Ученица Воина света

Глава 4

В наручниках было неудобно, но я все же выбралась из подвала. Затем оттуда вылетел бело-золотой зверь, а дальше показался и сам лорд.

При его появлении стражники, наводнившие магазинчик тети, разом подобрались и втянули животы. Среди них было немало крупных мужчин, но почему-то рядом с Фердинандом они все казались мелкими. Он как свет заполнял собой все пространство.

— Ваша светлость! — воскликнула тетушка всхлипнув. — Что же это делается? Куда вы забираете нашу девочку?

Она сидела в углу, а один из стражников сочувствующе держал ладонь у нее на плече.

— Таков закон, миссис Ларт, — проговорил Фердинанд. — Вашей племяннице уже больше восемнадцати, она обязана поехать с нами.

Все-то он знал. И как тетю зовут, и сколько мне лет. Как он вообще здесь оказался? Дар пробудился только вчера, а от нас до столицы ехать не меньше недели.

В животе неприятно скрутилось.

А вдруг он знал? Вдруг каким-то образом подстроил?

— В-ва… ваша светлость, — запнулась я. — Мне нужно собрать вещи.

Фердинанд даже не посмотрел в мою сторону, лишь бросил через плечо:

— Иди за мной.

Тетушка не выдержала и, бросившись ко мне, крепко обняла. Из-за дурацких наручников я не могла ответить тем же, лишь сложила голову ей на плечо.

— Рэй, не дай им себя сгубить, — прошептала Дейзи. — Ты сильнее, чем думаешь.

На глаза навернулись слезы, но не хотелось разреветься в присутствии этих мужланов. Шмыгнув носом, я поцеловала тетю в щеку и отступила.

Фердинанд со своим питомцем вышли первыми, а мне с двумя стражниками пришлось идти следом.

Оказавшись на улице, бело-золотой зверь засиял так, что хотелось зажмуриться. Я подняла скованные руки. Но после короткой вспышки свет исчез, и я увидела перед магазинчиком белого коня. Того самого, на котором лорд рассекал толпу на площади. И по виду он был самым обыкновенным. Разве что глаза отливали голубым.

— Что это за существо? — не удержалась я.

Правда, не была уверена, что лорд снизойдет до удовлетворения моего любопытства.

— Нурр, создание света. — Фердинанд нежно провел ладонью по шее коня. — Его зовут Вихрь.

— А кто он на самом деле: конь или гигантская кошка?

Ну а что, лучше уж спрошу все сразу. А то потом вдруг случая не будет.

Как ни странно, лорд меня не одернул, а даже пояснил:

— Нурры в первоначальном виде не имеют конкретной формы. Они обретают ее благодаря магам света. У Вихря три ипостаси.

— А какая третья?

— Нам пора ехать. — Вместо ответа Фердинанд шагнул ближе. — Давай подсажу?

Я округлила глаза.

— Мы всю дорогу будем в одном седле?

— Только до твоего дома. Там осталась карета. Или предпочитаешь пешком?

Ноги, конечно, гудели от беготни, но я сомневалась, что хочу оказаться так близко к его светлости. Возможно, лучше пешком. Может, удастся нырнуть в какую-нибудь подворотню? Нет, слишком рискованно. Сейчас они все начеку, надо выждать.

Пока я взвешивала за и против, лорд Фердинанд обхватил меня за талию и, приподняв, усадил в седло. Легко, словно ни одной мышцы не напряг.

А я только успела ахнуть и возмущенно буркнуть:

— Эй!

— С этого дня обращайся ко мне «командир», — отчеканил лорд и запрыгнул на коня.

Он потянулся за поводьями, и моя спина вмиг оказалась прижата к твердой груди.

Сравнение со скалой, пожалуй, было бы уместным.

Не обращая внимания на мои возражения, Фердинанд цокнул, и Вихрь застучал копытами о мостовую.

Солнце перевалило через зенит, и поднялся прохладный осенний ветер. Но мне всю дорогу было жарко.

Не знаю, кто был в этом виноват: Вихрь, который, может, всегда такой горячий, или здоровенный мужчина за спиной.

Его руки были с обеих сторон, словно он меня обнимал. И это жутко смущало, но я старалась думать о другом.

Что я скажу родителям?

Когда прибыли за Аурелией, мы отмечали всем кварталом. Девочку из захолустного городка забирали на службу к самому королю. Это было почетно, особенно для простой семьи, как наша.

Поговаривали, что маги света рождались только от благородных кровей, но мы, видимо, стали исключением.

Аурелия была счастлива. Родители ей гордились больше обычного, ставили мне в пример.

А закончилось все печально.

Как я теперь объясню, что тоже их бросаю?

Конечно, наручники красноречивее любых слов, но…

Может, если бы я была расторопнее, если бы не остановилась на углу площади, если бы спряталась не у тети, а где-то еще…

Внутри закололо от вины.

Я должна была постараться лучше. Ради мамы, которой давно нездоровится, и отца, который не знает, как справляться с нашим магазинчиком одному.