Ученица мастера Ги

ГЛАВА 64 В КОТОРОЙ РУНА ЗАСТАЁТ НЕЗНАКОМЦА

Ещё одна дождливая ночь опустилась на Азгран. Капли барабанили по крыше, по каменным дорожкам перед домом. Моя старая форма висела на стуле. На комоде возле кувшина с водой дразнило блестящим боком зеленое яблоко. Я лежала на кровати, уставившись в потолок.

«Дай время слезам и действуй», - гласила древняя мудрость. Раньше мне было её не понять. Теперь же глаза мои видели всё совершенно иначе. Потом ещё будет время оплакать друга, но сейчас, как бы ни было тяжело, как бы ни было больно, я должна была вспомнить и связать воедино все нити.

Мы с Илем вышли из «Трех кабанов» не одни. Впереди были двое. И они шли к Ромео. Это значит, они знакомы. Тот мальчишка, посланник, тоже пришёл от него. Мужчины из кабака говорили о том, что Ромео хотел совершить поджог. Но кто бы осмелился сделать такое?

Теперь казалось, все нити вели к Ромео, а я была так слепа и глуха от горя, так хотела, чтобы кто-то был рядом , что не подумала даже задать ему эти вопросы.

Я поднялась на локтях, снова злясь на себя за слабость. Быстрым движением нарисовала в воздухе знак светлячка. Раньше все мои магические огни выходили тусклыми и мигали, будто вот-вот погаснут, но не этот. Светлячок разгорелся ярко. И всё же этого было ничтожно мало для того, чтобы зваться магом. Затаив дыхание, я сделала новый взмах рукой и зажгла ещё одного светлячка. Первый тут же потух. Лишь тусклое свечение на том месте, где огонёк только что был, напоминало о нем, но и оно в следующий же миг исчезло.

- Хороша ученица! – подначила себя я. - Если даже Эш, почти ребенок, сумеет и колокольчик снять, и проникнуть куда захочет. Если даже Ромео, который давно забросил учёбу, в силах зажечь целый сонм светлячков, когда ты не способна и на двух!

Я попробовала снова. И снова. И снова. Светлячки выходили всё более тусклыми. В исступлении я зажигала их одного за другим, пока не почувствовала, как ослабело тело, будто мне не спалось и прошлую ночь.

И всё же зажгла ещё одного. Бледный и маленький, он пульсировал под потолком.

От злости на себя, на этот мир, на жрецов и Управление с их бесконечным тайнами я зажмурилась.

- Мне нужно найти Ромео! Я должна расспросить его обо всём, если кто-то и может знать, что случилось, то это он.

Тёплый свет промелькнул за закрытыми веками. Я открыла глаза. На потолке один за другим зажигались крошечные жучки. И в этом волшебстве точно не было моей заслуги.

- Не может быть. Не может…

- Конечно, может, - ответила тень, отделившись от двери.

Ромео шагнул мне навстречу. В его руках золотились искры, как те, что взмывают вверх от костра.

Я больше не видела светлячков, я смотрела во все глаза на него. Кто ещё бы смог сотворить такое?

- Ты – один из темных богов?

Мой вопрос упал в тишину, будто камень в мутную воду.

Ромео невесело рассмеялся.

- Тёмные боги бессмертны. А мне осталось немного.

- Не говори так, - взмолилась я.

- Это правда. За всё хорошее в жизни нужно платить. А это – он заставил искры в руках засветиться ярче, так, что они брызнули до потолка, а светлячки разлетелись от них в разные стороны – это чудовищно восхитительно! Каждое новое плетение, каждый вдох намерения заставляет меня чувствовать чистый восторг, неземное блаженство. Это будто вкус первого поцелуя.

- Я не понимаю… Объясни мне.

Он усмехнулся криво. А потом вдруг лицо его стало серьёзным.

- Забудь. Я не шучу. Всем будет лучше, если ты забудешь об этом.

Эти слова отразились от каменных стен в звенящей тишине и повисли в воздухе.

Я опомнилась тут же. И вскочила. Его светлячки мельтешили под потолком, но больше не отвлекали меня от главного.

- Ты был там.

- Где?

- На площади. Ты знал, что я приду.

Я ждала, что он станет оправдываться, но Ромео молчал, глядя мне прямо в глаза, не думая отвести взгляд.

- Это ты принёс с собой смерть! Это твой посыльный повёл Иля к гибели, и это к тебе шли те двое. Я знаю, что вы хотели поджечь храм светлых богов! Зачем? Зачем ты это делаешь?

- Я же не спрашиваю, зачем ты предала меня и рассказала обо мне следователю.

Меня будто столкнули в холодную реку. Я хватала ртом воздух, и не могла произнести ни слова. Стыд и вина захлестнули с головой. «Лучше бы Иля вернули в Долину, пусть бы он даже питался лишь дикоросами и побирался потом по соседям, но остался живым. Если бы я промолчала, если бы не проговорилась, не вмешалась».

- Я не думала, что ты и впрямь можешь быть связан с заговорщиками, - ответила несмело.

- Но догадывалась.

- Значит, это правда, - выдохнула я и отвела глаза. - Мне казалось, что ты не такой, что всё это совпадения, что Даррен поговорит с тобой и тоже это поймёт. Я думала, он разберется, что ты невиновен и отпустит тебя!

- Зачем ты выдала меня? Кого ты пыталась выгородить?

Я молчала. Мне было невыносимо больно сказать ему правду. Признаться в своей трусости, в своей глупости, в том, что это я во всём виновата.

- Я не могу сказать.

- Или не хочешь? Выходит, маленькая ученица мастера Ги, ты не такая уж святая?

Мне вдруг стало трудно дышать, снова в глазах защипало.

- По крайней мере я не вожусь с отступниками! – выпалила я, и мой голос стал высоким от волнения, и опять к глазам подступили слёзы, - Зачем ты пришёл?

- Ты что, плачешь? – спросил он и шагнул ближе.

Я отшатнулась.

– Ну прости, ничего такого я в виду не имел. Это всё не важно, только не плачь.

Ромео обнял меня, подхватил на руки и опустил на кровать.

Я замерла в его руках, почти не дыша. Мне было так тепло и спокойно рядом с ним в этот миг, что внутри всколыхнулся стыд. Стыд, за то, что Иля больше нет, когда я здесь живу и дышу, когда могу чувствовать тепло и биение родного сердца. Мне следовало перестать думать лишь о себе. Я посмотрела Ромео в глаза, пытаясь прочесть в них истину.

- Я знаю, тебе известно, что там произошло. Это ты послал в «Три кабана» того мальчишку, за которым пошёл в ту ночь Иль. Ты должен мне всё рассказать.