Ученица Кощея

Глава 1. Возвращение домой

- Теперь придётся отменить праздничные проводины, - спокойно говорила Василиса Мелентьевна, начальница школы для родовитых девиц, прохаживаясь передо мной. - Княжну Любицу, девиц Заряну и Боянку увезли во врачебные палаты. У них гнойная сыпь, и никто не знает, как от неё избавиться. Сначала даже хотели закрыть город, подозревали чуму. Но мы с волхвом Всевидом отговорили городского посадника, попросили сохранить всё в тайне, и сегодня ты отправишься домой.

Я сидела на лавке, хмурясь и сгорбившись. Повязка снова красовалась на моём левом глазу, но я всё равно не поднимала голову и следила взглядом за сафьяновыми сапожками, расшитыми жемчугом, которые пошагивали вместе со своей хозяйкой туда-сюда.

В главной горнице мы с Василисой Мелентьевной находились один на один. Вернее, одна на одну. Начальница школы вызвала меня для разговора, и в то утро, когда полагалось веселиться, празднуя окончание учёбы, учениц спешно собирали в дорогу, а меня привели уже с собранным сундучком.

В сундучке лежали чистые рубашки из тонкого льна, гребень, игольник с шильцем, пяльцы, и кулёчек мятных пряников. Пряники купили к празднику, но попробовать их за общим столом никому не удалось, поэтому сладости раздали ученицам – чтобы было чем потешиться по пути домой.

- Сколько будут лечиться твои подруги, неизвестно, - продолжала Василиса Мелентьевна, - но я так понимаю, ты смотрела на них недолго? Сыпь должна скоро пройти? Через несколько дней за княжной Любицей приедет отец, она замуж выходит, её жених уже ждёт, а тут такая досада…

- Скорее всего, через пару дней пройдёт, - не слишком уверенно пообещала я.

- Это хорошо, - вышитые сапожки остановились передо мной, и мне волей-неволей пришлось поднять голову.

Начальница смотрела на меня сверху вниз, но вовсе не строго, а наоборот – с доброй жалостью, почти ласково. Я немного воспряла. Значит, наказывать не будут.

- Ты же знаешь, что написали волхвы из вашего города в сопроводительной грамоте? – спросила она. – Когда тебя прислали сюда десять лет назад?

- Знаю, - опять понурилась я.

- Волхвы сказали, что у тебя лихой глаз, Горислава. За десять лет мы уже убедились, что всё и все, на кого ты смотришь левым глазом, неминуемо страдают. Если это предмет – то он обязательно сломается, если человек – то или заболеет, или удача от него отвернётся… Тебе так хотелось изуродовать твоих подруг?

- Они мне не подруги, - сказала я угрюмо. – И я не хотела. Вернее, хотела… Но я не знаю, как это действует. Это проклятие… Оно само по себе… Думаете, я ему очень рада? Этому проклятию… лихого глаза?

- Об этом известно лишь тебе, - заметила Василиса Мелентьевна.

- Можете сомневаться, не рада, - проворчала я. – Если бы можно было избавиться… Иногда мне хочется выколоть этот проклятый глаз…

- Глупости говоришь, - вот теперь голос начальницы школы зазвучал строго. – Ты огорчаешь меня, Горислава. Я думала о тебе гораздо лучше.

- Они меня довели, - попыталась я оправдаться, и в носу снова предательски закололо. – Я десять лет держалась, а тут…

- Прямо как в сказке, - подхватила Василиса Мелентьевна. – Прямо как царевич, батюшкин сын: три года терпел, а трое суток не выдержал и сжёг лягушачью кожу.

- В сказках всё просто, а в жизни…

- Да, в жизни всё не так складно и ладно, как в бабушкиных сказках, - согласилась она. – Но запомни, что лишь мы сами пишем свою сказку. Иногда и проклятие может стать даром, - она помолчала и добавила, почти уверенно: - Надо только правильно им распорядиться.

Вот тут мне сразу расхотелось жалостливо хлюпать носом, и я сказала злее, чем надо было:

- И как прикажете распорядиться?

- А это – решать тебе, - сказала она. – Кроме тебя никто не сможет обуздать твой лихой глаз. Попробуй разобраться в его природе, понять, почему и как это волшебство действует…

- Вы смеётесь надо мной? Я даже основы домашнего волшебства с трудом осилила. Как я могу подчинить ту силу, с которой даже мудрые волхвы не справились?

- Послушай, - Василиса Мелентьевна вдруг села рядом со мной ла скамейку и дружески приобняла за плечи: - Если хочешь знать, я всегда считала, что домашняя магия слишком мелка для тебя. Ты – необычная девушка. С рождения была необычной. Я убеждена, что тебя ждёт необыкновенная судьба.

Я с надеждой посмотрела на неё правым глазом.

- Но советов тебе дать не могу, ты прости, Гориславушка, - повинилась она, и вмиг перестала быть той строгой учительницей, которую мы все слегка побаивались. – Я всего лишь слабая женщина… - произнесла Василиса Мелентьевна и порозовела щеками, - поумнее многих, поглупее некоторых… Мои способности невелики, но ты видишь – я нашла им прекрасное применение. А в тебе заключена огромная сила, и до сих пор ты успешно её сдерживала…

- Не сдержалась, как видите, - пробурчала я.

- Удивительно, что столько времени ты проявляла выдержку, - Василиса Мелентьевна улыбнулась, и стала отчаянно похожа на простую девчонку, у которой в косе ромашки, а в мыслях – вольный ветер. – Я бы не утерпела и ещё в первый год превратила этих нахалок в лягушек. Чтобы квакали, а не дразнились.

- Что?.. – подрастерялась я.