был обыденным делом, и с самого раннего детства Тома носила вещи, которые кто-то носил до неё, но то были дети, которые просто выросли, а в стенах Пламнеграда такие сапоги носили лишь воины.

Пока Вакей и Креслав отвлеклись, что-то обсуждая, Тома незаметно подошла к Ведамиру, перебирающему книги, чтобы начать разговор, но не успела ничего сказать, как он определи её шепнув:

— Пока не заживёт, держись рядом с охотником.

Девушка почувствовала в его дыхании горький запах скошенный травы вперемешку с очень знакомым сладковатым или скорее медовым ароматом. Это не было похоже на обычный травяной чай. Она давно заметила, что напиток, который колдун пил, пока они были в дороге всегда отличался от того, что заваривал Вацлав. Ведамир не ложился без него спать. Томила поняла, что мужчина давно боролся с мучающей его бессонницей, но каждый раз ей проигрывал.

Колдунья ответила с раздражением:

— От него нельзя отойти, он везде со мной.

— К сожалению, таковы правила. Мы с Добромилом... потеряли некоторое доверие, — с грустью ответил верховный, склонившись над исписанными листами пергамента.

— У меня остались вопросы, — сказала Тома, подойдя совсем близко.

— Ты сможешь их задать.

— Когда?

— Терпение. У тебя есть время на то, чтобы отдохнуть и восстановиться. Не забывай об утренних тренировках. Когда раны затянутся, мы начнём первое занятие, — ответил колдун уже громче, привычным голосом и выпрямился.

— Чем мне заниматься всё это время? — спросила девушка, сделав шаг назад.

— Ты выглядишь уставшей, я бы рекомендовал хорошенько выспаться сегодня.

— Я ещё не хочу спать. Могу чем-нибудь помочь? — с надеждой предложила Томила.

Она искренне хотела провести с ним больше времени, побыть в уже знакомой компании, как можно дольше, избегая напряженной тишины наедине с охотником.